Tiktok на службе ФСБ | Роман Доброхотов

Смотрите полный выпуск на YouTube

Ирина Аллеман: Подробнее об этом, я думаю, расскажет нам главный редактор The Insider Роман Доброхотов. Роман, добрый вечер.

Роман Доброхотов: Добрый вечер.

Ирина Аллеман: Передаю тебе слово.

Дмитрий Низовцев: Роман, во-первых, здравствуйте. Во-вторых, большое спасибо за ваши новые расследования. И вот хочется спросить, мы еще про другие расскажем работы The Insider, но хочется спросить: на взгляд вашего издания, кому вообще нужна реклама в Тик-Токе? Для чего она? Я помню, как скупали оптом и в розницу телеграмщиков, но тиктокеров-то зачем скупат? Это же люди, которые вещают на 16-летних людей как кажется, стереотипно если рассуждать. Для чего покупать рекламу в Тик-Токе? Для кого?

Роман Доброхотов: Нет, как раз самое важное, что это молодая аудитория. И сколько я помню, еще с начала нулевых годов, как только Путин пришел к власти, в Кремле озадачились тем, что нужно как-то показывать, что молодежь тоже вместе с властью и тоже шагает строем. И поэтому, начиная с движения «Идущие вместе» и до сегодняшнего дня существует множество различных проектов, главная цель которых продемонстрировать, что молодежь тоже за Путина. И покупались уже и блоггеры. Сначала это было ЖЖ, потом Ютуб и так далее. И вот сейчас доползли эти щупальца до Тик-Тока, причем там это оказалось даже чуть более успешно, чем все предыдущие проекты с блогерами. Успешнее, чем в Инстаграме и в Ютубе, потому что в Тик-Токе очень большая вирусность, поэтому даже в принципе такие совсем маленькие микро-блогеры могут показывать довольно большие цифры своих роликов, вплоть до миллионов. Видимо, в администрации президента решили, что это очень успешная инвестиция. Ну а мы, в свою очередь, решили просто проверить, до какой степени абсурдности может это дойти. То есть мы заведомо дали истории, про которые любой нормальный человек должен понять, что это бред. В частности, некоторых блогеров мы попросили рассказать сенсацию о том, что Владимир Зеленский на самом деле еврей и его фамилия настоящая Байрактар. На голубом глазу сделали несколько роликов, никаких вопросов не задавали. А вот тот ролик, который вы показывали, там немножко все пошло не по плану, потому что задача была… Они просто не поняли немножко задачу, задача была сказать сначала, что да, эта общеоздоровительная процедура идет с советских времен, и всем же известно, что Ленин и Сталин тоже купались в крови, должна была быть такая фраза в техзадании. Они ее немного переиначили, поэтому получилось не так смешно, но, тем не менее, вопросов никто не задавал. То есть им было неинтересно, что на самом деле мы хотим донести и вообще на кого это рассчитано. То есть 7 тысяч рублей, есть ролик. У них это просто поставлено на конвейер. И меня лично поражает то, что… Понятно, что в этом сегменте, во-первых, это очень заметно, когда кто-то пытается прогнать какую-то такую пропагандистскую ерунду. То есть они как бы сразу ставят крест на своей репутации. Вся их аудитория понимает, что это бред проплаченный. А во-вторых, все-таки мы ожидаем того, что молодые люди могут быть чуть-чуть менее циничны и все-таки они должны больше понимать, что происходит, чем какие-то домохозяйки из Ивановской области. И тем не менее нет, цинизму нет предела, они действительно готовы говорить ртом все, что мы попросим.

Ирина Аллеман: Роман, как вы думаете, насколько это в принципе может быть эффективно? Дело в том, что со стороны, для меня, по крайней мере, вся эта история выглядит как распил бабла. То есть кажется, что кому-то, кто занимается в АПшечке вообще такой работой с молодежью, нужно было срочно распилить денег. Их не интересовало, как будто бы, какое качество будет, какая аудитория увидит это все, какие там будут охваты, какие показатели. Для меня странно выглядит так. Если вы в результате расследования узнали, что это иначе, пожалуйста, расскажите. И напомню вопрос, с которого начинала: а насколько, на ваш взгляд это эффективно?

Роман Доброхотов: Я согласен с тем, что это совершенно неэффективно в том смысле, что люди, посмотревшие эти ролики, точно так же, как люди, прочитавшие пригожинских троллей в Твиттере, они не начинают быть сторонниками Путина. То есть, скорее задача здесь другая. Здесь задача продемонстрировать людям со стороны, что на самом деле очень много людей среди молодежи в том числе, которые на самом деле поддерживают Путина. То есть задача не сделать читателей путинистами, а заставить их поверить в то, что путинистов много, потому что если их на самом деле очень много, то ты чувствуешь себя в меньшинстве, и у тебя нет столько тогда сил, энергии или решимости чтобы пытаться что-то менять. В Твиттере, например, мы заметили, что есть отдельная такая интересная тенденция: если раньше пригожинские тролли топили просто за Путина, рассказывали, какой он молодец и что нет никаких военных преступлений в Украине, то наряду с этими троллями появились другие тролли, которые выставляют себя за украинцев и пишут специально такие вещи в Твиттере про то, что всю русню надо резать как свиней. И задача в том, чтобы настроить частт аудитории Твиттера против украинцев, то есть они специально натравливают одних на других и создают такое впечатление, что есть эта рознь. И вот это, в принципе, может работать. Я видел много людей, которые искренне верят в то, что это писали настоящие украинцы и что это настоящие твиты. Так что да, все зависит от контекста, но вот эти конкретные тиктокеры, которых мы здесь показывали, я думаю, что их эффективность просто минимальна.

Дмитрий Низовцев: Роман, еще хочется такой нюанс уточнить. Я правильно понимаю, что кто-то задачу не понял, с кем-то не получилось взаимодействия, но не было тех, кто отказал вам по идеологическим причинам? Не было тех, кто сказал: «Как я могу рекламировать эту страшную и ужасную войну, она абсолютно несправедлива»?

Роман Доброхотов: Здесь не очень показательное было бы исследование, потому что мы, конечно, в первую очередь обращались к тем, кого мы подозревали в продажности изначально. Плюс там были люди, у которых целая сетка тиктокеров продажных. То есть это изначально была, конечно, нерелевантная аудитория. Понятно, что в Тик-Токе огромное количество людей, которые войну не поддерживают, Путина не поддерживают, и никогда бы таких ролики не поставили. Но измерить соотношение одних и других довольно сложно. Здесь скорее мне кажется, интересно было не показать то, что этих людей очень много, а сам тот факт, что даже среди такой явно молодежной аудитории, где поддержка Путина очень низкая, где поддержка войны очень низкая, тем не менее, Кремль спускает огромные бюджеты, чтобы пытаться и сюда тоже просунуть свою пропаганду, и есть люди, которые готовы эти деньги брать.

Дмитрий Низовцев: Роман, еще немного хочется уделить внимание другой публикации у вас. Вы писали про то, что удалось обнаружить на территории Херсона, про пытки, которые там были. Буквально пара минут у нас есть, чтобы это обсудить. Мы эту публикацию сегодня уже упоминали, за нее тоже большое вам спасибо. Что лично вас больше всего в этом материале удивило? И было ли вообще, что на десятый месяц удивить может сейчас?

Роман Доброхотов: Это шокирует, но не то, чтобы удивляет в смысле, что я не ожидал, что такое возможно, потому что мы писали из многих других регионов. Мы писали, например, о том, как пытают и убивают сотрудников Запорожской электростанции. Мы писали про другие оккупированные регионы, и там все очень похоже. У нас было отдельное расследование, где мы установили личность солдата из батальона «Ахмат», который записывал на видеокамеру, как он истязает украинского военнопленного. То есть про жестокости мы пишем регулярно, это уже не удивляет. Но все равно каждый раз, когда ты это своими глазами видишь, как там они специально пытают мужа в соседней камере, чтобы жена слышала, как он кричит. Вот эти все вещи, мне кажется, их все равно надо обязательно показывать максимально широкой российской аудитории, потому что даже те люди, которые зомбированы Соловьевым, Киселевым, если они будут лично читать такие тексты, и там есть фотографии же этих людей, то есть они под своими именами, под своими фамилиями все это рассказывают, это не анонимные какие-то рассказы… То есть это все равно очень сильный аргумент, который, я думаю, по крайней мере тех людей, которые еще не окончательно превратились в зомби, для них это аргумент важный и, может быть, в какой-то момент перевесит аргументы Скобеевой и Соловьева.

Дмитрий Низовцев: Спасибо! Роман Доброхотов был у нас в эфире, глава The Insider.

Присоединяйтесь к нашим ежедневным эфирам на канале «Популярная политика»