О чем думать «мозгу армии». Сможет ли общение военачальников России и США предотвратить войну? 27/09/21
Генеральный штаб может стать источником военной угрозы или, наоборот, основой обеспечения безопасности — все зависит от полномочий, которыми его наделят
Военные ведомства России и Соединенных Штатов сообщили, что на днях начальник российского Генштаба Валерий Герасимов и председатель Объединенного комитета начальников штабов США Марк Милли встретились на нейтральной территории в резиденции правительства Финляндии и общались (по данным американской печати) около шести часов. «В ходе встречи военачальники обсудили вопросы, представляющие взаимный интерес, включая снижение рисков возникновения инцидентов в ходе военной деятельности», — кратко заявили в российском Минобороны, добавив, что встреча носила конструктивный характер. Генерал Милли был чуть более откровенен, общаясь с двумя журналистами, которые сопровождали его в поездке. Вашингтону нужно изучить способы расширения военных контактов с Россией, процитировало его агентство Associated Press.
Милли заявил, что в рамках расширения военных контактов с Россией две страны могут изучить возможность допуска наблюдателей на свои военные учения, чтобы сделать те более прозрачными и снизить риск конфликта. Он также сказал о возможности установить более прочные контакты между российскими и американскими военными не только на высшем уровне (сегодня начальник российского Генштаба обменивается телефонными звонками и изредка встречается только с председателем Объединенного комитета начальников штабов США и главнокомандующим вооруженными силами НАТО в Европе). По словам генерала Милли, такие контакты могли бы поддерживать и командующие военно-морскими силами.
За этим немедленно последовал телефонный разговор секретаря российского Совбеза Николая Патрушева (который в своем интервью «Аргументам и фактам» не жалел уничижительных слов в адрес США) с советником президента США Джейком Салливаном. «Стороны обсудили проблемы стратегической и информационной безопасности и дали высокую оценку состоявшейся ранее встрече начальника Генерального штаба Вооруженных сил России Валерия Герасимова и председателя Комитета начальников штабов вооруженных сил США Марка Миллера», — сообщается на сайте Совбеза.
В дело неожиданно включилось американское Министерство обороны, пресс-секретарь которого Джон Кирби поспешил заявить, что военные США взаимодействуют с российскими коллегами по минимуму, необходимому для предотвращения конфликтов: «Я уверен, что генерал Милли хорошо осведомлен об этих ограничениях. Министр (имеется в виду министр обороны США Ллойд Остин.) уверен, что председатель будет продолжать общение с российскими военными в целях разрешения конфликтов в пределах этих границ», — отметил Кирби.
Он пояснил, что Минобороны США приостановило военное сотрудничество с Россией «как по политическим соображениям, так и в соответствии с буквой закона в результате российских агрессивных действий на Украине». Кирби указал, что между странами сохранились лишь минимально необходимые контакты. «Наше общение с российскими военными сведено к чуть более чем дюжине контактов, которые снижают риск неверной оценки взаимных действий и предотвращают конфликты при проведении военных операций», — уточнил он. В частности, Кирби указал на сотрудничество по Сирии.
По сути дела, благодаря американскому председателю Объединенного комитета начальников штабов мы наблюдаем, как в Соединенных Штатах пытаются решить главную дилемму отношений с Россией. Оказавшись в глухой изоляции и будучи обложенной по макушку американскими санкциями, Москва прибегла к подходу «чем хуже, тем лучше»: максимально расширив масштабы военных учений и так называемых внезапных проверок, выдвигая тысячные контингенты к своим западным рубежам и границам с Украиной. В ходе маневров самолеты и корабли России и стран НАТО опасно сближаются, что может привести к непредсказуемому развитию событий. Представим, что отечественное военное ведомство говорило правду о том, что наш Су-24 сбрасывал бомбы по курсу британского эсминца, который, по версии Минобороны РФ, вторгся в российские территориальные воды. Допустим также, что в результате стечения неблагоприятных обстоятельств бомба попала в корабль. Все это может стать спусковым механизмом для глобальной войны. Ведь за 30 лет, пока в Европе не было военного противостояния, стороны благополучно забыли правила и ограничения, которые были действительны во время первой холодной войны.
Россия при этом делает ставку на намеренное усиление опасности военного столкновения, вполне цинично рассчитывая, что НАТО и США, не желающие конфликта, будут обречены начать широкомасштабные переговоры по вопросам безопасности. А там уже постепенно вернутся к «нормальным отношениям» с Москвой, признав де-факто присоединение Крыма и позабыв о «секретной войне» на Донбассе, использовании боевых отравляющих веществ и вмешательстве в президентские выборы в США. «Реалисты» в американском истеблишменте готовы согласиться с ведением таких переговоров ради того, чтобы уменьшить угрозу военного столкновения. К ним, очевидно, относится и генерал Милли, предлагающий вернуться к расширению мер доверия в военной области. Им противостоят «идеологи», не желающие поступиться принципами в отношении России.
Последний мост
Замечу, что военные контакты сегодня остались одним из немногих мостов, которые наводятся между Россией и США всякий раз, когда конфликтная ситуация приближается к полномасштабному кризису. Месяц назад Милли и Герасимов поговорили по телефону после конфликта российского и американского патрулей в Сирии. Генералы общались и в конце марта, когда Кремль двинул войска к границе с Украиной.
Заметим, что в российско-американских контактах дело вовсе не в личности председателя комитета начальников штабов. Предшественник Милли генерал Джозеф Данфорд общался с Герасимовым в марте 2018-го после того, как тот выступил с угрозой предпринять «ответные меры воздействия как по ракетам, так и носителям, которые их будут применять» в Сирии, то есть пообещал атаковать американские корабли и самолеты. Тогда Трамп приказал нанести удар по правительственным объектам в Сирии, причастным к химическим атакам на силы оппозиции. В результате американские удары носили символический характер. Скорее всего, подчиненные Данфорда проинформировали российских коллег о потенциальных объектах атаки. Тот же Данфорд заявил в одном из интервью, что накануне проведения Чемпионата мира по футболу Герасимов выражал беспокойство «нестабильностью» на западных границах России. И Данфорд не просто заверил, что Североатлантический альянс не будет вызывать российскую озабоченность. Он настойчиво рекомендовал своим коллегам в НАТО (командующий силами альянса — всегда американский генерал) не проводить учений в этот период.
Сейчас одна из самых горячих тем в дискуссиях военных экспертов США связана с выходящей(информация ниже) книгой Боба Вудворда и Роберта Косты «Угроза», в которой есть сенсационная информация о том, что Марк Милли, посчитав Трампа «нестабильным» в последние месяцы президентства, принял весьма неординарные для американского военного действия. Насколько можно понять, Милли не только рекомендовал высшим американским военным быть чрезвычайно осторожным при получении от Верховного главнокомандующего «неожиданных» приказов. Он также дважды связывался с начальником Объединенного штаба Центрального военного совета Китая Ли Цзочэном, чтобы убедить того, что США не будут проводить никаких операций, которые могли бы быть восприняты как угроза нападения. Сейчас теоретики в сфере военно-гражданских отношений в США спорят, вышел генерал Милли из сферы дозволенного американским военным или нет.
Здесь возникает вопрос, который покажется любому российскому военному совершенно диким: а кто, собственно говоря, обязан выполнять приказы председателя Объединенного комитета начальников штабов США, самого высокопоставленного американского генерала? Ответ — никто, кроме адъютантов и прочих сотрудников Объединенного комитета начальников штабов. Система руководства американскими вооруженными силами построена таким образом, что генералы, возглавляющие стратегические командования, получают приказы от гражданского министра обороны, который исполняет волю президента — верховного главнокомандующего.
Что положено Генштабу
Все это указывает на особую роль такого специфического военного института, каким является Генеральный штаб (американский Объединенный комитет начальников штабов выполняет схожие функции). Он появился в начале XIX века в результате прусских военных реформ, определивших структуру вооруженных сил во всем мире на два века. Гениальные реформаторы, которых возглавлял Герхард Шарнхост, решили создать «коллективный гений», которому надлежало противостоять гению Наполеона, который только что полностью разгромил прусскую армию. По их мысли, он должен был даже превзойти Бонапарта, потому что генеральный штаб бессмертен, в то время как нет никакой гарантии, что Франция найдет нового гения после смерти Наполеона. Что, заметим, и случилось, когда пруссаки победили французов в 1871-м.
Генштабы, специальные органы военного управления, планировавшие военные действия и руководившие войсками на поле боя, превратились в важнейшие государственные органы. Накануне Первой мировой войны генштабы великих держав объединили под своим контролем как стратегическое планирование, так и оперативное руководство войсками. Говоря попросту, генеральные штабы сами планировали, в каких ситуациях начинаются боевые действия и как их надлежит вести, и сами же руководили войсками в ходе войны, исключив из этих критически важных процессов политическое руководство своих стран.
В результате и монархи, и президенты оказались по существу заложниками своих военных планировщиков: как только после выстрелов в Сараево были запущены механизмы всеобщей мобилизации, срок начала войны определяла не воля верховных правителей, а железнодорожное расписание, в соответствии с которым в районы формирования доставляли резервистов. В ходе Первой мировой генеральные штабы всегда настаивали на том, что военное решение любой проблемы — наилучшее. Так немецкий генштаб несколько раз срывал попытки начать переговоры между противоборствовавшими сторонами.
В итоге в странах, которые принято называть цивилизованными, функции генеральных штабов и их аналогов жестко ограничиваются лишь военным планированием и предоставлением рекомендаций высшему руководству страны. Именно поэтому функция самого главного американского генерала, председателя Объединенного комитета начальников штабов, заключается в том, чтобы предоставлять президенту «рекомендации». Эти «рекомендации» могут представлять и планы развития вооруженных сил, и планы широкомасштабных военных операций. Но реализовывать их будут другие командиры, главы военных командований, которые получат разработки объединенного комитета начальников штабов в виде приказов и директив гражданского министра обороны. И это особенное положение дает генералу Милли возможность играть относительно независимую роль при принятии важнейших решений в военной области.
В России — это просто зам
Этими возможностями и правами ни в малейшей степени не обладает начальник российского Генштаба. При всех своих регалиях он всего лишь заместитель министра обороны, который, как и в Германии начала прошлого века, отвечает не только за планирование, но и за непосредственное руководство войсками. Кремль так и не смог обеспечить внятного разделения функций политического руководства и военного командования. Положение о Генеральном штабе закрепляет за ним «организацию централизованного боевого управления Вооруженными Силами». Таким образом, Генеральный штаб осуществляет как стратегическое планирование, так и оперативное управление Вооруженными силами. При этом он же возглавляет весь так называемый «военный ствол» Вооруженных сил, то есть руководит всем, что касается собственно войск, их боевой подготовки, применения. И, грубо говоря, даже в мирное время должен придумать, как бы обеспечить себя работой, не только планируя военные операции, но и проводя их. Подозреваю, что именно так родилось то, что часто именуют «доктриной Герасимова».
Приблизительно за год до украинского кризиса военачальник, возглавивший Генштаб в 2012 году, выступая на сессии Академии военных наук, пространно рассуждал о войне нового поколения. Которую, понятное дело, собирается вести не Россия, а злокозненный Запад: «В XXI веке прослеживается тенденция стирания различий между состоянием войны и мира. Войны уже не объявляются, а начавшись, идут не по привычному нам шаблону. Возросла роль невоенных способов в достижении политических и стратегических целей, которые в ряде случаев по своей эффективности значительно превзошли силу оружия». Таким образом, получалось, что грань между войной и миром стирается. Если же учесть положение Герасимова о том, что «акцент используемых методов противоборства смещается в сторону широкого применения политических, экономических, информационных, гуманитарных и других невоенных мер», то сфера применения секретных и информационно-психологических операций расширялась до размеров всей внешней политики. Что обернулось беспрецедентными внешнеполитическими провалами.
Россию обвиняют сегодня во вмешательстве в выборы в США и других странах, отравлениях политических противников, хакерских атаках. В конце концов реализация «доктрины Герасимова» привела к международной изоляции Кремля. Понятно, что Герасимов выступал не от себя, он пытался угадать (и успешно угадал), чего хотел Кремль. При этом начальник российского Генштаба, как видим, может при наличии соответствующего мандата вести важные переговоры с американскими военными, дабы снизить опасность прямого столкновения. В то же время не исключено, что Генштаб, который не только планирует военные операции, но и является частью армейской вертикали командования, непосредственно руководит войсками, в ситуации острого кризиса будет предлагать наиболее радикальные (а значит, самые рискованные) решения.
«Угроза» — новая книга великого Боба Вудворда
«Если мы действительно решим на вас напасть, я обязательно перезвоню»
Как самый высокопоставленный американский генерал убеждал своего китайского коллегу, что президент США хоть и сумасшедший, но в данный момент не опасен.
На следующей неделе в США выходит в продажу «Угроза» (Peril) — новая книга всемирно знаменитого журналиста-расследователя, редактора The Washington Post Боба Вудворда. «Угроза» (соавтором которой стал Роберт Коста, ведущий репортер WP по вопросам внутренней политики) завершает «трамповскую трилогию» Вудворда, начатую книгами «Ярость» (2020) и «Страх. Трамп в Белом доме» (2018). Помимо отдельного издания «Угрозы», все три книги будут дополнительно выпущены 21 сентября в виде одного тома-«сэндвича».
Задолго до официального старта продаж книга вышла на первое место в рейтинге политических бестселлеров Amazon, а также вызвала колоссальный скандал, который только начинает разворачиваться: во вторник «Пост», получившая книгу на рецензию, опубликовала отрывки из нее (англ., нужна подписка), из-за которых самого высокопоставленного американского военного уже обозвали «ослом» и подозревают в государственной измене. Пересказываем для вас самое интересное.
По словам авторов «Угрозы» (и это подтверждают многие сообщения СМИ), президентство Трампа практически рухнуло в последние месяцы его пребывания в должности — особенно когда он начал утверждать, что у него «украли» выборы. Трамп вел себя настолько непредсказуемо, а его риторика была такой воинственной, что многие высокопоставленные чиновники всерьез опасались, что уходящий президент может «разрушить американскую демократию или разжечь международный конфликт».
Один из них, генерал Марк Милли, председатель Объединенного комитета начальников штабов (то есть самый высокопоставленный офицер в армии США), считал эту опасность настолько серьезной, что втайне от президента (то есть собственного верховного главнокомандующего) дважды звонил своему китайскому коллеге, генерал-полковнику Ли Цзочэну, чтобы уверить его, что Америка совершенно стабильна, а Трамп не представляет угрозы.
Первый секретный звонок имел место 30 октября 2020 года, за четыре дня до выборов в США. Незадолго до этого американской разведке стало известно, что Китай крайне обеспокоен предстоящими учениями ВМС США в Южно-Китайском море (в книге не уточняется, о каких именно учениях идет речь). Учитывая антикитайские инвективы Трампа в ходе его предвыборной кампании, в Пекине вполне допускали, что тот под прикрытием маневров задумал нанести удар по Китаю, спровоцировать международный кризис — а затем так или иначе разрешить этот кризис, чтобы стать в глазах Америки миротворцем и набрать очков перед Байденом.
«Генерал Ли, я хочу заверить вас, что американское правительство совершенно стабильно и что все будет хорошо, — так передают авторы книги слова генерала Милли в ходе телефонного разговора. — Мы не собираемся вас атаковать или предпринимать действия, ведущие к прямому столкновению (kinetic operations)».
Более того, пишут Вудворд и Коста, в ходе разговора «генерал Милли зашел настолько далеко», что пообещал обязательно предупредить своего китайского коллегу, если США все-таки решат начать войну. При этом самый высокопоставленный офицер армии США напомнил китайскому генералу о «взаимопонимании, уже установленном между нами через неофициальные каналы»:
«Мы с вами знакомы уже пять лет, генерал Ли. Если мы решим атаковать, я позвоню вам заранее, чтобы это не стало для вас сюрпризом».
Китайский начальник штаба поверил американскому коллеге на слово, пишут Вудворд и Коста, однако во время второго разговора, который состоялся 8 января 2021 года — то есть через два дня после того, как сторонники Трампа взяли штурмом Капитолий, — ситуация была уже совершенно иной.
На этот раз генерал Милли звонил, чтобы развеять крайне тягостное впечатление, которое произвели в Пекине картины этого штурма. Китайский военачальник, по его собственным словам, «был совершенно потрясен» событиями в Вашингтоне, и Марк Милли никак не мог убедить его в стабильности системы власти в США, хотя уверял:
«Все может выглядеть нестабильно, но такова уж природа демократии. Мы на 100 процентов устойчивы. Все в порядке. Просто демократия иногда слегка сбоит (democracy can be sloppy sometimes)».
Однако даже после полуторачасовой беседы генерал Ли «оставался необычно взволнованным». И Марк Милли, пишут авторы книги, отлично понимал коллегу: 62-летний председатель Объединенного комитета начальников штабов армии США, назначенный Трампом на этот пост в 2018 году, и сам считал, что президент пребывает в явном ментальном упадке (mental decline).
Генерал Милли не рассказал о разговоре Трампу, но сообщил о нем спикеру Конгресса Нэнси Пелоси, и она тоже выразила мнение, что «Трамп нестабилен» (Trump was unstable); в книге приведена расшифровка телефонного разговора Милли и Пелоси (ее некоторое время назад цитировала также The New York Times):
Пелоси: Все это ужасно, и кто знает, что он еще может сделать? Он же сумасшедший. Вы же знаете, он сумасшедший. Он давно сошел с ума. Не говорите мне, что не знаете, каково его душевное состояние.
Милли: Госпожа спикер, я согласен с вами во всем. Единственное, что я могу гарантировать на 110 процентов как председатель Объединенного комитета начальников штабов, так это что мы, военные, не собираемся делать ничего незаконного или сумасшедшего.
Пелоси: «Незаконного или сумасшедшего»? Что это вы имеете в виду?
Милли: В любом случае, лучшее, что я могу сделать — это дать вам слово, что я не собираюсь допускать подобного в вооруженных силах Соединенных Штатов.
После этого разговора генерал Милли предложил адмиралу Сэму Папаро, командующему Тихоокеанским флотом США, отменить учения в Южно-Китайском море, а затем собрал высших офицеров в ситуационной комнате Пентагона, чтобы еще раз уточнить с ними процедуры запуска ядерного оружия. Приказ об этом запуске может отдать только президент, подтвердил генерал, но крайне важно, чтобы он, Милли, также участвовал в принятии решения.
«Если вам кто-то позвонит, — сказал генерал Милли, — независимо от того, кто он и откуда он, — у нас здесь есть процедура, есть определенный процесс. Независимо от того, кто и что вам говорит, вы выполняете определенный процесс. И я являюсь обязательной частью этого процесса. Вы должны убедиться, что все нужные люди присутствуют в цепочке».
«Посмотрев каждому в глаза», пишут авторы книги, Милли «попросил офицеров "дать клятву", что они поняли ситуацию правильно». Затем генерал Милли (опять же без ведома Трампа) связался с некоторыми другими своими коллегами — «военными руководителями Великобритании, России и Пакистана» — и также заверил их, что правительство США полностью контролирует ситуацию.
***
Публикация отрывков из книги, описывающих эти действия и слова генерала Милли, немедленно вызвала предсказуемую бурю возмущения у республиканских политиков и правых комментаторов. Дональд Трамп, выступая во вторник вечером в ток-шоу Spicer & Co. на консервативном телеканале Newsmax, назвал Милли «ослом» (dumbass), но усомнился в том, что тот в самом деле звонил китайскому генералу:
«Во все это очень трудно поверить, — цитирует выступление Трампа канал FOX News, — но если это действительно правда и он действительно звонил в Китай и был даже готов предупредить их о нападении, то это измена. Нельзя так делать (can’t do that)!»
Трамп не отрицает, что действительно жестко относится к Пекину «из-за торговли и из-за COVID-19», однако идею о том, что он якобы планировал нападение на Китай, экс-президент назвал «совершенно нелепой». Позже вечером во вторник Трамп выпустил официальное заявление, в котором призвал Милли уйти в отставку, заявив, что тот, вероятно, сам выдумал всю эту историю, а потом «продал» ее Вудворду и Косте, которые, по словам Трампа, «вечно пишут о вымыслах, а не о фактах».
Сенатор-республиканец Марко Рубио, зампредседателя сенатского комитета по разведке, также призвал президента Байдена отправить в отставку Милли, заявив, что генерал «активно подрывал авторитет главнокомандующего» и «замышлял предательскую утечку секретной информации в пользу коммунистической партии Китая в преддверии потенциального вооруженного конфликта» (цитата по Associated Press).
На момент публикации данного текста ни генерал Милли, ни Белый дом еще не дали комментариев по теме.
***
Меньшая половина книги посвящена первым месяцам президентства Байдена, начиная с его предвыборной кампании (которую Байден, по его словам, начал, «чтобы свергнуть человека, который на самом деле не является настоящим американским президентом (isn’t really an American president). Нашлось там место и для вывода войск НАТО из Афганистана — точнее, для рассказа о политических событиях, которые предшествовали этому выводу.
Авторы отмечают, что на стиль военных решений Байдена повлиял его специфический опыт взаимоотношений с генералами в годы вице-президентства. Вице-президент Байден, пишут Вудворд и Коста, был убежден, что высокопоставленные военные манипулируют президентом Обамой, и пытался всячески противиться этому. Еще в 2009 году он заявлял в частных беседах: The military doesn’t fuck around with me! (Очень сильно смягчив это выражение, переведем его как «со мной-то военные дурью не маются!»)
В книге рассказано, как главные советники Байдена всю весну обдумывали возможные сценарии ухода из Афганистана, однако в конце концов остановились на полном и быстром выводе войск. Госсекретарь Энтони Блинкен и министр обороны Ллойд Остин еще на мартовской встрече НАТО обсуждали возможное продление миссии с «регулируемым» (gated) выводом и расширением дипломатического давления на талибов. Однако это расширение потребовало бы от США более обширных обязательств (more expansive commitment), так что решено было «свернуть все как можно скорее».
***
Наконец, еще одна занятная деталь: в беседе с авторами книги генерал Милли, описывая свои чувства во время штурма Капитолия, довольно неожиданно сравнивает этот штурм с… событиями русской революции 1905 года:
«Она вызвала волнения по всей Российской империи и, хотя и потерпела неудачу, помогла создать условия для Октябрьской революции 1917 года. И уже тогда большевикам удалось осуществить успешный переворот, положивший начало первому коммунистическому государству в мире. Недаром же сам Владимир Ленин называл 1905 год «генеральной репетицией»!».