Религия не виновата

Крики из дома слышны в последнее время слишком отчётливо. Причина истерик и скандалов – очевидна. Не стоило все таки двум помешанным на своих богах людям, у которых в добавок и религия разная, сходиться. Тем более, влюбляться до беспамятства.

—Клюковка, родная моя! Ну пойми же ты, пойми. Поклоняться светящемуся осьминогу, ты серьезно? Бред ведь, бред! Случится у тебя беда какая-нибудь, дальше что? Как он тебе поможет? Обидчика к себе присосет? А потом чернилами обольет? —Диамкей активно жестикулирует руками. И почти на месте прыгает от переизбытка эмоций. Ему непонятная позиция любимого парня, который в такие моменты становился тем, к кому вампир испытывал неистовое отвращение.

—Подумай, Диамкей! Клюква ведь лучше, да? —истерит и так же громко в ответ ругается Ксеноморф. Он глаза щурит неприятно, брови домиком сводит. Рядом столешнице, на ней тарелка. Ещё немного, и эта самая тарелка окажется впечатанной в чужое личико.

—А вот на клюкву не гони, Кэп. Я все понимаю, но за такое я тебе и въебать могу, —глаза сразу же становятся серьёзными, а алый отблеск ничего хорошего не гарантирует. —А потом и выебать, ты же знаешь, —после этого добавления на лице возникает ухмылка. Довольная и пошлая. Смотришь на неё и аж противно становится.

И это самое отвращение на лице блондина замечается слишком хорошо. Губы поджимает, хватает тарелку и в действительности кидает её в старшего.

Диамкей умело в сторону отходит, тем самым уворачиваясь от снаряда. Ближе подходит, да за руки берёт парня. Запястья крепко-крепко сжимает в разных руках. До того, что и без этого бледная кожа ещё сильнее бледнеет.

—Отпусти, придурок! —только и слышится со стороны Кэпа, тело которого в крупную дрожь бросает моментально. В такие моменты он безумно сильно боится парня, которого в моменте ставил важнее Бога.

—Только после того, как ты извинишься перед мной и моей верой. Перед клюквенным Богом, —уточняет парень, а запястья ещё сильнее сжимает, фиксирует.

Блондин испуганно глазами бегает по чужому лицу. Пытается найти там хоть капельку чего-то родного. Чего-то того, что он так сильно любил. Глаза предательски щипать начинает. И Ксеноморф носом шмыгает. По бледным щекам первая горячая слеза бежит, предвещая хорошего ровно столько же, сколько и алый блеск.

—Ну-ну, клюковка. Не надо разводить драму. Ты ведь прекрасно понимаешь, что я это делаю не со зла. Ты вынуждаешь меня, буквально. Я же не виноват в том, что ты моего Бога оскорбляешь? Мм? —на лице улыбка нежная появляется. А хватка немного, совсем немного, слабеет. Диамкей смотрит в чужие бледные глаза, да улыбается. Совсем нежно и мило. Именно такую улыбку старшего Кэп любил до беспамятства.

В ответ ничего не звучит. Вампир ещё несколько секунд смотрит в глаза, высматривает, колдует будто. А потом руки совсем отпускает. Крепко-крепко обнимает парнишку. И свои ладони укладывает сначала где-нибудь на спине, а потом медленно-медленно спускается на бока, на талию. Видимо, решает сразу же и вину загладить. Как обычно. Только вот, не угадал он. Не такое настроение у Ксеноморфа.

Блондин носом шмыгает в очередной раз. Рука невольно в кулак складывается. И следом бьет в щеку куда-то. Чужая голова моментально от плеча отстраняется, с удивлением смотря на заплаканное личико.

Диамкей, очевидно, совсем-совсем ничего не понимает. Он привык к тому, что его парень та ещё терпила. Что никогда отпор дать не может, что никогда в глаза долго не смотрит, что на попытки загладить вину сексом никогда не отвечает отрицательно.

Внутри Кэпа что-то ломается. Он отходит от парня. Смотрит ему в глаза, внимательно. И сжав губы до еще большего побеления, вновь бьет наотмашь. На этот раз, конечно, не кулаком.. Но пощечина прилетает не слабая.

—Ты настолько помешан на своем боге, что даже меня называешь подобно ему. Только вот, разница есть. Знаешь же в чем она, Диамкей? —парень брови хмурит. И рта не дает открыть. Делает длинный вдох через рот, да продолжает свою тираду.—В том, что в Бога ты веришь. Веришь настолько, что готов унижать меня и моего Бога.

Хотелось сказать еще что-нибудь дохуя философское, будто бы Кэп изображал Генри из «Портрет Дориана Грея», но сил не хватило. Он чуть не задохнулся в собственном выдохе. А потом, глаза закрыл.

Вампир все еще ошарашенно смотрел на парня. Ему только оставалось, что рот открыть и слюни начать пускать, как аутист какой-нибудь. Настолько в шоке парнишка был. Настолько не верил, что Ксеноморф все-таки взорвался и высказал все то, что так давно копилось у него внутри.

Блондин разворачивается. Глаза открывает, но в них уже не гнев. И даже не страсть, что ранее ему закрывала обзор на все минусы вампира. Безразличие.

Обувается быстро-быстро. А потом захлопывает дверь, оставляя Диамкея все в том же шоковом состоянии.

Ксеноморф считает, что виновата не его религия. И виноват не он сам. Виноват ебаный Диамкей, который только и делает, что о себе, да о своих удобствах думает. Нет, конечно, здравый эгоизм это хорошо.. Но только в том случае, если он здравый!

Кэп руки прячет в рукава толстовки. Идет быстро, но сам не замечает этого. А когда замечает, оказывается уже слишком далеко от собственного дома.

Парнишка оборачивается и внимательно смотрит вокруг, осматривает местность. По левую руку находилась большая мэрия, считай, администрация их небольшого поселения. Именно там не просто работал, а иногда и жил мэр. Пафоса много, но никакого продвижения не было. Не удивительно, будто бы?

Вздыхая, парнишка носом шмыгает. Резко выбежал на улицу, даже не подумав о погодных условиях. На улице дул достаточно сильный ветер, который заставлял волосы в разные стороны мельшиться.

Ладно..

Но чем дальше парнишка отходил от здания, тем становилось прохладнее. Не сразу, но до блондина дошло, что рядом находится пруд. Именно из-за него становилось всё ветренее и прохладнее.

Раз водоём есть.. Сможет ли парнишка дозваться своего бога? Помощи попросить, на крайний случай. Или высказать свою огромную любовь и уважение.

Кэп спускается с крутого склона очень аккуратно. Придерживается за какую-то ветку дерева, высматривая, как же пойти лучше, чтобы не упасть лицом в грязь. Буквально.

И только стоило ему найти ту самую тропинку, как ветка старого и сухого дерева ломается.

Парнишка летит кубарем вниз. Голова кружится неимоверно сильно, заставляя Кэпа прекратить думать о чем-либо вообще. Оказавшись рядом с водоёмом, он ударяется головой и закрывает глаза, отрубаясь. А потом докатывается до берега.

И самым лицом опускается в воду. Пузыри оказываются на водной глади. Но совсем скоро прекращают появляться, не просто говоря, а крича о статусе парнишки.

Теперь он мёртв.

Не суицид, конечно. Но тоже неприятная смерть.

Зато, парень оказался рядом со Светящимся Спрутом. Он оказался рядом с Богом, которого так уважал. Уважал за терпение к насмешкам и желание помочь.

Видимо, Бог хотел помочь Ксеноморфу. Не просто же так он нашёл это место именно сейчас? Не просто же так он схватился за самую слабую ветку именно сейчас?

Не просто так.

Мой тгк – https://t.me/MeoVVmoore