Религиозные лайфхаки.

Данный текст написан с подачи Александра Юрьевича Силаева, философа, экономиста и моего хорошего товарища. И как всякий по-настоящему хороший товарищ, он способен задавать такие вопросы, которые призывают к серьезной рефлексии.

Заданный мне вопрос был про апологетику веры и поиск сочувствующих христианству. То есть меня попросили описать те фишки, которые в христианстве работают и считаются крутыми даже с позиции современного общества. Я написал. Но написал, возможно, не совсем то. 

Этот текст называется «религиозные лайфхаки», но еще его можно назвать так: «список, того, ради чего не стоит становиться христианином». То есть в этом тексте будет некоторое перечисление того хорошего, что есть в Церкви, но того, что прекрасно существует и само по себе. То есть ради этих вещей можно не приходить к крестильной купели, их можно взять отдельно и они будут весьма полезны. Приходить же к таинству крещения, с моей точки зрения, стоит ради Одного. И этот Один – Христос, Распятый и Воскресший. 

Итак, предложенный ниже список представляет из себя семь пунктов по этике. Которые можно брать и использовать. 

«Неужели мне одр сей гроб будет» 

Эта строка есть в вечерних молитвах. И она, на мой взгляд, каждый вечер возвращает человека к вопросу о том, а зачем он живет свою жизнь. К какой цели он стремиться, чего желает достичь. Ставить этот вопрос перед собой каждый вечер – невероятно полезная практика, для того чтобы уметь отделять срочное от важного и нужное от ненужного. Но этот вопрос учат ставить не только в христианстве. Помню, что и в Бусидо я читал похожую вещь: «Каждое утро представляй, что наступил последний день твоей жизни». Или как-то так. Но суть была та же. Но, тем не менее, христианство прекрасно учит тому, что нужно уметь отличать главное от второстепенного и посвящать время главному. Учит благодаря вот этой вот обязательной ежевечерней практике. 

«И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего» 

Гласит третий стих седьмой главы Евангелия от Матфея. Христианство учит смотреть, прежде всего, на себя. И смотреть на себя с определенной строгостью. То есть в идеале ты должен искоренять в себе такие вещи, которых в других не имеешь права замечать. Сильно помогает уживаться с людьми, с очень разными людьми. Но, при этом, это внимание к себе гораздо шире, чем просто постоянное унылое самобичевание. Это, в том числе, и благое внимание к себе. Умение задавать вопросы типа «а нужно ли мне это или то», «а полезно ли мне будет пойти к тем людям», «а что хорошего я смогу дать/получить там-то». То есть это внимание к своему времени, к своим сильным и слабым сторонам. Понимание того, что для тебя может быть опасно, что полезно, а что нейтрально. 

«Лукавый раб и ленивый!» 

Это строка из притчи о талантах. Напомню ее вкратце. Некий вельможа отправился на войну и дал своим слугам (по мере разума) денег. Дал в талантах, то есть очень больших и тяжелых слитках. К возвращению господина двое слуг преумножили данное им богатство и были вознаграждены, а третий спрятал деньги господина, плевал в потолок и просто вернул ему то, что было дано. Не преумножив, но и не истратив. И за это был жестоко наказан. Эта притча к тому, что следует понимать свои таланты, свои сильные стороны (говоря языком христианства, свое призвание и свою харизму) и преумножать их. Играть на полях своей силы (на тех, где у тебя есть эти самые таланты) и не играть на полях своей слабости. Очень полезная, особенно в юности, рефлексивная практика: понимать, что ты можешь и в чем ты силен и не лезть пусть даже в супер популярную сферу, если ты понимаешь, что в ней ты не огонь. 

К слову, здесь начинается то, что христиане называют словом смирение. Понимать не только то, чего ты не можешь, но и понимать то, что ты можешь лучше всех и делать это. 

Кроме того, эта притча очень хорошо помогает постоянно держать в сознании то, что люди разные и им разного дано в разных пропорциях. Отлично лечит зависть и желание судить.

Играть в долгую 

Когда я только пришел в Церковь, я прочитал житие святого Силуана и там были строки о том, что он практиковал молитву и строгую аскезу несколько лет без всякого результата. Но он знал, что это приносит результат и не отчаивался. И это принесло результат. Так вот, христианство учит играть длинные партии. Христиане не спринтеры, мы марафонцы. Мы знаем, что то, что мы делаем нужно было начинать делать раньше и нужно делать до самой смерти. Каждый день становясь лучше и совершеннее. 

И это, к слову, делает нашу жизнь в чем-то (во многом) интереснее, чем просто жизнь обычного светского человека. Нам интересно стареть. Каждый день (тут я хватанул, хорошо, если каждый год) твоя молитва становится умнее, глубже и чище. Каждый год ты чувствуешь как растешь над собой вчерашним, каждый год приносит новое, а не отнимает. 

В этом христианство родственно регулярным занятиям философией или наукой – чем дальше, тем интереснее. 

Пластичность 

Когда читаешь жития святых (которые прославлены Церковью), особенно не древних, а тех кто жил веке в одиннадцатом-тринадцатом и позже, не можешь не заметить, какие это все разные люди. И как по-разному они актуализировали свое христианство, как по-разному молились, исполняли заповеди, реализовывали свое предназначение и харизму. И это дает понимание твоей жизни как открытого пространства перед тобой. На котором возможны десятки одинаково правильных ответов. Можно жить вот так и это будет восхитительная жизнь, а можно жить вот эдак и это будет не менее светлая и сильная биография. Просто совершенно другая. 

Вот это понимание того, что можно сильно по-разному и все это будет одинаково хорошо и правильно – очень сильная штука, которая во много раз сильнее, чем чисто светские пять-десять вариантов правильной судьбы. Для каждого поколения будут свои пять-десять вариантов, само собой. 

Свобода воли 

Мега сильная этическая концепция, в современном мире инсталлируемая или принятым христианством или прокачанным философским скиллом (хотя некоторые ее отращивают неким не известным мне способом). Тут все просто, если отказаться от концепции свободы воли, придется отказаться от концепций греха, святости и покаяния. А если принять концепцию свободы воли, то вместе с ней придется принять и ответственность за свою жизнь и выкинуть в помойное ведро максиму «не мы такие – жизнь такая», где этой навязшей в зубах максиме самое место. 

Покаяние 

По-гречески – метанойа, что на русский язык правильнее было бы перевести, как изменение. Покаяние начинается с понимания того, что ты (твои тело, дух и разум), дан тебе же самому как заготовка. И ты просто призван постоянно меняться к лучшему. Сначала ты меняешься отрицательно, то есть, избавляешься от грехов, которые тебе мешают, а уж потом (хотя зачастую и не потом, а одновременно) ты отращиваешь себе определенные добродетели и черты, которых изначально не было. 

Процесс метанойи очень часто иллюстрируют с помощью тетраморфа, аллегорических изображений четырех евангелистов в виде животных. Да-да, те самые орел, телец и лев про которых поет Аквариум. Итак, сначала ты тащишь ярмо Креста как вол, запряженный в плуг. Тебе тяжело, непривычно и тебя атакуют твои страсти. Потом ты ходишь среди них словно лев и сам их шугаешь, ну а потом ты воспаряешь над этим всем, подобно орлу, и там уже вновь приобретаешь обновленный человеческий облик, становясь подобным ангелу. 

И да, еще одна плюшка, которая уже не имеет отношения к этике, но имеет некое отношение к тетраморфу. Благодаря христианству ты приобретаешь ключи ко всей сокровищнице европейской культуры. Ты совсем иначе начинаешь переживать классическую живопись и музыку, литературу и театр. И я сейчас не только про Возрождение и Баха с Леонардо и Толкина, где все связи на поверхности, но и про философию экзистенциализма и про русскую классическую литературу. И даже про фильм Матрица.

PS Как вы понимаете, это только первая часть ответа.