Раздетая спортсменка около штанги
![](/file/7cfcb2df157e4b5a0834d.gif)
⚡ ПОДРОБНЕЕ ЖМИТЕ ЗДЕСЬ 👈🏻👈🏻👈🏻
Раздетая спортсменка около штанги
Комментарии: 4, последний от 23/07/2022.
© Copyright Гулиа Нурбей Владимирович
( gulia_nurbei@mail.ru )
Размещен: 06/04/2006, изменен: 06/04/2006. 740k. Статистика.
Роман : Проза
Иллюстрации/приложения: 2 шт.
Скачать FB2
Оценка: 4.75*7
Ваша оценка:
шедевр
великолепно
отличная книга
хорошая книга
нормально
не читал
терпимо
посредственно
плохо
очень плохо
не читать
Аннотация: Перед вами второе и пока последнее художественное про% изведение Гулиа. Первая книга - "Русский Декамерон, или О со% бытиях загадочных и невероятных" вышла в 2006 году и тесно перекликается с последней. Но если "Русский Декамерон" пове% ствует о невероятных событиях, вообще часто происходивших с автором, то вторая - посвящена необычайным историям его личной жизни, отношениям с противоположным полом. Дело в том, что имя Тамара играло судьбоносную роль в жизни героя книги, из%за чего он и получил прозвище "тамаровед". Когда герой встретил свою первую Тамару, ему было пред% сказано, что обвенчается он с женщиной с таким именем, но не первой и не последней в его жизни. Этой избранницей должна была стать... Тамара предпоследняя. Последняя же должна лишь нести венец над ее головой! Отсюда и весь конфликт в любов% ной жизни автора%героя: попробуйте представить себя на его месте, когда кончаются отношения с одной Тамарой и возни% кает любовь к другой, в данном случае - последней. Которая всего%навсего должна нести венец над головой уже оставлен% ной предпоследней Тамары! Да, трудную задачу задал герою Голос, сделавший ему столь каверзное предсказание! Но в результате все получилось в точном соответствии с этим предсказанием. И этому свидетель не только я - друг автора, но и все люди, окружавшие его, а их было немало. Сколько сбывшихся предсказаний знает история - не счесть! Но науч% ная подоплека этого таинственного явления до сих пор неясна. Может быть, эта книга, написанная ученым%исследователем, откровенная и правдивая, поможет нам, наконец, раскрыть эту тайну человеческого бытия?
Комментарии: 4, последний от 23/07/2022.
© Copyright Гулиа Нурбей Владимирович
( gulia_nurbei@mail.ru )
Обновлено: 06/04/2006. 740k. Статистика.
Роман : Проза
Оценка: 4.75*7
Ваша оценка:
шедевр
великолепно
отличная книга
хорошая книга
нормально
не читал
терпимо
посредственно
плохо
очень плохо
не читать
Доступ к информационному ресурсу ограничен на основании Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».
Доступ к информационному ресурсу ограничен на основании Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».
Туркестанские повести
ЗНОЙНАЯ ПАРАЛЛЕЛЬ
Рецензии
Коллекции
Новости
Цитаты
Каталог
Новинки
По рейтингу
Случайная книга
Презентация
Авторы
Жанры
Теги
Календарь
Рекомендации
Премии
Онлайн чтение книги
Туркестанские повести
ЗНОЙНАЯ ПАРАЛЛЕЛЬ
Тип 1
Тип 2
Тип 3
Тип 4
Тип 5
Тип 6
Тип 7
Тип 8
A
A
A
A
A
A
нет
частично
все
закрыть
Отправить
Если не работает, попробуйте выключить AdBlock
Если не работает, попробуйте выключить AdBlock
Где же конец нашей земли? За четверо суток я пересек столько меридианов и параллелей, что на этой географической сетке могли бы уложиться десятки иных государств. Далеко позади остались русские леса, одетые в мягкий, еще неяркий багрец. Позавчера в последний раз поклонились мне седые ковыли, заполонившие степное придорожье, а вчера за вагонным окном весь день мелькала пестрая экзотика безоблачного полуденного края: пожухлые от яркого солнца травы; съеденные солью и потрескавшиеся от безводья плешины; огненные языки сентябрьских канн, листья которых похожи па слоновые уши; комолые домишки-мазанки окнами во внутренний двор; крутолобые часовенки и мечети…
Теперь с самого утра, когда мы пересели с поезда на автомашину, бурой верблюжьей шкурой маячит перед глазами пустынная даль и дрожит белесое, словно остекленевшее, небо над нею.
Гриша Горин, мой университетский однокурсник, протирая очки от дорожной пыли, декламирует:
У Гриши странное восприятие окружающего: прежде всего он видит уже кем-то увиденное. Ну купола, ну солнце. А где же эта «дремотность» Азии? Вон громадные металлические вышки по-солдатски наступают на песчаный ад; вон длинношеие роботы, похожие на жирафов, зубастыми пастями вгрызаются в безводный грунт и за ними тянется широченная трасса канала; вон кружит вертолет, выискивая место для посадки: значит, надо что-то разведать и положить здесь начало завтрашней жизни…
Однако Гриша, ошеломленный непривычной экзотикой, шпарит свое:
— Вот она, романтика, Володька! Как тут не вспомнить Пушкина:
Он показал рукой на живой столб — невысокое, уродливо остриженное дерево в узловатых, болезненно-темных наростах — и разочарованно спросил:
— Это и есть анчар? Велико же было воображение поэта…
— Тут, а не анчар, — объяснил Шукур Муминов, худощавый угрюмый солдатик, подсевший к нам еще в Адилабаде.
— Что тут? — повернулся к нему Горин.
— Тутовое дерево. Его ветви обрезают на корм шелковичным червям.
— Червям? Ха, скажи на милость. Когда-то в Англии овцы «поели» людей, а здесь — и того страшней. Представляю, какие это червяки, если они деревья глотают. — Гриша даже поежился, провожая взглядом одинокую шелковицу.
Ребята, тесно сидевшие на скамейках, прикрепленных поперек кузова грузовика, засмеялись.
— Последний всплеск веселья, — меланхолично обронил Горин. — Посмотрим, как вы там, в барханной стороне, будете смеяться.
Дорога круто повернула вправо, распарывая волны песчаной целины.
— Скоро, что ли, старшина? — спросил кто-то, перегнувшись через борт.
Из кабины показалась фуражка крепыша Дулина, который встретил нас на адилабадском вокзале.
— А вы песню, хлопчики, заводите. Пулей домчимся, — посоветовал он и сам же первый начал:
Потом песню подхватил весь стриженый народ:
Эту песню впервые я услышал в исполнении ансамбля ПВО страны, на концерт которого меня однажды пригласил отец. С тех пор ее полюбили в нашей семье. Заслышав знакомый мотив по радио, отец, кадровый летчик, непременно восклицал:
А когда песня заканчивалась, отец мечтательно вздыхал и, обращаясь к матери, говорил:
— Жаль, Тома, что нам поздновато в ракетчики… А ты, младший Кузнецов, как смотришь на эту профессию? Ракетчик. Здорово звучит!
И отец и мать не раз заводили разговор, чтобы я поступил в военное училище, откуда открывается широкая дорога в ратный мир. Но я не разделял их желания, считал своей стихией журналистику.
— Жаль, Володя, очень жаль, — повторял отец. — Армия — великая школа жизни. Думай, думай, сын…
— Земля! — прервал мои мысли Горин. Он сорвал широкополую панаму с яйцеобразной головы и театрально раскланялся.
Ребята привстали, вглядываясь в открытие новоиспеченного Магеллана.
— Садись! — вынырнул Дулин из кабины. — Стоять не положено.
Издали виднелись какие-то ажурные конструкции, аккуратные домики, сбившиеся в тесный табунок. На крутом бугре возвышалось загадочное сооружение, похожее на солдата, отдающего честь: «Здравия желаю, стригунки!» Позже мы узнали, что это локатор — глаза, уши и мозг маленького гарнизона, не помеченного ни на одной карте.
— Ну вот и наш Ракетоград. Солдатский дом, солдатский пост, — весело сказал старшина, когда запыленная машина остановилась около решетчатых ворот, сделанных из алюминиевых труб.
Над аркой алела пятиконечная звезда, а на двери КПП висел жестяной прямоугольник с требовательной надписью о предъявлении пропуска.
В казарме, к моему удивлению, оказалось довольно уютно. Над внутренним входом в нее — светящийся плакат:
Боевая готовность не более … минут!
Пол застелен розоватым линолеумом. У каждой койки — табурет и тумбочка под белой салфеткой. Четыре окна налево, четыре направо. У стены, противоположной двери, — матовое око телеэкрана. По углам аккуратные печки с надписями:
«Печь № 1. Истопник рядовой Новиков».
С потолка на витых шнурах свисают шесть светло-голубых абажуров. Чистенько, никакой казенщины, которой так меня пугал Гриша.
После отбоя никак не мог уснуть: по московскому времени было всего лишь восемь часов вечера — куры еще не садятся на насест. Долго крутился с боку на бок: и койка не та, что была дома, и подушка жесткая, и храп уставших за день солдат… А когда забылся — снилось: дорога от Москвы до военного городка; беспокойные разговоры с Гришей о суровой службе; старшина — этакий усатый дядька в кованых сапожищах: «Ать-два, ать-два!»; молчаливые лысые технократы у пусковых пультов ракет.
— Под-ъе-ом! Шевелись, шевелись! Успеете выспаться за два года. Подъем! — во все горло кричал какой-то маленький солдат с ножом на ремне.
— Не шуми, Новиков! — одернул дневального старшина. — Перепугаешь людей с непривычки.
Еще не разобравшись, где явь, где сон, я вскочил с койки и сунул левую ногу в штанину. Гриша копался рядом. Новиков хихикнул. Что такое? Оказывается, все уже стояли в строю.
Придерживая свой кинжал, дневальный покатывался со смеху:
— Новиков! — цыкнул на него Дулин и погрозил. Потом к нам: — В чем дело, Кузнецов, Горин? Все ожидают вас.
— Товарищ старшина, — услышали мы доклад дежурного, — личный состав дивизиона для следования на физзарядку построен! Разрешите вести?
— Ведите, Назаров, а я потренирую новичков. Отбой! — неожиданно скомандовал старшина.
— Медленно, медленно, товарищи. А ну-ка попробуем еще раз.
Попробовали. Кажется, получилось быстрее.
— Пулей надо соскакивать с кровати, — сказал Дулин. — Ну ладно, время еще будет, научитесь. А теперь па спортплощадку — марш!
Обнаженные до пояса и рассредоточенные в шахматном порядке ракетчики легко и слаженно, словно спортсмены на параде, делали гимнастические упражнения.
— Как положено, — удовлетворенно заметил Дулин. — Вот смотрите, — подвел он всех новичков к щиту, — что вы должны уметь.
«Бег… Прыжки в длину… Прыжки в высоту… Прыжки через «коня»… Подтягивание на перекладине… Метание гранаты… Преодоление препятствий… Марш-бросок…»
— Это еще не все, — усмехнулся Дулин. — Ничего, постепенно осилите, на то и физическая подготовка введена. А теперь покажу, как надо работать на снарядах.
Солдаты продолжали утреннюю зарядку, а старшина подошел к перекладине, вскинул руки, подтянулся до подбородка, затем провис и через секунду одним махом бросил тело на турник. Сделав разножку, крутнулся вниз головой, выпрямился как стрела и пружинисто спрыгнул на корточки, выставив руки вперед.
— Ташкенбаев! — согнал угрюмость со строгого лица Шукур Муминов. — Артист цирка.
— До артиста мне далеко, — сказал Дулин и снова шагнул к перекладине.
— Мах… Подъем… Склепка… «Солнце»… Обратное «солнце», — восхищенно шептал Гриша, завороженно глядя на каскад головокружительных фигур. — Ну и старик! Это он в назидание. Теперь жизни нам не даст со своим «делай, как я»…
Старшине было за сорок, но мы не заметили у него одышки, только краснота разлилась от лица к шее да набрякли тугие вены на руках.
— А теперь проверим, что вы умеете. Рядовой Кузнецов, к снаряду!
Я кое-как вскарабкался на перекладину.
— Два с плюсом, самое многое — тройка с минусом… Рядовой Горин, к снаряду!
Раскачиваясь и растопыривая ноги, Гриша извивался вьюном. Уж больно ему хотелось заслужить одобрение старшины. А Муминов как повис сосиской, так и висел, пока Дулин не сказал:
Старшина никого не упрекал, только бросил иронический взгляд на Горина.
— Разве вы слышали? — побледнел Гриша.
— Должность у меня такая — все видеть и слышать, товарищ Горин. Привыкайте не языком, а головой работать.
— Вот и договорились. А спрашивать буду с вас как положено. «Делай, как я» — золотое правило. Особенно у нас, ракетчиков. Получил приказ — пулей лети, гори в деле.
В казарме старшина продолжал наседкой хлопотать возле новичков: показывал, как заправлять постель, чтобы она не топорщилась, учил складывать обмундирование, чтобы по тревоге можно было сноровистее, быстрее одеться, все по порядку разложил в тумбочке — куда мыло, куда книжку, куда сапожную щетку.
— Это для чего же такой маскарад? — спросил Горин и, как бы ища сочувствия, посмотрел на ребят.
— Думайте, о чем говорите, — заметил Дулин. — Маскарад и порядок — понятия разные. Надо отвыкать от актерства, товарищ рядовой.
После завтрака офицеры, сержанты и солдаты выстроились перед казармой, на плацу, расчищенном от песка. Мы стояли на самом левом фланге.
— Начальник штаба, — шепнул Гриша, стоявший позади меня.
Начальника штаба я почему-то представлял солидным офицером с брюшком и округлыми чертами лица, а он оказался невысоким, худощавым, немного суетливым капитаном. Глава штаба прошелся по фронту, придирчиво оглядывая каждого с ног до головы, и, отойдя на середину, хрипловато скомандовал:
— Дивизион, смирно, равнение на — середину!
Выждав секунду и убедившись, что в строю все в порядке, он стремительно повернулся к моложавому стройному майору с академическим значком на тужурке.
— Дивизион для следования на боевую позицию построен!
Переведя дыхание, мы раздельно, по словам, выпалили:
— Есть! «Для прикрытия воздушных рубежей Родины… приказываю заступить на боевое дежурство…»
Хрипотца в голосе капитана пропала. Его слова ввинчивались в сознание, заставляли вытягиваться в струну.
— Старший оператор старший сержант сверхсрочной службы Родионов!
Кругом «старший». А фамилия так себе…
— Радиотелеграфист рядовой Леснова!
Ого, и здесь девчата, оказывается, служат. Вот тебе и дульцинеи…
— Начальник дизельной электростанции сержант Акимушкин!
Начальник штаба назвал фамилию одного из офицеров.
Это, наверно, самый главный — Тарусов. Какой он из себя? Офицер, видимо, заинтересовал и Горина, потому что он высунулся из-за моей спины, но тут же юркнул обратно, испугавшись строгих взглядов начальства.
— Первый номер пусковой установки ефрейтор Кобзарь!
— Я! — громче всех выкрикнул дюжий парень с песенной фамилией.
«Я», «я», «я»… А как же мы с Гришей? А всех новичков куда? Хотя бы посыльным, что ли, назначили… «По охране воздушных рубежей Родины!» Неужели когда-нибудь и мою фамилию назовет в приказе начальник штаба зенитно-ракетного дивизиона?
— Старший техник-лейтенант Бытнов, — приказал майор, — покажите молодому пополнению все наше «хозяйство», а после обеда будете усовершенствовать с ними батарейное укрытие.
Дивизион ушел. С нами остался Бытнов. Он не представился нам да и у нас не с
Две лесбиянки в красивом белье с пристрастием трахают друг друга языками
Красивая парочка любовников в ванной устроили страстный трах
Силиконовые сиськи девчонки с нежной киской (16 фото эротики)