Разбитые очки

– Ты с ума сошёл?! – на повышенном тоне воскликнул Ло. – Позволить Лукию воплотить меня?!

– Да-да, я знаю, что это звучит как полное безумие, – не отрицая, признал Джон. – Но пойми: другого шанса у нас уже не будет!

Лололошка сжал руки в кулак. Что за глупость? Он ведь кого-нибудь убьёт! Однако Джон был прав – если сейчас он не согласится и сбежит, шанс на спасение Архея падёт в бездну.

– Джон... Я... не знаю, – парень тяжело вздохнул. – Я сомневаюсь в этой затее.

– Я знаю, знаю... Лололошка, доверься мне, я спасу тебя. Ты же знаешь, что спасу, – Джон похлопал Лололошку по плечу. – Я подготовлю всё, чтобы пробраться к отцу и развоплотить тебя. Это наш единственный шанс попасть к нему.

Мироходец в голубом задумался. Он боялся причинить вред другим, особенно товарищам. Кто знает, может, случится что-то необратимое, и Отец победит в этой битве.

Немного поразмыслив, Лололошка принял решение.

– Я доверяю тебе, Джон, – честно признался мироходец. – Ты притащил меня сюда, так что будь добр, сдержи своё слово. Если ты меня не спасёшь, я выберусь, найду тебя и тоже заражу.

– Не сомневаюсь в этом, – даже в такой ситуации Джон смог ему улыбнуться. – Что ж... У нас мало времени!

Осмотревшись, есть ли кто поблизости, мироходец в оранжевом в последний раз взглянул на Лололошку и выпалил:

– Скоро вернусь!

Джон молниеносно скрылся за колонной. В этот момент вернулся Лукий. Учёный затаил дыхание – для начала нужно убедиться, что этот чокнутый не утащит его в другое место, а уже потом идти за подмогой.

– Не противься ему, дитя, – настаивал Лукий, подходя ближе к Лололошке. – Да пребудет с тобой Отец, да благо тебе дарует, заблудшей душе!

Епископ начал что-то колдовать. Лололошка почувствовал, как из под ног начала уходить земля. Его пронзила адская боль, как будто высшие силы пытались разорвать его тело на части. Из плеч начал вырастать фиолетовый скинт. Лукий опустил его на землю. Перед глазами потемнело, он слабо слышал слова епископа, лишь чувствовал, как его колени упёрлись в твёрдую плиту, а сам он всё ближе наклоняется вправо, точнее сказать – его тело непроизвольно упало на землю.

Джон наблюдал за ними. Сердце слабо сжалось в грудной клетке. Учёный никогда не врал, а потому не мог сказать, что совсем не переживает за своего альтер-эго. Напротив – ему было больно смотреть, как из Лололошки медленно начинает прорастать заражённый скинт, но таков был их план, отступать было нельзя.

***

Прошёл один скифос. Джон привёл ребят. По пути в Гохледдол они столкнулись с заражёнными, но чёрт – Гимлин нашёл Брунгильду. Харрис отказывался отдавать мужчине чарующую пыль, дворф не выдержал "несправедливости" и замахнулся своим молотом на Джона. Позже Валин разнял дерущихся. Они устроили привал, чтобы восстановить силы, но Джон чувствовал, что время утекает куда-то не туда. Какая-то щемящая тревога не давала ему покоя, словно он мог в любой момент опоздать к Лололошке.

– Невер, дальше сами. Я выдвигаюсь сейчас, присоединяйтесь чуть позже, остальное потом объясню.

– Юр-родивый, умом что ли тронулся – идти туда в одиночку? – ворон встал и взъерошил крылья. – Я пойду с тобой.

– Исключено. Вы все вымотались, у меня сил побольше ваших будет.

Ворон нахмурил свои густые брови, но дальше настаивать не стал. Альфред, поднявшись, сказал:

– Будь осторожен!

Джон молча кивнул, развернулся и побежал в центр Гохледдола.

«Чёрт возьми... Лололошка, главное держись», – ноги сами несли его вперёд, пока он смутно осознавал свои мысли: «Я должен его спасти!»

***

Воздух был пропитан тяжёлым запахом железа – запахом крови. Заражённые охраняли территорию, пока епископ расставлял артефакты. Лололошка стоял посреди места проведения ритуала. Он пришёл в себя, но тело налилось свинцом. Как бы он ни пытался пошевелиться, всё оказалось бесполезно – ничего не происходило.

«Надеюсь, ребята в порядке», – подумал Лололошка. «Как странно... Я чувствую себя не в своей тарелке, как будто моё тело подменили», – парень вздохнул. «В слиянии с Джоном я чувствовал безграничную свободу, а сейчас меня словно связали по рукам и ногам».

Лололошка смутно понимал, что будет дальше. Сейчас он пытался не потерять контроль над сознанием и не подчиниться Отцу. Он вспомнил, что Тот может читать чужие мысли. Конечно, он и так многих контролировал, но всё же лучше не рисковать и думать о чём-то нейтральном. Мироходец прикрыл глаза.

«Джон... не подведи».

***

В это же время учёный миновал полчища монстров, у него оставались последние несколько кусков мана-скинта. Чёрт, из-за того, что он не отдохнул должным образом, его скорость и силы постепенно иссякали. Ладно – как нибудь выкрутится.

Добежав до центра, Джон ретировался за столб; высунувшись, мироходец высматривал местоположение Лукия. Странно, но его нигде не было видно. Его карие глаза зацепились за фигуру Лололошки: тот стоял неподвижно и смотрел куда-то в сторону. Джону хотелось подбежать к нему и наконец-то избавить его от этих мук, но пока рано – Лукий, видимо, забыл какой-то артефакт и, словно послушный пёс, побежал за недостающим элементом.

И в самом деле – через киаф он вновь вернулся. Поставив статуэтку совы, епископ подошёл к Лололошке.

– Дай мне копьё, дитя.

Лололошка не понимал, как ему противостоять собственному телу. Дрожащими руками он протянул фиолетовое копьё Лукию. Мужчина спокойно взял оружие в руки. На его лице медленно появилась спокойная улыбка. Лололошку это слегка насторожило, но сделать что-то против епископа он не мог, как бы ни хотелось.

Рядом с мироходцем на полу стояла белая плита. Лукий неспешно подошёл к этому месту. Только его рука собиралась воткнуть копьё, как краем глаза мужчина заметил шорох кустов. Здесь явно кто-то был. Забрав с собой копьё, епископ направился к серому столбу. Уже вблизи он заметил падающую тень человеческой фигуры на землю. Чужак был почти пойман – Джон быстро выскочил из-за столба, оказавшись напротив Лукия.

– Ну надо же, а наш епископ умён! – Джон издевательски усмехнулся. – Что, тебе доложили обо мне?

Лукий заметно сжал оружие в руке. Медленно выдохнув, он процедил сквозь зубы:

– Не надо насмехаться, дитя. Разумеется, я знал, что у вас есть план, но какой именно – я и вправду не знаю. Хочешь верь, хочешь нет.

– Мне не интересно, что ты знаешь, а что нет, – Джон стёр всякую ухмылку и холодным тоном спросил: – Ты же не думаешь, что я сейчас уйду и сделаю вид, что ничего не произошло?

– Нет, конечно нет, – Лукий незаметно приподнял правую руку с копьём. – Хоть я и не считаю тебя важной фигурой в Его плане. Однако как раз такие, как ты, могут испортить все старания Отца.

Не дав Джону ответить, Лукий ринулся на него с копьём. Харрис предугадал его действие и лавировал в сторону. Мужчина нервно усмехнулся:

– Я тебя предупреждал.

Лукий продолжил атаковать: наносил удары — с угла, сверху, быстро и уверенно. Но и Джон не отставал – уклонялся, делал акцент на ложных движениях, дабы запутать старика. Лололошка развернулся, глаза резко расширились. Дело дрянь... Лукий нашёл Джона!

Борьба всё не заканчивалась – Лукий сменил тактику и действовал резче. Джон начал давать сдачи и пользовался пустотной магией. Одного он не учёл – запас мана-скинта не бесконечен! Киаф назад он истратил последний мана-скинт. Теперь оставалось надеяться только на себя и собственные силы. Мироходец старался не подавать виду, но то ли епископ оказался чересчур наблюдательным, то ли хотел поскорее расправиться с ним – Лукий действовал всё более враждебно и агрессивно, атакуя Джона.

Через пару киафов Джон перестал чувствовать ноги. Он с трудом мог дать ответку и одновременно уклоняться. Немного задержавшись в одной стойке, Лукий добился своего – острие копья попало в левое плечо парня. На предплечье образовался длинный порез, ткань была разорвана. Харрис прикусил губу и пустил сильнейшую магию в грудь Лукия. Это помогло – мужчина отшатнулся назад.

Быстро придя в себя, мужчина закричал:

– Богохульник! Ты портишь план Отца!

Направившись на Джона вновь, Лукий сбил того с ног. Джон пошатнулся и упал на землю. В этот момент епископ вновь смог его ранить в то же самое плечо. Джон зашипел от боли. Проклятье! Лукий, казалось, вообще не чувствовал усталости. Ну конечно – не он же пару киафов назад отбивался от заражённых! Присев на одно колено, Джон тяжело дышал и схватился за раненое плечо – он истратил всю ману, энергия была практически на нуле.

Стоило ему на секунду отвлечься, как епископ крепко сжал копьё. Видимо, ему окончательно надоел этот цирк. Немного отойдя от парня, мужчина прицелился и с размахом бросил копьё в направлении Джона, а именно – в его сердце.

Зрачки глаз Лололошки сузились от увиденного. Нет! Только не Джон!

Сам того не осознавая, Лололошка вернул контроль над телом; в последний миг он бросился вперёд и прикрыл Джона своей спиной. Джон только поднял взгляд, как почувствовал лёгкую щекотку на скуле, словно что-то брызнуло ему на лицо – неприятное, липкое. В ту же секунду он замер – перед его взором была спина мироходца, слева расползалось большое алое пятно. Из-за долгой драки очки Джона сползли на кончик носа и сейчас окончательно упали на землю с громким треском, ударившись о плиту.

Тело Лололошки непроизвольно начало падать в сторону. Харрис успел подхватить его. Держа тело мироходца, он почувствовал неприятную влагу на пальцах, но это было мелочью по сравнению с тем, как побледнело лицо Лукия и застыло в немом ужасе.

В воздухе витал запах крови – запах смерти.

Джон вспомнил момент, когда он следил за епископом, и что говорил Лукий перед тем, как уйти с гноллом: если Лололошка умрёт, все Его планы рухнут. Это и случилось – мироходец стоял у порога смерти.

Джон медленно потянулся за очками. На лице не дрогнул ни один мускул, но руки пробивала мелкая дрожь.

– Т-ты... – Лукий стоял как громом поражённый. Конечно, ведь он фактически своими руками убил Лололошку, тем самым нарушив план Отца. – Глупец! Ты порушил Его план! Мало того – из-за тебя мои руки нечисты! Дьявол!

Лукий рухнул на колени, медленно поднося руки к лицу, с заметной нервозностью; возможно, это было самовнушение, но на мгновение ему показалось, что фаланги испачканы липкой влагой.

– Нет... Не может быть, – отрицал мужчина. – Я же... Я же не мог совершить грех... Не мог...

Джон не желал слушать и дальше отрицания этого индюка. Притянув Лололошку ближе к себе, Харрис надел разбитые очки и воспользовался пустотной магией, мысленно сосредоточив поток энергии в своё сонное измерение.

Они оказались в тёмном пространстве. Да... Так выглядел сон Джона. Но сейчас явно не до интерьера – Лололошка так и не пришёл в сознание. Уложив парня на спину, учёный достал из-за пазухи мешочек с пылью. Может пыль и раны исцелит... хоть бы получилось.

Он посыпал Лололошку всей пылью, что у него была. Заражённый скинт медленно начал уходить, но небольшие пеньки и кристаллы всё равно остались, кровь не останавливалась. Безупречный белый костюм Джона давно покрылся окровавленными пятнами, руки были испачканы алой кровью мироходца. Неважно. Главное – спасти Лололошку.

Джон попытался направить свою энергию в тело Лололошки, но, к сожалению, у него самого не осталось сил – мана-скинт полностью закончился.

– Проклятье... – тихо выругался мироходец, стараясь сфокусироваться на Лололошке. Энергия постепенно начала покидать Джона, подпитывая парня, но, казалось, это было бесполезно – он потерял слишком много крови.

Харрис чувствовал, как холодный пот стекает с его лба, руки до сих пор дрожали, а энергия была на пределе. Перед глазами начало плыть. Джон остановил передачу магии и рухнул спиной на стену. Внутри было пусто. Он ведь говорил Лололошке ничего не предпринимать!

К сожалению, правда остаётся неизменной – если бы Лололошка не поставил себя под удар, тогда бы умер Джон. Чья-то кровь в любом случае должна была пролиться. Теперь Отец, вероятно, будет продумывать новый план, ведь Лололошка Ему нужен был живым, а не мёртвым.

Что Он предпримет в этот раз, Джон не знал и не хотел об этом думать. Лололошка... Он же обещал, что спасёт его, заверил, что точно спасёт и хорошо подготовится.

«Выходит, я соврал?» – задался вопросом Джон. Да – он впервые соврал.

Соврал о том, что справится.

Соврал, что обязательно его спасёт – нарушил слово.

Харрис запустил руки в волосы, крепко сжав корни. Сердце бешено колотилось о рёбра. Он потерял его... Джон вдруг поймал себя на мысли, что наконец-то нашёл того, кто понимает его, надеялся, что после Архея они вновь отправятся в какое-нибудь приключение.

– Джон... – тихо позвал Лололошка.

Услышав своё имя Джон сразу опустил взгляд на парня.

– Пр-рости...

Только сейчас до Харриса дошло, что одна сторона очков была полностью разбита и обнажала его взгляд. Поджав губы, парень тихо прошептал:

– Нет, не смей... Мать ведь говорила, что ты первый, и сил у тебя больше, чем у других.

Лололошка болезненно прищурил глаза. Рука медленно поднялась к лицу Джона, но притронуться к нему он так и не решился. Ему хотелось спать. Он ведь даже не успел попрощаться с Джодахом, Окетрой и Райей...

Никто не мог знать, что всё так случится. Никто не был виноват, кроме Отца и Лукия – так распорядилось время.

Лололошка сожалел, что он больше не увидится с ребятами, особенно с Джоном. Джон... Он ведь делал всё, что мог – строил план по возвращению в их родной мир, перед этим помогая жителям Эшхолда избавиться от бредовых обрядов воплощения.

Лололошка опустил руку. Веки потяжелели, он вот-вот покинет этот мир... покинет Джона. Собрав последние силы, он произнёс:

– Джон... Ты не виноват... – Лололошка слабо выдохнул, дышать было тяжело. – Я... сам пошёл на это, – он взглянул Джону прямо в глаза и грустно улыбнулся. – Пр-рости...

Последний вздох.

Лололошка закрыл глаза.

Теперь уже эти голубые бездонные глаза никогда не распахнутся вновь.

Все мимолётные мечты разрушились в этот злополучный час.

Больше нет Лололошки.

Нет того, кто изменил характер Джона.

Нет героя вселенной, что слепо бросается всем на помощь, не прося ничего взамен.

Нет его надежды и света.

Пульс Лололошки остановился. Вместе с ним потухла искра.

Вы когда-нибудь видели, как умирает мироходец? Джон и сам не знал, как это происходит, но заметил, что из тела Лололошки вылетел маленький голубой огонёк.

Огонёк постепенно начал угасать. Через несколько секунд искра потухла.

Вот так быстро и тихо Лололошка оставил этот мир.

Джон так и сидел, не решаясь пошевелиться. Очки разбиты, его одежда порвана и пропиталась чужой кровью, плечо болело от раны. Но всё это казалось таким неважным, что ему было плевать на свои любимые очки. Учёный почувствовал, как по щеке потекла слеза. Джон быстро стёр её и просто молча уставился в стену.

Может, это разбились не его очки, а он сам?

Харрис зажмурил глаза и откинул голову назад. Впервые он не знал, что теперь делать. По идее, нужно было вернуться к ребятам и всё рассказать, но... нет. Джон не хотел уходить и оставлять здесь Лололошку.

Не хотелось признавать, что он потерял его из-за своей глупости.

Не хотелось принимать тот факт, что он остался один.

Навсегда.

ТГК художницы арта – https://t.me/sodakower

мой ТГК – https://t.me/the_estate_nazumi