Рассвет

Тяжело вздыхая, Линч повернулся к Джону, безмолвно смотря на него. Тот стоял на подтаявшем снеге, смотрел вдаль, наблюдая за всходящим над горизонтом солнцем. Неподвижно стоящий Джон выглядел словно металлическая статуя, наполовину разобранная, с виднеющимся каркасом, которая веяла стойким чувством отстранённости, забытости и, возможно, неким спокойствием. Так и хотелось встать рядом, присоединиться и тоже смирно стоять, смотря на горизонт и ни о чем не думая. Но, к сожалению, времени на это не было. И Линч напомнил об этом Джону.

 —Пошли уже, — слегка грубо проговорил Егор, немного шагая к нему на встречу, — Я не хочу затягивать всё это ещё на несколько дней. Будут у тебя ещё рассветы в жизни.

—В отличие от тебя, я вижу это всего второй раз в жизни, наверное. Если это вообще можно назвать жизнью… Не бухти, короче! Иначе, твой рюкзак потяжелеет на пару килограмм, — усмехнулся Джон, поправляя лямку рюкзака на своем плече.

—Не угрожай мне тут! — поворачиваясь спиной к собеседнику, Линч принялся двигаться вперёд, — А то на запчасти разберу.

Егор начал ускорять свой шаг, оставляя Джона позади. Парень неспеша отвернулся от завораживающего вида, не желая прощаться со странным чувством, что в тот момент его наполняло. Ранее, когда Джон не был роботом, а находился в компьютере, Линч не показывал ему ни рассветы, ни закаты. Окна журналиста часто были зашторены, из-за чего искусственному интеллекту приходилось довольствоваться лишь картинками из интернета. Даже не смотря на свою сущность, Джон всё никак не мог вспомнить, когда именно он увидел рассвет впервые. А может быть, он и не хотел. Но то чувство, что сразу же овладевало им, как только он смотрел на красноватое небо, казалось ему до жути знакомым. Спокойное, меланхоличное, возможно немного тревожное…

Но откладывая чувства на потом, Джон наконец-то подровнялся с медленно идущим Линчем. Тяжело ступая вперёд, мужчина с придыханием что-то бурчал под нос, осматривая рядом стоящие развалины. Точно нельзя было сказать, чем они были разрушены. Может уже сами от старости повалились, а может монстры разрушили, рев которых был неотчетливо слышен где-то вдалеке. А может и вовсе бомбежка их застала. Хотя, они с Джоном были уже далеко от тех мест, куда производилась атака. Поверить только — государство бомбило само себя прямо в центр Москвы. Не будь Линч чуть ли не в эпицентре всех событий, он бы не поверил.

Размышления о прошлом, которые, по ощущениям, продлились несколько часов, прервал лёгкий ветер. Немного прикрывая очки рукой, он прищурился и посмотрел вперед. Заметив подозрительное серое облако, Егор тут же скрылся в одном из более-менее уцелевших зданий. За ним подоспел и Джон. Они скрылись в небольшом подвальчике.

—Сколько время? — снимая рюкзак, спросил Линч.

—Примерно восемь вечера.

—Восемь? Ну и быстро же время пролетело… — присев на холодный бетон, Егор стал доставать из рюкзака еду, — Сделаем небольшой привал. Там сейчас будет буря, скорее всего. Надеюсь, что недолго…

Достав консервы, мужчина тут же принялся их открывать. Наблюдая за стоящим Джоном, Егор неспеша отправлял кусочки невкусной еды себе в рот. Робот слегка выглядывал из-под двери подвала, смотря на проходящую мимо бурю. Настала тишина. Лишь лёгкое чавканье Егора и шум с улицы разбавляло атмосферу, пока Джон всё так же неподвижно стоял неподалёку от двери.

—Ты не любишь рассветы? — внезапно выпалил робот, на что журналист слегка поперхнулся.

—Это к чему?

—Ты никогда мне их не показывал, да и сегодня с утра подгонял, чтобы мы шли быстрее… Ты совсем на небо не смотрел. А оно такое чистое тут, в отличие от центра! Что не так-то?

—Просто не люблю. Тебе какая разница?

—Это связано с Джоном? — спросил тот, в надежде узнать, что за странное чувство внезапно окутало парня на рассвете и связано ли оно с реальным Джоном.

Но Линч не ответил. Искусственный интеллект тут же отстал. Он знал, что нет смысла его дальше расспрашивать, ведь всё, что он получит в ответ — твёрдое молчание. Видимо, тема действительно была связана с Джоном. К сожалению, робот не мог даже предположить. Старые данные всё ещё были повреждены и никак не хотели восстанавливаться, а в уже восстановившихся не было ни единого намёка на причину возникновения данной ненависти к рассветам. В любом случае, Линч не сможет долго молчать. Рано или поздно, он всё расскажет. Это уже не первый раз, когда сначала он скрывает информацию, а затем в абсолютной тишине, прохладной ночью, заводит разговор по душам. И в этот раз всё будет так же. Да?

—Ну как там на улице? — вдруг спрашивает Линч, медленно поднимаясь и складывая все вещи обратно в рюкзак.

 Выглянув за дверь, Джон заметил, что буря утихла, а на улице стало достаточно темно. Но не смотря на предполагаемую глубокую ночь, Егор решил продолжать путь. Выйдя из подвала, мужчина натянул на нос шарф. Частички пыли, песка и снега всё ещё летали вокруг. Включив нагрудный фонарик, парни выдвинулись вперед. Под ногами теперь было куча пыли, которая предательски поднималась вверх каждый раз, как только на неё наступали. Журналист, прислушиваясь к каждому шороху, аккуратно вытащил оружие из рюкзака. Вцепившись в него мёртвой хваткой, Егор прижимал ружье к себе, нервно перебирая вспотевшие пальцы. Ночью монстров становилось больше. Это было можно было легко понять по рёву всяких тварей вдалеке. Только в эту ночь было всё подозрительно тихо, что только больше настораживало парней.

 —Линч, стой.

 Железная рука упала на плечо друга. Журналист тут же остановился и удивленно посмотрел на Джона. Рука со скрипом дернулась и выдвинулась вперед, указывая в сторону. Повернувшись, Егор заметил какое-то свечение за рядом полуразрушенных домов. Внимательно вглядываясь за необычным сиянием, журналист вдруг подорвался с места и быстрым шагом направился к источнику света. Джон тут же его окликает, но Линч уже не слышал. Вся голова резко заполнилась мыслями, которые сначала казались совершенно несвязанные между собой, но потом ложились в одну цельную картину. Тот свет — не просто так. И отсутствие монстров тоже. Гробовая тишина на улице резко стала давить на мозг, только больше подтверждая догадки Линча.

 —Парад мёртвых, — с ужасом произносит тот, наконец-то добегая до развалин и с осторожностью выглядывая из-за угла.

 Толпы полупрозрачных фигур огромным массивом устремлялись к небольшой горке, сделанной из бетонных развалин бывшей цивилизации. Достигая самой вершины, они вдруг пропадали, оставляя за собой небольшую вспышку света. Но, к сожалению, из-за прошедшей бури здесь, по какой-то причине, было слишком высокое содержание пыли в атмосфере, из-за чего Линч стал периодически покашливать.

 —Парад чего? — тихонько переспрашивает подоспевший Джон.

 —Парад мёртвых… Монстров не было из-за них. Я, конечно, слышал, что такое может быть, но, чтобы это было правдой… — с опаской выходя из-за угла и сильнее натягивая шарф на лицо, быстро проговорил Линч.

 Он слышал, что эти, так называемые тени, не могли нанести вред человеку, но увеличивающаяся тревожность всё же заставила действовать его осторожно. Подходя ближе, мужчина засматривался на самую верхушку, на место, где эти самые тени, души умерших, наконец-то обретают покой. Что-то резко кольнуло в сердце, чувство некой вины охватило Егора, буквально заставляя того задыхаться. Линч посмотрел на Джона, что всё ещё находился за углом дома. Отвлечённый мужчина резко дернулся, почувствовав резкий холод вокруг себя. Поворачивая голову обратно, он вдруг встречается лицом к лицу с одной из тени.

—Линч, — эхом раздался голос, принадлежавший Джону.

 Но тот Джон его не звал. Это был тот, кто стоял перед ним. Реальный Джон. Его душа.

 Сердце тут же ушло куда-то под землю, даже ниже. Егор тут же задержал дыхание. Не в силах что-либо сказать или сделать, он так и стоял, смотрел на стоящего пред ним Джона и дрожал. Слёз не было, лишь стеклянные от ужаса глаза смотрели вперёд, буквально глядя сквозь тёмную тень. А эта тень, в свою же очередь, улыбнулась, как показалось Линчу. Дух подошёл ближе и прильнул к телу мужчины, гладя руки ему на спину. Простояв так пару минут, Егор вдруг дёрнулся и отошёл назад.

 —Джон?! Но как?! Почему ты тут?! — он снял с лица шарф, забывая о летающей вокруг пыли, из-за чего тут же закашлял

 —Тише, тише, — тот слегка посмеялся, — Егор, я попрощаться нормально хотел.

 Голос писателя был очень мягким, нежным и спокойным, он отдавал лёгким эхом, которое очень тонко резонировало с мычанием других душ на фоне. Линч почувствовал, как холодные руки коснулись его ладоней.

 —Егор, не вини себя, ладно? Ты не виноват. Это должно было случиться рано или поздно. Вот только не надо мне сейчас перечить, — слегка выглянув за плечо журналиста, он заметил роботизированное подобие самого же себя, — А, кстати, я и про твои деяния знаю. Идиот! Ты хоть понимаешь, что ты творил?

Джон ругался. А Линч не слушал. Ком в горле ничего не давал ему сказать, глаза резко закрыла какая-то пелена. В голове из раза в раз проносились события прошлых лет. Чувство бесконечной вины, одиночества и страха вновь наполнили мужчину, спустя столько лет.

—Егор, — Джон вздохнул. Он отпустил руки журналиста и мельком посмотрел куда-то в сторону, — Я знаю, нам есть ещё о чём поговорить, но, к сожалению, мне пора, — голос вновь приобрёл ту самую характерную черту в виде хрипловатости, — Я бы хотел остаться, но не могу. Хотелось бы надрать тебе задницу за всё, что ты сделал!

Джон, слегка кашляя, посмеялся, после чего вновь обнял Линча. “Извини”, — тихо произнёс Егор, вновь прикрывая своё лицо шарфом и располагая руки на спине собеседника, которые предательски проходят через холодное тёмное полупрозрачное нечто.

 Подул ветер, что резко поднял всю пыль с земли и унёс прочь, открывая хороший вид, на виднеющийся рассвет. Джон всё ещё хрипло смеялся, слегка кашляя. Сзади стоящий робот, наблюдавший за этой картиной, почувствовал то, что он чувствовал тем днем, стоя перед рассветом. В начале ним овладели страх и тревожность, что довольно быстро сменились на грусть, а затем и вовсе на спокойствие. Что-то кололо в том месте, где должно быть сердце. Руки непроизвольно дрожали, а тело и вовсе обмокало. И вдруг он резко понял — возможно, это то, что чувствовал Джон тогда, когда тот умирал. Почему это чувствовал искусственный интеллект? Он и сам не мог дать на этот вопрос ответ. Но одно он знал точно — всё же частичка того самого Джона присутствует в нём. Без тех же воспоминаний, без того же характера, но с теми же чувствами, что и ранее. По крайней мере, возможно, Джону хотелось так думать.  

Дух отпустил дрожащего мужчину и отошёл назад. Попрощавшись в последний раз, Джон ушёл в толпу, а через какое-то время пропал на вершине тех самых развалин, оставляя за собой лишь тусклый свет, который перемешался с красным небом на фоне.

Почти одного.

Мужчина вновь почувствовал на своём плече металлическую руку. Не говоря ни слова, Егор кратко взглянул на робота и поспешил покинуть это место.

Через пару дней, Джон очнулся рано утром в доме, где парни недавно остановились. Не заметив Линча рядом, он вышел на улицу, где обнаружил того стоящего посреди обломков. Егор смотрел на рассвет. Красивый красный свет мягко ложился на полураздетого журналиста, подчеркивая его изуродованное шрамами тело и уставшее, но даже в какой-то степени счастливое лицо. Заметив Джона, он повернулся и пожелал доброго утра. В его глазах отражалось оранжевое солнце, а улыбка с лица Линча не спешила пропадать.