Расщелина

Они спускались аккуратно, перепрыгивая с блока на блок. Медленно проходя путь вниз прогулочным шагом и следя за тем, чтобы никто не отставал. Замыкал процессию Джон. Он рассматривал породы и то, как поддерживаемые своды пещеры магией преобразуются в рваные кубические уступы. Между ним и Лололошкой шли Челленджер и Джонни. Гробовая тишина разбавлялась лишь порывами ветра и стуком сапог о камень.

Сам Лололошка вполне мог пролететь всё расстояние вниз сам, добравшись до конца расщелины в считанные секунды, но Мироходцу этого просто не хотелось. Соскакивая и следя за тем, чтобы вся команда была в целости и сохранности, парень размышлял о природе этой молнии и трещины в целом.

Что если, внизу ничего не будет? Что если, никакой развязки у этой задачи и не было изначально? Просто совершенно рандомное событие, не связанное ни с чем. Да и кто бы смел противостоять самому Лололошке, у которого политика была “Мы или дружим, или вы мертвы”? Да и с подобным ведением дел, как можно было понять, врагов у него не было, а если и были, они молча и тихо точили зубы, не смея даже высказываться на счёт действий Ло как либо.

Тех же, кому Мироходец позволял негативно выражаться в свой адрес, можно было пересчитать по пальцам. Флекджикей, Андрей, Арнир порой, ну и, возможно, пара существ из самого Сената. Конечно, Лололошка учитывал такие условности как разные договоры и прочие условности, которых придерживались если не все, то большая часть Выживальщиков. К таким относились движение “Просвещения” и Общий Мирный Договор. Этот “Договор” обещал каждому подписавшему его неприкосновенность от возможных угроз в лице других участников. Такие себе доверительные отношения, где каждый держит друг друга на расстоянии вытянутой руки. Ни дальше, ни ближе.

В случае, когда пункты контракта нарушались, вредя контрактёрам и нанося угрозу главному вектору планов в Сенате, проводился суд. И уже на нём принималось решение. Решение, которое удовлетворит каждого участника и только после печати всех собравшихся выносился приговор. Он мог быть тяжёлым, мог быть и чисто формальным. Всё зависело от преступления и отягчающих факторов.

Сам Лололошка не так уж и хорошо знал всё это, скучая на таком собрании. Иногда выставлял свою печать наобум, а иногда задумывался серьёзнее, смотря на поведение виновного. Как-то раз он и сам попал под этот суд. Уже не помнил из-за чего. Хотя это всё ещё не так феерично, как то, что делал Флекджикей. А он на суде бывал часто. Настолько часто, что подобное уже вызывало вздох буквально у всех. Как и тихий смешок. Ну и ещё метровую стопку бумаг к тому бюрократическому аду, который Лололошка даже представить не мог.

А бюрократию Ло не любил больше всего! Эти все заумные трудновыговариваемые слова, сплетающиеся в что-то совершенно бесполезное просто отнимали нервы и силы. Ложились грудами мусора и, Лололошка верил, сжигались в конце концов! Куда интереснее всё было слушать напрямую, живым ярким и пёстрым языком, когда не нужно было пробираться сквозь слова, каждое из которых содержит минимум букв двенадцать! И которые только Андрей и разберёт!

В который раз теряясь в своих мыслях, парень пнул маленьких камушек и чуть ли не подскользнулся. Его словили сильные руки друга и он, опрокинув голову, увидел Фляжку.

— Спасибо, — тихо хмыкнул он, возвращая себе устойчивость. — мы на какой высоте уже?

— Всего пятнадцать блоков от поверхности, — только и сказал Флекджикей, аккуратно подталкивая идти дальше. — Пролететь не хочешь?

— Нет, может что-то интересное пропустим, — тихо заметил он, соскакивая на очередной каменный уступ.

Он продолжал спускаться, а мысли вернулись к тому же вопросу.

Если бы не эти все договоры и суды, он бы мог предположить, что это дело кого-нибудь из Сената. Однако, если бы это было так, то он бы самолично вручил этому гениальному существу медальку за тупость и поздравил с идиотизмом.

Становясь на диорит и оглядываясь назад, тихо вздохнул. Хотелось провести этот день как-то иначе. Веселясь, устраивая новое приключение и простой человеческий отдых. А в итоге он опять занимается очередной работой, попутно вычисляя не бог ли это сделал или кто-то другой? Хотелось вздохнуть и забить большой и длинный гвоздь во всю эту идею и нужду. Заделать поверхность разлома и больше не задумываться о таких странностях.

Пройтись к Диме, в конце-то концов, чтобы он перепроверил камеру, которая дала явный сбой впервые за долгое время. Возможно, даже собраться всем у костра или всё таки пойти и убить гаста в Сумеречном лесу. Идей и правда много.

Но он продолжает спускаться, внимательно осматривая каждый камень на своём пути. Пропуская железные залежи и аккуратно ступая на новый уступ. Ощущая как какая-то странная усталость, которая скопилась на его плечах, давит непомерным грузом. Грузом странностей, свалившимися на него в несколько неподходящий момент.

Он кинул взгляд на огонёк лавы вдалеке и тихо вздохнул.

Вторым предположением после Сената были существа божественного плана высшего уровня. Только они смогли бы сотворить подобное “чудо”, избежав явного следа магии после и сделав это так… Неожиданно и дерзко. Не боясь возможных последствий или считая себя выше какого-то выживальщика, дабы равнять свои силы и самого Лололошки.

Высшие боги, являющие собой живые символы тех или иных явлений пусть и были самовлюблёнными эгоцентристами в большинстве своём, однако и им не доставало некоторых качеств, чтобы совершить такой необдуманный поступок. Да, это было глупо. Неоправданно. Так боги не поступали. Им не было нужды.

Зная в лицо каждого, Лололошка с уверенностью мог сказать, что его жизнь их никак не беспокоила и убить его тоже никто не хотел. Возможно, молния предназначалась для успевшего насолить всем и вся Джонни, но и это отметал в сторону, осознавая всю глупость такого способа убийства.

Как бы-то ни было, но и богами эта молния быть ниспослана не могла. Слабо улыбаясь, перекрыл лаву камнем, останавливаясь на мгновение и заглядывая вниз. С тихим смешком оглянувшись на Флекджикея, слабо улыбнулся.

— А ей конца и края нет. Как думаешь, как глубоко она ушла? Мне кажется, у нас даже мир не настолько глубок, как глубоко она идёт, — всё же решил пошутить Ло, махнув ногой над пропастью.

— Думаешь, мы находимся в какой-то иллюзии, красотка? — сверху спросил Джон.

— Кто бы так заморочился? — тихо вздохнул Челленджер, перешагивая на другой блок.

Смотря как его собственный двойник ногтём ковыряет железную руду, пытаясь, по всей видимости, вытащить самородок, вздохнул. Джон был чем-то невероятным. Неогранённым умом. Ну кто ещё в его окружении додумался бы крошить блок и пытаться нарушить его плотно запечатанную пустотной магией структуру? В голове опять пронеслась мысль бросить всё это и просто… Да просто начать наблюдать за тем, как его клон изучает мир! Это ведь настолько свежо! Настолько необычно! Он мог бы часами наблюдать только за этим, изредка поедая печёную картошку с хлебом и выписывая уж совсем любопытные идеи своего альтер эго.

— Не, не думаю. Скорее всего просто мы не привыкли так медленно перемещаться, — хмыкнул Джонни, опускаясь на корточки. — Думаю, оно максимум идёт до бедрока. — почесав подбородок, опёрся локтём на плечо Лололошки чуть склоняясь вперёд, дабы лучше рассмотреть глубину пещеры под ними. — Мне вот скорее интересно, с какого перепугу эта трещина вообще образовалась. Я бы там понял, если бы сборка модификаций была бы большой и начала спорить и глючить… Там-то да…

Подобная поза друга, заставила Мироходца опереться о стену перед собой и тихо вздохнуть. Да… Работа не ждала никого и никогда… Вернувший его на, а если уже быть точнее, под землю, Фляжка, говорил вполне дельные вещи, заставляя только кивнуть в знак согласия, поправляя очки свободным плечом.

— Ну тоже верно… Концентрация маны в воздухе от насыщения модами всё ещё слишком мала для таких природных явлений… — согласился Лололошка, после чего аккуратно убрал чужую руку и спрыгнул ногами вперёд.

Материализуя в руке посох с аккуратными крылышками и камнем, воспарил, оглядывая довольно просторную пещеру и монстров в ней. Подмечая и небольшую алмазную залежь, спрыгнул на каменный пол, меняя Разрывающего Бурю на меч и другой рукой хватая факел

— Телепортируйтесь ко мне! И аккуратно, тут пару скелетов и зомби. А, ещё и крипер! — крикнул Лололошка, отбегая от стрелы и натыкаясь на ходячий динамит.

— Прикрываю! — улыбнулся Фляжка, оказываясь рядом и совершая выпад в сторону взрывоопасного существа. — Так, а факела у кого-нибудь есть? Темно, как в улье Багрянников, честное слово…

— Минутку, — кивнул Челлендж, освещая парой факелов пространство.

— А почему мы вообще ищем внизу, если бы было логичнее искать первоисточник проблемы в том, откуда эта молния взялась? — поднял бровь Джон, осматривая стены пещеры на предмет трещин. — боги там, или ваши недоброжелатели?

Лололошка лишь вздохнул, убивая последнего из зомби, который появился из довольно широкого прохода. Взглянув на свою копию, перевёл взгляд на Флекджикея с явной мольбой в своих глазах. Ещё и энциклопедией подрабатывать не хотелось, к тому же и понимания не добавляли и все эти сложные формулировки, которые так любил Андрей и некоторые другие личности в Сенате.

— Фляжка, давай ты объяснишь? Я вот эти вот термины заумные даже не выговорю! — взмолился он, скидывая задачку на друга.

— Словно мне это надо, — закатил глаза Джонни, пиная небольшой кубический камешек. — Но, если по простому и только потому, что это ты меня попросил… Начнём с того, что чаще всего заклинания такого масштаба оставляют определённый магический след. Его концентрация находится в самом эпицентре магических связей. То есть в нашем случае — конечная точка, куда попала эта молния. По этому магическому слепку можно было бы предположить более точно несколько вещей. От того, кто мог это сделать, до того, был ли это рукотворный процесс или… Как любит говорить Андрей “сбой в матрице”. Хотя это вот всё лучше не слушать… Он хоть парень и умный, но иногда говорит такие вещи, что даже в Сенате игнорируют подобные утверждения. — он вздохнул, меняя меч на кирку и подходя к алмазной жиле. — В любом случае, если это окажется кто-то из богов, околобожественных сущностей или выживальщиков, то у нас на руках будет достаточно информации, чтобы надавить и договориться… “Мирно” — через зубы по слогам выдавил Джонни, зыкрнув на Лололошку. — Замяв весь конфликт без возможности продолжения конфликта и перехода его на совершенно другой уровень. Кто захочет в здоровом уме и свежей памяти устраивать вселенскую войну? — тихо фыркнул он, ударяя киркой о алмаз.

— Вселенскую войну? — переспросил Джон, явно напрягаясь.

— Ой, ну вы вспомнили… — тихо вздохнул Челленджер.

— Это было давно и не дольше трёх с половиной лет, — пожал плечами Флекджикей, вбивая кирку в поверхность алмаза.

— Кстати, а ведь молния и правда глубоко ушла… — хмыкнул Челлендж, почёсывая чёрную кожу щеки. — но… Это всё?

— Нет. — отрицательно мотнул головой Лололошка, останавливаясь недалеко от центра и садясь на корточки. — Я нашёл продолжение. Похоже, Джонни, ты был прав. Она таки дошла до бедрока… И там… Там что-то светится…

— Я с тобой спущусь, — подошёл Джон, натягивая на губы слабую улыбку.

Мироходец от подобного предложения даже застыл, на мгновение растягивая губы в широкой улыбке. Было видно, как он рад, что его тёзка проявляет полноценный интерес и сама вызывается проверить что-то, что они до этого раньше не видели. Вытаскивая кирку, кивнул.

— Хорошо, тогда держи факел. Будешь освещать всё, пока я буду копать. Нам осталось до бедрока блоков пять, не больше, так что мы очень даже близки к разгадке!

Харрис ему только кивнул и взял факел. Смотря как он аккуратно отходит на шаг, тихо хмыкнул и крикнул остальным своим друзьям:

— Если что, мы маякнём!

— Давай! — согласились с подобным Джонни и Челленджер, крикнув это почти синхронно.

— Как же хорошо, что пещера под этими вашими криками не может обвалиться, — тихо фыркнул Джон, потягиваясь.

— А с чего бы ей? Над нами не песок с гравием, чтобы обваливалось что либо.

— Не важно, — отмахнулся Харрис.

Ло только и смог, что пожать плечами, переключаясь на камень под собой и принимаясь его усердно разрушать киркой, вкапываясь вниз и почти сразу оказываясь в расширившейся трещине.

Ослепляемый белым светом, прищурился и скорее на автомате словил в руки упавшего сверху Джона. Всё таки мышечная память у мироходца работала иногда даже лучше и быстрее мысленных процессов. Удерживая свою тёзку на руках, уставился на кристалл, забывая что вообще хотел спросить.

Вокруг кристалла плясали молнии, готовые переродиться во что-то большее, опасное. Пуская белый заряд вокруг, они не предвещали ничего хорошего.

— А это тут каким образом оказалось? — вскинул брови Харрис, аккуратно слезая с рук тёзки. — Парадокс? Не дело, ой не дело!

Лололошка продолжал стоять, молча и слегка даже завороженно наблюдая за тем, как его собственная копия подходит, склоняясь к белому кристаллу и аккуратно трогает его пальцем. Пинает даже. А тот, словно вырос из самого бедрока. Такой красивый, но почему-то вызывающий холодок по коже, словно это уже было. Или будет. Очень странное ощущение, которое он не испытывал никогда, но при том, которое, как могло показаться, присутствовало с ним всегда.

С любопытством сев на выступающий камень, Ло продолжал наблюдать и за тем, как его альтернатива берёт камень и сжимает в руке. Потом хмурится. Кидает о стену. Делает так, словно это само собой разумеющееся. Словно он не ощущал этого холодка в душе и странного ощущения сжатости всего времени в одну точку и с тем же его полного отсутствия. Чего-то такого, напоминающее заточение в Тюрьме времени и вместе с тем же побег из неё.

— Да чтоб тебя… — тихо выругался JDH, поднимая кристалл и рассматривая его со всех сторон. — Мы же не можем находиться у меня в реальности, так почему же выведенные мной и работающие законы воздействия отказываются работать?

— Ты знаешь, что это? — уточнил Ло, заранее понимая глупость своего вопроса.

— Временной парадокс… Откуда он взялся тут, я не знаю, — предупредил Джон, пытаясь сломать его об пол опять, кидая уже с размаха.

Лололошку проморозило. Он слышал об этом. Где-то. Возможно. А может и нет. Это странное чувство неопределённости ощущалось странно, не правильно. И единственная мысль, которая возникала в голове при виде этого белого холодного куска “времени” — а времени ли? — было желание отнести его в Сенат. А ещё лучше — Андрею.

— Окей, давай ты будешь ему проводить краштест в другом месте? — улыбнулся Лололошка, протягивая руку. — Отдай мне эту вещицу.

Джон лишь вздохнул и протянул осколок Лололошке, что-то тихо бубня под нос. Бубня настолько нечленнораздельно, что даже первый не мог понять этого возмущения.

А белый полупрозрачный кристалл ощущался холодным. Почти ледяным и явно бы отморозил ему все руки, если бы не магическая оболочка и магия регулирования температуры. Вздыхая, прикрыл глаза и спрятал в потайной инвентарь для самых важных вещей.

Взглянув на Джона, слабо улыбнулся, а после взглянул наверх и по мыслесвязи довольно громко объявил:

“Возвращаемся. Похоже, пора наведаться в Совет.”

Следующая глава
Прошлая глава
Содержание