Расплата

— Платон Михайлович, проснитесь, беда! — тарабанил Архип в купе начальника поезда. 

Дверь почти сразу открылась. Заспанный начальник смотрел на Архипа недоуменно.

— Что случилось? Внутрь зайди. Теперь давай рассказывай. На воды тебе, успокойся.

— П-п-п-латон Михайлыч — заикался проводник — барышню… барышню из третьего вагона только что в реку выбросили!

— Чтооооо? Да ты трезв? Что ты несешь?

— Абсолютно трезв, Бог свидетель — перекрестился Архип — пассажир из четвертого вагону скинул ее. Я не успел остановить, в тамбуре был и увидел, когда случилось все. Вот и решил к вам сразу бежать. Вдруг вооружен бандит?

— Ну делааа — протянул начальник поезда — что еще видел, кому рассказывал?

— Никому не рассказывал, спят все. А барышня кажись не в себе была, коли не шумела. А, вот что еще, девка у ирода этого проклятого в сообщницах есть, они миловались все по коридорам, видел их не единожды. Горничная она ейная была.

Платон Михайлович уже натягивал сюртук. Ночь закончилась, не успев начаться. 

— Так, Архип, слушай меня внимательно. Шум нам поднимать никак нельзя. Если проведают, что знаем про них, то можем спугнуть, или беды наделают какой. Наше дело их сопроводить и выдать полиции. Когда они сходят с поезда?

— До конечной едут, билеты лично проверял.

— Конечная… Следующая станция утром в шесть, перегон на Завидово, сразу за мостом станция. Там отправлю тебя передать срочное послание в полицию, чтобы на конечной их встретили. Поезд придержим на несколько минут, я решу. Лишь бы раньше не соскочили…

Архип просидел в купе начальника поезда до шести утра. Они написали послание для полиции, Платон Михайлович завизировал его своей подписью. Без четверти шесть поезд надрывно загудел — подъезжали к станции. 

— Приготовься, Архип, я сейчас в кабину машиниста, а ты на станцию за посыльным. На все про все у тебя минут десять, не больше. 

Поезд замедлил ход, колеса со скрежетом тормозили, подъезжая к станции, вагоны потряхивало. В коридорах было пусто. Лишь бы кто-то был на станции! Архип открыл засов на двери и высунул голову. На его счастье, на станции было многолюдно. На других путях стоял товарный поезд, и мужики на платформе грузили в него мешки, стоя по цепочке. Значит, на станции должен быть дежурный, раз идут погрузочные работы — подумал проводник с облегчением.

Минуты тянулись бесконечно. Сердце Архипа отсчитывало ритм вместе с колесами поезда. Наконец паровоз издал тяжелый вздох и замер, качнувшись назад, а затем вперед. Проводник уже спрыгнул из первого вагона на платформу и побежал искать дежурного. Он поспрашивал у мужиков, и они отправили его в домик смотрителя.

Запыхавшись, влетел он в помещение смотрителя. Тот выглядел полусонным и пил крепкий чай, чтобы взбодриться. Явление в его домике Архипа взбодрило его лучше любых напитков. Увидев подпись начальника поезда, он немедленно распорядился отправить бумагу в полицейский участок, который, по счастью, был недалеко.   

Архип летел к поезду как на крыльях, когда замер как вкопанный. На краю платформы он увидел знакомые лица. Убийца и его подельница вышли из вагона и хотели скрыться, уже договаривались с возничим. Видно, почувствовали опасность. Проклятье! 

Раздумывать больше было некогда. Уйдут гады, потом нигде их не найдешь на огромных наших просторах — думал Архип и уже бежал по платформе, пытаясь попутно привлечь внимание мужиков криком и взмахами рук. Люди стали оглядываться и остановили погрузку. Парочка тоже обернулась.

— Держите их, люди добрые! Убивцы это! Держите! — задыхался проводник на бегу.

Митю перекосило от злобы. 

— Опять ты, чертов придурок, говорил же тебе — пшёл прочь!! — заорал он.

Евдокия с саквояжем Варвары в руках замерла как вкопанная. Архип был уже близко. 

— Ты почто барышню погубил, ирод проклятый?? Я все видел, теперь не уйдешь — кричал он, подбегая и хватая Митю за рукава — братья, помогайте, держите убийц!

Вдруг Митя сделал резкое движение рукой. Проводник вскрикнул и медленно осел на землю, хватаясь рукой за живот. Он пытался сделать вдох и не мог. Повалившись на бок, он застонал. 

Евдокия закричала. Она осознала, для кого был предназначен этот нож в кармане возлюбленного. В это время уже набежали мужики со станции и сбили ее неудавшегося жениха с ног. Они выбили нож у него из рук и стали неистово избивать.

— Вяжи его, ребята! — бросил им веревку возничий. 

Кто-то пытался помочь несчастному Архипу. Из первого вагона показался Платон Михайлович. Он побежал к шумной толпе и увидел на земле своего помощника, истекающего кровью.

— Держись, Архипушка, только держись, браток — повторял он. Но глаза проводника уже не реагировали. Сидя в луже крови, начальник держал голову Архипа у себя на коленях и принял его последний вздох. 

В суматохе задержания преступника все забыли про Евдокию.

— А девка, девица-то где? — закричал Платон Михайлович.

Мужики стали озираться. На краю платформы валялся саквояж. Вещи были раскиданы. Девчонку они увидели вдалеке, она уже подбегала к мосту над рекой.

— Держите девку, не должна уйти! — раздались крики в толпе, и несколько крепких мужчин припустили догонять беглянку.

Проклятые мосты! Чтоб вы провалились! — бешено стучали мысли в голове Евдокии. Грудь ее разрывало огнем от бега, корсет не давал нормально дышать. Модные ботиночки на каблучке, подаренные Варварой Павловной, превратились в кандалы, которые мешали бежать.

В памяти начали мелькать воспоминания как картинки. Вот они с Варварой в парке у Афанасия Михайловича на качелях. Вот Варвара порезалась и плачет, а Евдокия ее успокаивает. А вот уже сама Евдокия плачет у Варвары на плече и делится сердечными чувствами к Мите. А Варвара… всегда такая добрая и светлая… Боже, как она могла своими руками такое сотворить?

Евдокия как будто отошла от морока, и на нее лавиной обрушился весь ужас понимания того, что она натворила. 

Девушка обернулась на бегу через плечо: мужики уже нагоняли ее, кричали и сотрясали воздух кулаками. Она глянула вниз. Голова закружилась. В ущелье далеко внизу бежала речка между камнями. Ее шум был хорошо слышен здесь наверху.

Добежав до середины моста, Евдокия уже знала, что делать.

— Душенька моя, Варвара Павловна, прости меня, гореть мне в аду! Господи, прости меня за все, если сможешь! 

Девушка подошла к краю и шагнула вниз. Мужики подбежали к месту падения и увидели внизу распростертое в реке между камнями тело.

— Вот так мой Архипушка со мной и оказался — подвела итог их совместному с Архипом рассказу Варвара. Кирилл обратил внимание, что проводник держится рукой за живот. Тот заметил его взгляд.

— Да, сударь, память одолевает. Барышня вон плачут каждый раз над мостом, а я на этой станции за живот всегда хватаюсь. Так и катаемся мы с ней. 

— Но почему вы в этом поезде? Почему не с родными... там…? — спросил Кирилл.

— Не знаю, Кирилл Андреевич — ответила Варвара — страшный человек этот Митя был, проклинал нас каждый день, пока на каторге был. Так и помер там весь в своей злобе и болезнях. А нас держит что-то здесь. Но однажды было мне видение, что должна я найти проводника, который поможет нам освободиться, и вы… там отразились. 

— И как я могу вам помочь? Что мне нужно сделать?

— Это тоже было в видении моем, расскажу чуть позже. Но сначала поведаю о том, что дальше было.

— Нашли меня быстро в реке, мальчик маленький нашел… Ефимка... думал, что русалка я — Варвара улыбнулась — Разыскали полицейские дальних родственников по стороне дедушки. Мы с ними в жизни никогда и не виделись. Усадьбу они взяли в свои руки. А самое интересное, что выкупил ее у них дедушкин бывший компаньон Прохор чуть ли не даром. Они цены усадьбе не знали, и тому были рады, и уехали с концами. Компаньон этот весь дом вверх дном перевернул и парк перекопал, но так ничего и не нашел — Варвара засмеялась.

— А меня в Петербург отвезли и с папенькой рядом погребли… Архипушку с почестями отправили в родную деревню. А Евдокию без креста похоронили на окраине местного кладбища в Завидово…

— Варвара, а монета Афанасия Михайловича? Где она была все-таки? — спросил Кирилл.

— В платье я её своем спрятала на всякий случай. А потом, когда в реке оказалась, вымыло ее течением. Так на дне реки и лежит теперь.

Вдруг в вагон ворвался сквозняк. Архип вскочил с места. Дверь в дальнем конце вагона открылась. Варвара взглянула туда, закричала и упала без чувств, Кирилл едва успел ее подхватить. Он посмотрел на дверь и различил темный силуэт на ее фоне. В тамбуре кто-то стоял.