Раскол Биель-Тана (15 часть)

Как только полчища демонеток оказались в радиусе поражения сюрикенного оружия иннари, разразился ураган из острых как бритва дисков. Однако их обжигающие касания лишь вводили охотниц в исступлённое состояние. Шипящие и облизывающиеся демоницы подступали всё ближе и ближе. Вовремя подоспевшие актёры Полуночной Грусти, которые ловко проскакали через древние развалины, нырнули в гущу противников с такой грацией и резвостью, будто это была очередная их постановка — и действительно, арлекины часто репетировали схватки с демонами.

Где бы ни умирали эльдар, там появлялась Иврайна и вбирала в себя души, пока трупы ещё не успевали остыть. В кошмарном полуреальном пространстве Ока Ужаса бестелесные духи были отчётливо видны, ввиду чего наблюдавшим казалось, будто Иврайна в буквальном смысле вдыхает их. С каждым высвобождением энергии смерти окружающие иннари ощущали невероятный прилив сил и начинали драться с такой скоростью, что даже шустрые демонетки выглядели на их фоне совсем вялыми.

Когда битва достигла кульминации, из глотки каждой потусторонней обольстительницы, скакуна и изверга вырвался стон вожделения, а из воронки-пасти на пути эльдар вылез громадный язык с клешнёй на кончике, такой же длинный, как общественный трансмотив, ходящий в городах-ульях. Многие иннари в ужасе закричали, подумав, что из дыры выйдет Та-Что-Жаждет, чтобы съесть их. Возможно, они были правы. Держась клешнями за вкусовые сосочки, верхом на гротескном придатке ехали три высших демона Слаанеш. Крупнейшая из них — Королева Страданий, воплощение тёмного блаженства — закричала в экстазе, когда титанический язык обрушился на землю и насмерть раздавил сотни эльдар.

С двух сторон сопровождаемая омерзительно прекрасными соратницами, Хранительница Секретов выставила перед собой усеянную драгоценными каменьями клешню и отбила двух накинувшихся на неё арлекинов прямо в клешни прислужниц, которые тут же разорвали глупцов. Рубиновый дождь отметил безжалостно быстрое завершение карьеры актёров.

Возникшая из ниоткуда Инкарна вознеслась ввысь через дымку, и шорох её голоса перерос в шум водопада. Подобно размытому пятну она стремительно пронеслась к высшим демонам и схватила Королеву Страданий за горло. Демоница издала приглушённый возглас удивления, когда инкарнация Иннеада разорвала ей шею в фонтане крови. Однако аватар значительно рисковал, подойдя на такое близкое расстояние к неприятелю. Громадная колючая клешня схватила Инкарну за лодыжку, а затем вторая и третья, как только подоспели фрейлины Королевы. Инкарну с силой швырнули на землю, а в следующий миг её стали вбивать в пропитанную слюнями почву могучие копыта.

Иврайна закричала от боли и призвала энергию своего бога в виде шепчущей бури, поглотившей окружающих демонеток и обратившей их в холодные серые изваяния, которые вскоре рассыпались. Однако на место убитых вставали новые враги. Неподалёку Эльдрад Ультран на пару с Кайсадурасом атаковали с разных сторон Хранительницу Секретов; их колдовское оружие вспыхивало всякий раз, как наносило ей одну страшную рану за другой. Рядом с ними крутились арлекины, на один шаг опережающие противников благодаря сальто-поясам. Развернувшееся на планете действо было настолько великолепным, настолько было пропитано родовой ненавистью, что арлекины едва могли противиться желанию вжиться в ритуальные роли и воспроизвести в реальности прославленное представление о грехопадении.

Несмотря на то, что она билась за свою жизнь, Иврайну не покидало ощущение, что всё это она видела прежде, правда, не могла вспомнить где. Среди спасённых ею душ не было ни одного арлекина, ибо Смеющийся бог забирал их себе. А затем её осенило: танец арлекинов и демонов Слаанеш являлся отголоском заключительного акта, который показывали актёры Полуночной Грусти в театрах Комморры. К Иврайне пришло воодушевление. Она хорошо знала ту постановку, поскольку в молодости исполняла похожий вальс. Прыгая, вращаясь и кружась, она повторяла танцевальные движения, пленившие её в детстве — так она могла почти идеально предсказать не только партию арлекинов, но, следовательно, и противостоявших им демонеток.

Так, вальсируя с противниками, она проследовала путём разбросанных мёртвых психокристаллов к большому их скоплению всего в дюжине шагов от высших демонов Слаанеш, неистовствующих в рядах иннари. Она чувствовала под ногами пульсацию, исходящую от заветного меча, резервуара губительной энергии, обладающего такой мощью, что он лишил пси-потенциала ближайшие путеводные камни. С мрачной улыбкой Иврайна приложила обе руки к земле и закричала.

Удар сердца спустя Инкарна подобно фениксу вырвалась из-под ног у Королевы Страданий, переродившись в фонтане энергии холодного голубого оттенка. Двумя руками она сжимала длинный и сияющий меч Старухи. Взмыв в небо, она разрезала им королеву демонов от паха до шеи. Вихрь смерти вокруг неё ускорился, и Инкарна размытым лиловым пятном принялась рубить и резать высших демонов, пока те не испарились. Оружием, которое держал аватар Иннеада, был Вилит-жар, меч Душ, самый крупный и мощный среди всех старушечьих клинков. Спустя тысячелетия сна его лезвие жаждало крови эльдарских обидчиков. Режущим и колющим смерчем Инкарна пронеслась по полчищам Слаанеш: каждый её выдох становился убийственным туманом, каждый выпад приносил абсолютную смерть вопящему демону. Инкарна резанула по гигантскому когтистому языку, потянувшемуся к ней, и отвратительный отросток вернулся в логово, будто его ужалила великая оса-мурех. Вдохновлённые воплощением заключительного акта, арлекины возобновили атаки, и через считанные минуты окружавшая их орда обратилась в беспорядочное бегство. Что приятнее, за руинами проглядывали цвета Ультве. Ловушка не сработала. Спасение было близко.

Последняя надежда эльдар

«Тёмные боги поднимаются. Посему мы должны подняться выше, дабы столкнуть их вниз»– Иврайна, посланница Иннеада

Свет во тьме

Теперь, когда иннари и их союзники из Ультве сражались как одно целое, они разорвали стягивающуюся петлю, накинутую демонами Слаанеш. Подобно бурным потокам реки ударные группы проносились через руины и по песчаным дюнам разрушенного альдарского города, развивая успех, прежде чем инфернальным воинствам удалось бы их отрезать. Наступление возглавляла Иврайна; царственное одеяние развевалось на эфирных ветрах, пока она мчалась среди обвалившихся арок и под взором изваяний павших героев в направлении громадного мемориального комплекса Атрансиса, где до грехопадения выставлялись художественные работы эльдар, как самые главные сокровища вселенной. Вместе со специалистами по ближнему бою из числа солдат Ультве, которые образовали сплошную стену из клинков на обоих флангах, авангард иннари проник в громадный зал, высматривая подходящую оборонительную позицию, чтобы положить конец охоте за душами. Однако внутри здания они получили не только тактическое преимущество.

Когда Перерождённые заняли укрытия за наклонными подиумами и кафедрами, здание наполнилось золотым светом. Стряхнув пыль, монолитные передние панели двух громадных сооружений в задней части галереи открылись рывками, словно крылья бабочки, вылезающей из кокона. За ними показался сияющий жёлтым рунический портал, огромный, но видимый только усопшими или теми, кто получил их благословение. Оттуда появилась фигура шириной с сам портал и высокая настолько, что ей пришлось нагнуться, чтобы пролезть.

Из-за древних врат плавно вышел исчертанный рунами Призрачный Рыцарь в гордой жёлто-голубой расцветке, а после него ещё двое. Длинноствольные солнечные пушки громко загудели в тишине, и иннари радостно закричали, когда гиганты открыли огонь. Сгустки плазмы, друг за другом вылетающие через вход в выставочный комплекс, испепеляли демонов, желающих схватить убежавших эльдар. Где бы ни появлялась очередная охотничья стая Слаанеш, убийственный залп стирал её с лица земли. Когда же несколько колесниц на полной скорости пронеслись сквозь ряды войск Ультве, разбрызгивая кровь с шипастых колёс, один из Призрачных Рыцарей шагнул навстречу и раздавил демонические повозки одним резким ударом массивного клинка. Тогда Иврайна впервые заметила под ногами колосса меньшие фигурки; легендарные боевые конструкции искусственного мира Йанден прибыли и рассеялись по всему залу, образовав вокруг иннари защитную стену. Вместе с ними пришла не кто иная, как Йанна Ариеналь, Ангел Йандена.

По команде духовидицы воины-призраки сформировали неплотный круг, расширившийся за пределы позиций живых товарищей, а затем сомкнувшийся. Заграждение из призрачной кости позволило каждому эльдар внутри безо всякой для себя опасности отгонять демонических преследователей очередями выстрелов и методичными ударами клинков. Многие безликие воины отдали «жизни», чтобы помочь спастись сородичам. Йанна жестом призывала иннари пройти с ней через золотой портал, и Иврайна, осознав, что оставаться здесь больше нельзя, приказала отступать. Так, одна группа за другой Перерождённые проникли в секретный отрог Паутины за вратами.

Тайные тропы, которыми йанденцы ходили в старушечьи миры, где собирали путеводные камни, были крайне опасны, однако проводником иннари выступала не только самая одарённая духовидица современности, но и актёры театра Полуночной Грусти. И хотя у эльдар ушли долгие недели тяжёлого пути, они без серьёзных происшествий добрались до золотого портала, который вывел к череде скрытых врат в путеводном порту Ваидх, принадлежащем искусственному миру Йанден. Йанна Ариеналь провела печатью костопевицы своей династии перед дюжиной рунических замков, в партии сопрано спела о родословной Эльданеша и спроецировала свою душу на духовные резервуары за каждыми вратами, пока они бесшумно не отворились друг за другом.

Экспедиция попала в стылые и затянутые туманом катакомбы под чертогами призраков. Ниши, раньше занимаемые неактивными оболочками воинов-призраков, сейчас пустовали. Откуда-то сверху донёсся далёкий гром, и, склонив голову набок, Визарх высвободил из витиеватых ножен длинный клинок. То определённо были не звуки бури, но битвы. В тот миг Иврайна в равной мере ощутила наплыв надежды и отчаяния. Её последователи обрели спасение, когда казалось всё кончено. Более того, на помощь им пришли представители мира-корабля, которых они хотели обратить в свою веру. Умерев и возродившись в древних владениях альдари, Инкарна вытащила из почвы Велиала IV меч Душ, способный менять свою форму, но тем не менее иннари нашли всего один из двух мечей, спрятанных на той планете, прежде чем им пришлось уйти. Если не собрать все пять клинков Старухи, сила Иннеада будет значительно меньше. Что хуже, меч, который Иврайна ожидала отыскать на Йандене, судя по всему пропал, так как его психическая аура не ощущалась.

Добравшись до винтовой лестницы, что вела к поверхности мира-корабля, Ангел Йандена и Дщерь Тени устроили жаркую перебранку. Искусственный мир снова находился в осаде: когда он пересёк Эндреганский сектор, то буря, в прошлую ночь казавшаяся далёкой, на следующую уже была угрожающе близко. Из пучин Эмпиреев вынырнула пара прогнивших космических скитальцев: каждый — уродливая мешанина металла и камня, изрытая кратерами настолько, что нигде на поверхности не было ни прямой линий, ни гладкой кривой. Предсказания на рунах показали ясновидцам, что громадные переплетения кораблей заражены организмами демонической природы, словно раздутые трупы, населённые червями. И вскоре огромные рои гнильных мух, возглавляемые крылатыми князьями демонов, поднялись из омерзительных космических развалин и полетели в сторону Йандена. Благодаря ускорявшему их варп-шторму и отсутствию нужды в воздухе, отвратительные твари тысячами обрушились на искусственный мир. Иврайну не покидало неприятное чувство, что демоны не случайно напали на Йанден как раз тогда, когда она вместе с последователями хотела найти здесь безопасное место, однако пока держала тревожные мысли при себе. Для мира-корабля, среди защитников которого больше всего насчитывалось мертвецов, известие о пробуждении Иннеада и без того было весьма болезненным.

«— Судьба йанденцев напоминает судьбу Ометриана, — сказала Йанна Ариеналь, когда вместе с Иврайной шагала по мосту Бесконечной Ночи. — Всякий раз как наши раны исцеляются, налетают вороны-падальщики и снова клюют нашу плоть. — Над головой через тонкое стекло Альданарского Купола были видны взрывы бушующего в космосе сражения.

— Разве Ометриан не хотел умереть под светом Красной луны, — ответила Иврайна, — чтобы положить конец страданиям и переродиться?

— Если ты поставила себе целью потушить и без того слабое пламя Йандена, твой визит будет весьма недолгим, — мягко пригрозила Йанна. — Я сочиняла песни об Иннеаде многие годы, ибо действительно верю, что наши судьбы угодили в его тенёта. Но сперва мы соберём кровавую дань с тех, кто желает нам смерти. А значит мы не намерены ни уступать каким-то жутким эпидемиям, ни поддаваться апатии и отчаянию.

— Хорошо сказано, — буркнул Визарх, шагавший позади них. Иврайна обернулась, удивлённая тем, что её спутник неожиданно нарушил молчание, однако ничего не ответила. Когда эльдар достигли конца моста и направились на военный совет, дюжина Призрачных Стражей заблокировала им путь, а вместе с ними ясновидец в богатых одеждах.

— Дентилн Огненный Взор, — прошептала Йанна. — Он ни за что не допустит, чтобы чертоги призраков встали на нашу сторону, по крайней мере не сейчас. — С горящими глазами она обратилась к Иврайне. — Чтобы ни случилось, мы должны поступать так, чтобы Иннеад с гордостью называл нас своими дочерями. — Дщерь Теней кивнула. Из-за волнения слова застряли в горле.

— Сердечно приветствую вас, — громко позвал Дентилн, — жаль вы добирались до нас, как медлительный калека Ваул, нежели проворный Азуриан. С учётом задействования в битве всей армады Йанден не может позволить себе отвлекаться на что-либо ещё, если только по неосторожности снова не отворил дверь врагу. Вы и ваши последователи прошли длинный путь — даже вестница Фаолчу складывала крылья на закате дня. Вы должны отдохнуть. — Он показал на дальнюю четверть большого купола, слабо освещённую и тихую. — Мы проводим вас и ваших соратников-комморритов в охраняемые покои, чтобы вас никто не беспокоил. Те же, кто носит латы в цветах искусственных миров или пёстрые костюмы Цегораха, будут отправлены на передовую. Мы отчаянно нуждаемся в их клинках.

— В этом нет необходимости, — ледяным тоном произнесла Иврайна. — Я останусь со своим народом, дабы сражаться как одно целое.

— Я настаиваю, — процедил ясновидец, и стоящие за ним Призрачные Стражи подняли оружие. Чуть далее из-за архитектурных изгибов палаты военного совета вынырнули двуногие боевые машины: их наставленные орудия усиливали угрожающий посыл.

— Превосходно, — сказала Иврайна. — В этот тяжёлый день мы не станем использовать против вас наши клинки. Если вы желаете затушить пламя, которое ваш народ так бережно поддерживал, мы будем рядом, чтобы вновь его разжечь.

Призрачные Стражи обступили предводителей иннари и препроводили во мрак. Доносящиеся сверху громовые раскаты войны стали напоминать далёкий смех богов.»– Иврайна и иннари попадают на Йанден