Раскол Биель-Тана (11 часть)

Время разговоров прошло. Провозвестница Иннеада закрыла глаза и направила внутренний свет в кроваво-красную перчатку, заменявшую ей левую руку. Через мгновение она погрузила её глубоко в заражённую призрачную кость искусственного мира.

«Момент, когда все затаили дыхание, минул, как только Иврайна вытащила Азу-вар из психокостного хребта мира-корабля Биель-Тан и тут же грянул оглушительный гром. Жрица Иннеада вытянула меч с такой лёгкостью, словно не из твёрдой, как железо, поверхности, а из чана с водой. Затем она резким движением подняла его высоко над собой. Истекая побочной психической субстанцией, великий клинок горел таким пагубным светом, что обжигал глаза. Иврайна закричала от триумфа и боли, когда невероятная энергия заструилась по ней. Она не позволяла мечу опуститься, ибо это на веки веков обрекло бы её расу на медленное вымирание, поскольку Азу-вар был не просто мечом, но ещё и ключом — одним из пяти, которые открывали замок к последней подлинной надежде, запрятанной давным-давно предусмотрительной старухой Морай-Хег на тот случай, если когда-нибудь потребуется настежь отворить дверь в царство смерти.

Искусственный мир дрожал под ногами, как при землетрясении. Высокие столбы пошли трещинами на всю длину и рухнули в облаках пыли прямо посреди лесных массивов. Миллион мёртвых душ закричали разом, вырвавшись из заключения в бесконечной цепи, тогда как прожорливые демоны Слаанеш бросились за ними в погоню. Сейсмические толчки усиливались, как при извержении.

— Восстань! — кричала Иврайна. — Восстань и живи!

Что-то ужасное вырвалось из расколотого ядра мира-корабля. Липкое от эктоплазмы огромное чудовище из кривых костей и мерцающих душ, одновременно ужасное и прекрасное. Собравшиеся биель-танцы выцарапывали себе глаза, хватались за сердце, уши. Они шатались и падали, цепляясь за обломки их любимого дома, черневшего и распадавшегося прямо у них на глазах. Дико радующаяся Иврайна между тем испускала яркий свет и поднималась в воздух. Призрачное существо перед ней звеняще тихо произнесло единственное слово, и сама пустота содрогнулась в ответ.

Инкарна, божественная аватара Иннеада, пробудилась.»– Пробуждение Инкарны

Погружение в прошлое

«Эти иннари суть проклятие нашего раздробленного народа, насмешка над предками альдари. Как мы можем вернуть минувшие дни, объединиться под предлогом ложного очарования утерянного превосходства, когда прихоти той эпохи оказались настолько безнравственными, что оставили шрам на теле Вселенной? Мы проложили путь, который увёл от нас края, испытанный и правильный. Те же, кто поведёт нас назад по настоянию фанатички, немого и демона, введены в заблуждение настолько, что их следует отправить в объятия жуткого бога-тени, которому они служат»– Мелиниэль, автарх Биель-Тана

Стражи у порога

Вызванный Иврайной катаклизм не был моментальным, как падение и разбивание кристалла, но скорее походил на всплеск воды, после которого по глади пошли круги. Воспользовавшись разрушением бесконечной цепи, новоприбывшие привели в реальность Инкарну, аватар Иннеада, и тем самым возвестили о пробуждении Шепчущего бога и открыли новый путь для всей расы эльдар. Благодаря столь огромному скоплению душ умерших в одном месте и единению избранных им последователей, Иннеад получил достаточно фокусных точек для проявления своей мощи. Иврайна привела в Биель-Тан сущность, которую Эльдрад Ультран не сумел призвать на Когерии, пусть за это и пришлось дорого заплатить. В радиусе многих световых лет течения варпа забурлили и закипели, из-за чего среди звёзд пронеслась сотня психических вихрей.

Принудительное сотворение Инкарны имело большие последствия. Процесс разложения психокостного скелета Биель-Тана, начавшийся из-за вторжения демонов, ускорился после извлечения Иврайной спрятанного меча. Целые участки мира-корабля увядали, трескались и отваливались от основной массы, как лепестки замёрзшего цветка. Искусственный мир, изначально построенный из множества древних эльдарских судов и ставший спасительным ковчегом, распадался на составные части, обнажая живую мегаконструкцию, содрогавшуюся от сейсмических толчков.

Медленный, но необратимый раскол не ограничивался одной только физической реальностью: после того как в цепь бесконечности внезапно влилась энергия смерти, ранее наводнившие её демоны были начисто вымыты оттуда, поражённые появлением Инкарны. Души древних эльдар, населявшие безвременной лимб, оказались на краю пропасти: позади них простиралась вечная тьма, а снизу жадно взирала бездна, ведущая в пасть Слаанеш.

Раскол оказался до того глубоким, что многие эльдар задумались об отмщении. Воинственные биель-танцы, всегда отличавшиеся горячим пылом, стали проявлять открытую враждебность, оправившись от первоначального шока. Некоторые из них приписывали кончину искусственного мира вторжению комморритов. Родившееся загробное создание представлялось запятнанным энергией Хаоса, а кому-то даже, возможно, виделось преображённым демоном Слаанеш.

Если бы не мощь и мрачная красота парящего над ней существа Иврайну, скорее всего, уже несколько раз успели бы растерзать на части. Не единожды пришедшим с ней комморритам приходилось драться за свою жизнь, но теперь, когда Иврайна вручила Визарху меч Беззвучных Криков, никто более не мог долго выстоять против них. Вспышки насилия случались в искусственном мире повсюду, где бы смятение ни перевешивало сплочённость. Лишь настойчивые психические увещевания ясновидцев не давали духу межродовой вражды поглотить всех биель-танцев. Провидцы как никогда усердно работали, чтобы спасти свой дом и обитавшие в нём души предков. И на протяжении всего этого времени в простиравшейся над головами пустоте раздавался далёкий смех. Мир-корабль был заражён, и теперь его жители сражались за выживание.

По команде Латриель каждый эльдар, прошедший Путь Провидца, набирал путеводные камни из садов духов и раскладывал на голой призрачной кости, призывая умерших переселиться в безопасные психоактивные камни. По завершении перехода провидцы бережно передавали неимоверно ценный груз гонцам на гравициклах, которые как можно скорее увозили его в биель-танские чертоги призраков. Там духовидцы вставляли камни в боевые конструкции, дабы спасти их, поскольку психокостные оболочки неживых воителей не были подключены к поражённой порчей бесконечной цепи. Эльдар этого гордого мира-корабля расценивали создание подобных призрачных солдат как ритуал некромантии, однако у них не было иного выбора, если они хотели сохранить наследие предков. Массовая загрузка духов почивших в двуногие конструкции была актом душетворчества грандиозного размаха. Пока искусственный мир разваливался, чертоги стремительно пустели: тысячи воинов-призраков стройными рядами выстраивались на потрескавшемся ландшафте Биель-Тана.

Там, где проходили Иврайна и её союзники, происходили загадочные вещи. Следуя примеру госпожи, Кровавые Невесты и инкубы взбирались или спускались в секции бесконечной цепи, недоступные провидцам. Они продавливали пустые путеводные камни в те участки, где блуждающие огоньки указывали на скопления древних душ в отломанных кусках психокости. И хотя комморриты не владели навыками духовидцев, светлячки переходили от бесконечной цепи в подставленные для них камни. Некоторые из биель-танцев, видевшие всё собственными глазами, принимали это за душекрадство и наставляли на нарушителей оружие, называя тех паразитами, но всякий раз вмешивался одинокий арлекин и уразумевал местных жителей торжественным предупреждением. «Они иннари, — утверждал он, — перерождённые верноподданные Иннеада, находящиеся в такой гармонии со смертью, что давно умершие эльдар добровольно присоединяются к ним».

Биель-танские костопевцы между тем творили своё поразительное искусство. Одни воспроизводили в призрачной кости храмы-корабли и купола-судна, отделившиеся от искусственного мира. Другие исполняли целительные песни и мелодии, благодаря чему почерневший скелет Биель-Тана медленно восстанавливался: пусть это и было лишь уродливое подобие былого великолепия, но всё-таки могучий мир-корабль. Уйдут десятилетия, если не столетия, на полную перестройку. Солнечные паруса разъелись, а паутинные врата на корме мерцали и пульсировали, словно от боли. Кроме того, вокруг искусственного мира образовалось кольцо из варповых воронок, когда по Вселенной прошла психическая ударная волна, поднявшаяся с рождением Инкарны.

Впервые за месяцы Иврайна ощутила неопределённость. Её абсолютная вера пошатнулась. С учётом того, что вокруг иннари рвалась ткань реальности, у них не получится покинуть хворый мир-корабль: ни через материальный мир, ни по лабиринтному измерению. Но в итоге от бездействия и погружения в стазис их спас не обитатель Биель-Тана, а представитель Ультве, искусственного мира Проклятых.

Рябь на поверхности пространства, образовавшаяся при пробуждении Иннеада, прошла через весь космос, и никто из тех, кто был наделён третьим глазом, не смог не заметить этого: окружающий мир как будто в один момент обесцветился. Даже самые неопытные прорицатели разглядели предзнаменования. В целой Галактике брошенные гадальные кости складывались в руну Иннеада, глаза медиумов сияли белым огнём, застланные видениями будущего, и в чашах с кровью виднелись длинные кривые ногти старухи.

Воздействие на умудрённых псайкеров эльдарской расы, однако, оказалось куда сильнее. Многих посещали кошмары наяву, заставлявшие кричать в ужасе и хвататься за сердце, когда перед мысленным взором представал образ несмерти. Бесконечная цепь каждого искусственного мира помимо Биель-Тана раскалилась добела, отчего всякий мир-корабль ярко загорался и получал резкое ускорение за счёт духовного возрождения. Эльдарский народ обратился к провидцам за разъяснениями, и те из них, кто справился с психической волной страха и надежды, повёл свой народ в медитации о природе случившегося поворота судьбы.

Погружаясь в себя, провидцы наблюдали, как гобелен будущего распутывается и складывается иначе. Каждая нить причинности вела во мрак Рана Дандры, как и всегда с момента появления Великого Врага. Однако тьма теперь казалась дальше.

Члены совета провидцев искусственного мира Ультве являлись одними из самых опытных среди сородичей, и они отчётливо услышали откровение Иврайны, сказанное ею в Биель-Тане. Тогда старший из их числа — Эльдрад Ультран — потребовал, чтобы Иврайну и её Перерождённых союзников доставили в Ультве как можно скорее. На публике остальная часть совета согласилась с ним, но в кулуарах, пока верховный ясновидец находился в глубокой медитации, они пришли к заключению, что Эльдрад вышел за рамки, и теперь их цели разнятся.

«Совет провидцев Ультве явился на собрание по первому зову Эльдрада. Исписанные рунами одеяния плавно колыхались в тех же тёплых потоках зефира, качавших ветви психокостных деревьев вдалеке. Одно из бесспорных чудес любого искусственного мира, Купол Кристальных Провидцев был заставлен спиральными лестницами из призрачной кости, поднимавшимися в никуда. Все ступени, кроме самых верхних, были сделаны из кристаллизованных останков древних провидцев, тогда как на верхних площадках стояли статуи ярчайших светил в истории мира-корабля, хором исполнявшие песню Ультанеша.

Внезапно напев прекратился.

— Мы собрались здесь, дабы препроводить Ультве и расу альдари в светлое будущее новой эры, — провозгласил Эльдрад, стоящий наверху самой высокой лестницы.

— Альдари? — удивился Йемшон Иль'фойре. — После грехопадения этому слову нет места.

— Действительно не было, — сказал Ультран и спустя мгновение добавил: — До сегодняшнего дня. Наши скорые гости возродят память о нём.

Несколько ясновидцев чуть приподняли брови, но не стали ничего спрашивать.

— Мы проложим мост из звёзд, — продолжил Эльдрад и легендарным посохом описал в воздухе руну шага в бесконечность. — Мы обязаны построить его этой ночью во что бы то ни стало.

— Как скажешь, — со странной интонацией произнесла Арали Медногривая, — у нас всё равно нет выбора.

Стоящие на верхних площадках лестниц ясновидцы и колдуны снова запели, подбрасывая в воздух руны хождения средь звёзд и буреходства. Мерцающие символы зависали на мгновение, а после начинали описывать вокруг статуй широкие круги. Рядом с ними появлялись бусины света, крутившиеся всё быстрее и быстрее по мере того, как слабый ветерок под Куполом превращался в воющий вихрь, перераставший в ураган. Бушующие снаружи мира-корабля варп-бури сходились вместе, образуя воронку торнадо, оба конца которого оставались неподвижны и вытягивались на несчётные тысячи световых лет в эфирное пространство.

К моменту завершения ритуала трое из лучших ясновидцев Ультве обратились в кристалл с головы до ног. Посреди них засиял портал, а внутри — судьба, обрётшая плоть.»– Эльдрад Ультран просит совет провидцев помочь доставить иннари на Ультве