Раскол Биель-Тана (1 часть)

Раскол Биель-Тана — судьбоносное для эльдарской расы и всей Галактики событие, произошедшее на исходе 41-го тысячелетия.

На закате 41-го тысячелетия неумолимо и неизбежно приближается Время Конца. Одними из первых, кого коснулись глобальные изменения, стали эльдар — наделённые псионическими способностями представители внеземной расы, что когда-то повелевала звёздами. Низвергнутые с вершины из-за гордыни и слепого гедонизма, теперь они стоят на краю бездны забвения. И лишь полагаясь на самые отчаянные ухищрения им удаётся выживать.

И хотя эльдар давным-давно научились отводить от себя взор ужасающей и высасывающей их души Той-Что-Жаждет, на языке людей известной как Слаанеш, они тем не менее не сумели избежать всех последствий проклятия богини, порождённой их спесью. Те эльдар, что обитают в искусственных мирах, пытаются спастись за счёт аскетизма и самоконтроля, применяя камни душ и бесконечные цепи, тогда как их сородичи из Тёмного города, по-прежнему предающиеся утехам, что привели к грехопадению их цивилизации, причиняют страшные страдания другим, дабы отсрочить неминуемое. Загадочные арлекины, вверяющие свои души богу-проказнику Цегораху, неизменно ускользают из объятий Слаанеш, всегда превосходя её на шаг. Экзодиты же — пуритане, первыми покинувшие древние эльдарские миры, — отвернулись от благ цивилизации в попытке обрести гармонию с мировыми духами своих райских угодий.

«Перерождённые — единственная надежда нашего народа. Они стремятся объединить альдари — не просто собрать вместе всех обитателей миров-кораблей, но каждый осколок нашей расы, будь то изгои, экзодиты или жадные до душ друкари. Закинув галактический невод, Шепчущий бог оттаскивает всех нас от взора зла, и с его помощью мы сумеем перековать себя. Сумеем стать народом, смотрящим вперёд с упованием, а не назад в отчаянии. Последовав за иннари и избавившись от путеводных камней и страха, что они символизируют, мы вновь воспарим на ветрах судьбы»– Латриэль, верховная ясновидица Биель-Тана

Вне зависимости от методов избавиться от внимания изводящей их богини, всем представителям эльдарского народа приходится чем-то жертвовать. Ни одна из ветвей расы эльдар не может заявить о правопреемственности их предков альдари, которые скрепили физическое совершенство с поразительными психическими навыками и находились в полной уверенности, что после смерти присоединятся к нескончаемому циклу и переродятся. Есть среди эльдар такие, кто страстно желает вернуть те безмятежные дни, однако остальные считают подобных сородичей потенциально опасными ввиду их заблуждений. Возвратить вящую славу многовекового прошлого — значит привлечь Слаанеш, а следовательно, навлечь страшнейшую катастрофу.

Некоторые эльдар не желают отказываться от светлой мечты отстроить древнюю империю заново или хотя бы ярко засиять перед тем, как сгинуть в небытие. Самый рьяный из них — Эльдрад Ультран, верховный ясновидец мира-корабля Ультве. Этот мудрейший манипулятор дёргал за нити судьбы ещё до основания Империума Человечества. Его дар предвиденья сродни алмазному лезвию, заточенному твёрдой верой. Расплетая запутанные клубки судьбы, ясновидец направляет свой народ по пути к наиболее благополучному будущему.

Эльдрад уже долгое время ощущает чьё-то присутствие в бесконечных цепях искусственных миров. Чьё-то далёкое сердцебиение, слабое, но ровное и отчётливо слышимое за монотонным гулом энергии потерянных. Оно принадлежит не одному, но миллиардам существ — совокупности покойных эльдар во всей Галактике. И хотя по отдельности их не услышать, вместе они образуют нечто столь сильное, что, если его пробудить, у него может хватить сил, чтобы навсегда снять с эльдар проклятие. То Иннеад, бог мёртвых. В пророчествах легендарного ясновидца Кайсадураса говорится, что, когда каждый эльдар сбросит смертную оболочку, Иннеад пробудится и одолеет Слаанеш.

Именно Эльдрад Ультран привёл в действие план по рождению Иннеада: замысел его был настолько амбициозен, что мог нарушить пространственно-временной континуум. При поддержке арлекинского театра масок Полуночной Грусти он похитил кристаллические статуи давно умерших ясновидцев из многих миров-кораблей и собрал на Когерии, луне, покрытой песками из психореактивного кристалла. Использовав членов Кристального Совета в качестве каналов гиперпространственной связи с каждым искусственным миром, Эльдрад направил духов бесконечных цепей на Когерию, чтобы произвести мощнейший выброс психокинетической энергии, достаточный для пробуждения Иннеада. Однако вмешательство ксеноборцев Караула Смерти расстроило замысел Ультрана. И хотя Иннеад заворочался во сне, он так и не проснулся — по крайней мере пока.

«Жизнь древних альдари представляла собой постоянно повторяющийся цикл рождения, исполнения желаний и спокойной смерти, ведь они знали, что их душа снова воплотится в материальном теле. Появление на свет их немезиды, тёмного бога Слаанеш, навсегда прервало этот круговорот событий.

Теперь же эти некогда великие покорители звёзд прячутся в тенях, слишком сильно боясь собственных страстей, чтобы принять весь спектр чувств. Это та судьба, которую они справедливо заслужили. В действительности не существует спасения от рока, на который они себя обрекли — по крайней мере не на этом свете. Судьба — особа жестокая и своенравная, и с ней нельзя обращаться плохо»– Ариман, главный библиарий Тысячи Сынов

Клинки Комморры

Воздух наполняли крики: где-то агонии, а где-то экстаза. Сливки общества Тёмного города собрались на стадионе «Крусибаэль», чтобы лицезреть лучшее из всех представлений культа Распри.

Чтобы их пропустили через украшенные статуями арки, ведущие на арену шириной в милю, зрителям пришлось немало заплатить: кто-то ради хороших мест отказался от значительной части своих владений, а кто-то привёл тысячи рабов. Большая же часть многочисленной публики пошла на выполнение смертельно опасных поручений от лица хозяев колизея или совершение ужасных злодеяний, дабы заработать право несколько часов наслаждаться великолепным зрелищем. Оно стоило любых жертв, поскольку это было не просто развлечение, но настоящее пиршество.

Тёмные эльдар получают подпитку от страданий. Их души, проклятые с появлением Той-Что-Жаждет, медленно, но верно чахнут, и лишь созерцание чужой боли позволяет им забыть о ноющей пустоте. Чем старше тёмный эльдар, тем более страшные зверства ему необходимы для поддержания себя в тонусе.

Такое уникальное сочетание садизма и паразитизма привело к тому, что стадионы в центральных районах Комморры выступают в качестве извращённого цирка и банкетного зала для грандиозных пиров. Впрочем, устраиваемые там мероприятия можно назвать в большей мере странными: порабощённые воины и чемпионы низших рас каждый вечер рубят друг друга на куски в назидание жаждущей крови толпе. На самых престижных аренах счёт убийствам идёт ещё более крупный, так как культы постоянно пытаются превзойти друг друга в навыках и изобретательности. Именно благодаря подобным чудовищным выступлениям богатейшие комморриты восстанавливают силы хотя бы на время.

Величайшим из всех колизеев Комморры считается «Крусибаэль», находящийся во владении ведьмовского культа Распри и являющийся, по сути, суверенной территорией Её превосходительства Лелит Гесперакс. На этой арене билось несчётное множество легендарных личностей, включая даже Лорда-Феникса аспекта Воющей Баньши Джайн Зар, которая продемонстрировала высочайшее мастерство владения клинком. Учитывая, что трибуны вмещают более миллиона зрителей, проводимые здесь еженощные представления поражают как масштабом, так и прибылью. Немалая её часть достаётся непосредственно Лелит, ибо Королева Ножей правила здесь дольше, чем помнят даже её старейшие соперницы. Каждый день она съедает несчётное количество душ и пойдёт на все ради сохранения своей поразительной красоты.

После того как культ Распри провёл рейд в мир Валедор, «Крусибаэль» получил поистине ценные экземпляры для гладиаторских схваток. Когда-то известная как Дюриель, планета Валедор подхватила болезнь: она была заражена присутствием человеческого рода. Впоследствии она оказалась на грани катастрофы из-за вторжения не одного, а сразу двух тиранидских флотов-ульев, после чего её добил альянс тёмных эльдар и их сородичей с миров-кораблей, которые принесли с собой устройство судного дня под названием «Огненное сердце». Прежде чем Валедор настиг апокалиптический конец, ведьмовской культ Распри поймал большие рои тиранидов и стал заниматься их разведением для боев на арене.

И именно этот прожорливый вид Лелит Гесперакс намеревалась выпустить из стазисных клеток в так называемую «вечер откровений». И хотя тираниды были известны как в высшей степени опасные и чужеродные твари, практически невосприимчивые к боли, не их появление было главным номером вечера для завлечения толпы.

Среди суккубов была одна, которая поднялась из низов на самый верх под покровительством известной аристократки леди Малис. До того далеко разошлась молва об этой гладиатрисе, что даже труппа арлекинов прибыла посмотреть на неё и её Кровавых Невест. Некоторые даже называли её достойной выступить в личной схватке против самой Лелит. Подобное заявление обычно означало смертный приговор для любого опытнейшего воина, так как госпожа Гесперакс была настолько одарённой в искусстве смерти, что встречавшиеся с ней на арене, как правило, не могли продержаться и нескольких секунд. Однако в новой светской конкурентке все видели нечто особенное.

В Комморре она прославилась как Дщерь Теней. Корсары, которые некогда почтительно обращались к ней «повелительница», знали её по имени Амарок. А жители искусственных миров, среди которых она жила какое-то время, называли её Иврайна. Эта высокая и царственная особа была фавориткой в определённых богатых кругах. Тот факт, что она не являлась уроженкой Тёмного города, придавал занятную противоречивость её фигуре; она получила широкую известность за умение в одно мгновение оставлять величавую элегантность и утончённые манеры и превращаться в вихрь насилия, чтобы перерезать глотки тем, кто вызвал её гнев. Подобные вспышки ярости, например, имели место на мостике пиратского флагмана «Ланатриалла», в трофейной комнате архонта Абрахака и даже на мосте провидцев Биель-Тана. Переменчивый темперамент Иврайны полюбился тем, кто уважает решительное применение силы, то есть значительной части населения Тёмного города.