Racer. глава 12.

Феликс проснулся от того, что кто-то гладил его по голове.

Свет сочился сквозь неплотно задёрнутые шторы, комната пахла виски и малиной. Он лежал на груди Хёнджина, щекой чувствуя биение его сердца. Медленное. Спокойное.

Альфа не спал. Просто смотрел на него и улыбался какой-то своей дурацкой улыбкой.

– Доброе утро, чемпион, – тихо сказал он.

Феликс приоткрыл глаза. Всё тело ломило приятно – после вчерашней гонки и после того, что было потом, когда они вернулись в эту квартиру. Он смутно помнил поцелуи, горячие ладони, и как Хёнджин шептал ему на ухо: «Ты лучший. Только мой».

– Сколько времени? – прохрипел он, утыкаясь носом в ключицу альфы.

– Десять утра. Суббота. Никуда не надо.

– У тебя есть суббота? – удивился Феликс. – Ты же обычно на трассе.

– А я сегодня на трассе с тобой, – ответил Хёнджин, целуя его в макушку. – Но сначала – завтрак. А потом – всё, что захочешь.

Феликс поднял голову. Посмотрел на него – заспанный, с растрёпанными волосами, без обычной наглой ухмылки. Просто парень. Его парень.

– Ты вчера сказал, что альфы награждают победителей, – напомнил Феликс, и щёки его покраснели. – Это… это была награда?

Хёнджин усмехнулся. Провёл пальцем по его губе.

– Нет, малыш. Это был аванс. Настоящая награда будет, когда ты выиграешь главную гонку месяца. А то, что было вчера… это просто я не мог терпеть.

– Ах ты засранец, – сказал Феликс, но улыбнулся.

Он приподнялся на локтях. Простыня сползла, открывая бледные плечи с синяками. Хёнджин залюбовался.

– Ты такой красивый, – выдохнул он. – Белый, как луна. И пахнешь… я готов нюхать тебя вечно.

– Отстань, – смутился Феликс, пытаясь натянуть простыню обратно. – Скажи лучше, когда гонка?

– Через две недели. Главная. Настоящая. Там весь город собирается.

– И ты там будешь.

– Я там буду, – кивнул Хёнджин. – Но не как соперник. Как твой болельщик.

Феликс удивлённо моргнул.

– Ты не будешь гоняться?

– Нет, – серьёзно сказал альфа. – Я уже понял, что ты быстрее. Мне нечего тебе доказывать. Теперь я хочу, чтобы ты выиграл. И чтобы все знали: Чумовой – лучший. И он – мой.

Феликс смотрел на него и не верил своим ушам.

– Ты серьёзно? Ты – гонщик до мозга костей. Ты откажешься от главной гонки ради меня?

– Ради тебя – да, – Хёнджин взял его за руку, сплёл пальцы. – Я и так в топе. Мне хватит. А ты – ты должен показать всем. Должен быть первым.

Феликс на секунду зажмурился. Горло сжалось.

– Хван, – прошептал он. – Ты… ты меня сейчас разрыдаешь.

– Плачь, не плачь, – ухмыльнулся альфа. – Всё равно умываться идти.

Он шлёпнул Феликса по голой заднице и встал с кровати. Голый, красивый, уверенный. Феликс смотрел ему вслед и чувствовал, как в груди разливается что-то горячее и родное.

– Хёнджин! – крикнул он.

– Чего?

– Я тебя люблю, – выпалил Феликс и сам испугался.

Альфа замер. Повернулся. Подошёл, сел на край кровати.

– Повтори, – сказал он хрипло.

– Я тебя люблю, – повторил Феликс, уже не боясь.

Хёнджин наклонился и поцеловал его. Долго, медленно, так, будто в этом поцелуе было всё – и ночные гонки, и школьные перемены, и их общее будущее.

– Я тоже, – выдохнул он в губы. – С первого вечера, когда ты меня сделал. Люблю.

Они сидели на кровати, обнявшись, и молчали.

За окном шумел Сеул, где-то гудели машины, но в этой комнате не было ничего, кроме них.

---

В понедельник Феликс пришёл в школу с новой улыбкой.

На шее – шарф, чтобы скрыть синяки. В глазах – уверенность. Он больше не прятался. Поправил очки (да, он их всё ещё носил) и прошёл по коридору, как по своей территории.

К нему подбежала Ин.

– Феликс! Ты же выиграл в субботу? Все говорят, что ты размазал того альфу!

– Размазал, – кивнул он.

– Ты легенда! Можешь меня покатать?

– Иногда, – улыбнулся он.

– Ну ты и засранец, – она толкнула его в плечо. – Ладно, беги, тебя там Хван ждёт.

Феликс обернулся. У входа стоял Хёнджин, прислонился к стене и смотрел на него. С улыбкой. С той самой, от которой у омеги подкашивались колени.

– Идём, – сказал альфа, протягивая руку. – Я тебя к себе за парту посадил. На химии.

– С ума сошёл? Нас увидят!

– Ну и пусть. Ты мой парень. Или нет?

Феликс посмотрел на его руку, на улыбку, на то, как свет падает на его лицо.

И взял.

– Да, – сказал он громко, чтобы все слышали. – Твой.

В столовой, в коридоре, на уроках – они были вместе. Кто-то офигевал, кто-то шептался, но это уже не имело значения.

Потому что серая мышь превратилась в короля. И король был влюблён в своего рыцаря.

И это было лучшее начало новой жизни.

Феликс сжал руку Хёнджина и улыбнулся.

– Когда следующая гонка? – спросил он.

– Через две недели, – ответил альфа.

– Я выиграю. И тогда ты подаришь мне настоящую награду.

Ты уже её получил, – Хёнджин притянул его ближе и шепнул на ухо: – Меня.

И они пошли на химию, держась за руки, не боясь никого.

Потому что вместе – они сила.