Рабочие Китая никогда не молчали: интервью с активистами проекта «Рабочие новости»
I. Проект
– Как появился этот проект «Рабочие новости» [工劳快讯：关注当代打工人]? Почему вы решили заняться именно рабочей темой?
Он возник из чувства безысходности. В Китае крайне сложно напрямую заниматься деятельностью, связанной с рабочими: офлайн-сообщества, обсуждавшие трудовые вопросы, одно за другим были принудительно распущены. Поэтому мы решили искать пути, основанные на онлайн-работе.
Почему именно рабочие? Потому что это наша ответственность. В этом высокоразвитом капиталистическом мире китайские рабочие и их труд фактически поддерживают значительную часть обращения товаров и услуг. Однако, несмотря на высокий уровень материального развития и стремительный экономический рост, жизнь рабочих не улучшилась соразмерно, и лишь малая часть созданной ими стоимости возвращается к ним. Это крайне несправедливо.
Кроме того, помимо привычных синих воротничков, значительная часть молодых трудящихся в Китае — это офисные работники, которые тоже оказываются в тупике, не имея возможности добиться достойной жизни. Одни выбирают пассивную безработицу, другие переходят из одной компании в другую. Мы должны найти путь, который позволит трудящимся действительно объединиться, вернуть себе достоинство и показать Китаю и миру, что именно рабочие создали этот мир — и именно рабочие способны вообразить и построить другой.
– Как вы распределяете работу? В каких направлениях хотели бы усилиться в будущем?
Мы — полностью волонтёрское сообщество. Каждый вносит свой вклад в свободное время — после работы или учёбы. Мы хотим и дальше развиваться именно в таком формате.
– Существуют ли заметные различия между молодым и старшим поколениями рабочих?
Конечно. Я думаю, что различия в сознании очень велики. Разумеется, старшее поколение рабочих не является однородным, но во многих случаях я замечаю, что они куда терпимее относятся к своей работе. Они готовы выполнять более однообразную, скучную, бесперспективную и физически тяжёлую работу с плохими условиями труда — и готовы делать это годами. При этом у них может возникать желание изменить ситуацию на рабочем месте или даже бороться за это.
Особенно это проявляется в тех случаях, когда завод теряет заказы и вот-вот будет закрыт: часто именно пожилые рабочие, проработавшие десятилетиями, становятся инициаторами протестов. Пусть это и последняя форма сопротивления, но она показывает: всё это время они вовсе не молча принимали несправедливые условия труда. Когда приходит конец, они хотят свести счёты с хозяином.
Однако это не значит, что старшее поколение просто «более трудолюбивое и выносливое» — это лишь упрощённый взгляд со стороны работодателя. На самом деле пожилые рабочие живут в постоянном страхе потерять работу, ведь с возрастом их шансы устроиться снова хотя бы на схожих условиях почти равны нулю.
Молодые же рабочие видят больше возможностей, их горизонт шире. Они знают, что могут устроиться на завод в любой момент — большинство фабрик требует только физическую пригодность, почти не интересуясь опытом или навыками. Так зачем им мириться с нынешним положением? Они могут спокойно уйти и искать новые пути — доставку еды, такси, онлайн-платформы. Когда эти новые виды занятости появились, многие молодые рабочие ринулись туда и действительно смогли немного заработать. Но, в конечном счёте, и эти возможности ограничены — и иссякают всё быстрее.
II. Самоидентификация и образ рабочего
– Как за последние десять лет изменилась самоидентификация рабочих в Гуандуне, особенно в электронной промышленности?
Думаю, это очень трудный вопрос. Возможно, я смогу подобрать для тебя дополнительные материалы, например известный документальный фильм «Смарт, я люблю тебя» ( 杀马特，我爱你 ). Но дать прямой ответ о том, как менялось самосознание рабочих, довольно сложно — мы ещё не занимались этим вопросом всерьёз.
Тем не менее, по изменениям в популярной лексике можно заметить некоторые сдвиги. Например, такие выражения, как «提桶跑路» («схватить ведро и сбежать») и «躺平» («лечь плашмя»), впервые распространились именно среди рабочих электроники. Ещё одно наблюдение — в крупных электронных заводах всё меньше постоянных работников, и почти не осталось молодых, которые хотели бы стать такими. Почему? Возможно, молодые рабочие всё меньше способны смириться с идеей провести всю жизнь в цеху. Это не обязательно форма протеста, скорее — отторжение самой идентичности рабочего. Но это и вынужденная реакция, ведь такая работа не обеспечивает ни нормальных условий труда, ни надежды, ни перспектив.
Мне трудно сказать, как они видят самих себя. Пожалуй, можно лишь с сожалением отметить, что внутри молодого поколения рабочих сегодня очень высокая степень разнородности, и потому трудно прямо судить об их идеологии, самоидентификации или о возможности формирования классового сознания.
– Что молодые рабочие (20–30 лет) думают о своём будущем? Кем они хотят стать?
Этот вопрос связан с предыдущим — возможно, в сущности, все эти вопросы взаимосвязаны.
Я однажды с горечью услышал жалобу одного рабочего Foxconn:
«Чем усерднее работаешь, тем бóльшие деньги тебя обманывают. Не стараться, “лечь плашмя” — вот настоящее решение жизни».
Он пытался вырваться из жизни заводского рабочего: потратил свои сбережения на курсы видеомонтажа, заплатил десятки тысяч юаней. Обучающий центр обещал помочь найти офисную работу, стать почти «белым воротничком». Но к концу обучения он понял, что его обманули — почти никто из выпускников предыдущего потока не получил работу. Это был просто развод. Даже выпускникам профильных вузов трудно найти место, что уж говорить о тех, кто прошёл трёхмесячные курсы.
Позже он записался на обучение работе с экскаватором. Наставник взял деньги, но толком ничему не научил. Через пару месяцев тот понял, что и здесь всё непросто: чтобы устроиться на приличную работу, нужно проработать 2–3 года, а конкуренция всё растёт. По сути, это тоже был обман. Он потерял все сбережения, понял, что усилия приносят обратный результат — и опустил руки. Несколько месяцев бездельничал, потом снова шёл на завод, и цикл повторялся. Где видел возможность подзаработать — хватался, но уже без надежды на что-то большее.
Конечно, не все рабочие мыслят так. Многие молодые всё ещё питают надежду, мечтают о более стабильной и защищённой жизни. Но в бесконечной рутине фабричных будней эта надежда постепенно сгорает.
Порой люди даже не задумываются о будущем — этот вопрос кажется слишком безысходным. Всё, что остаётся, — фиксировать повседневную жизнь и текущее недовольство. В этом месяце — побольше переработок, чтобы труд можно было обменять на деньги. И всё.
А что до будущего… если даже в следующем месяце неясно, будет ли работа с переработками, — о каком будущем вообще можно говорить?
III. Рабочие и левые организации / забастовки
– Как вы оцениваете развитие левых и рабочих проектов в Китае за последние десять лет? На какую политическую традицию в основном опираются эти левые организации? Какие проекты или действия вы считаете самыми сильными и влиятельными?
Это три сложных вопроса. Извините, нам неудобно давать оценку другим людям — тем более, возможно, нашим старшим товарищам, — за то, что они сделали. Их усилия всё ещё продолжаются, и делать окончательные выводы пока рано.
– Какие забастовки последних лет вы считаете наиболее важными и почему?
Если говорить о недавнем времени, то у меня особенно запомнились восстание рабочих на заводе Foxconn в Чжэнчжоу, забастовка курьеров в Шаньвэе в 2023 году и забастовка водителей грузового сервиса HuoLaLa в 2022 году.
Забастовка на чжэнчжоусском Foxconn стала примером прямого физического сопротивления полиции и охране фабрики — сила и решительность этого выступления заслуживают уважения. А забастовки курьеров в Шаньвэе и водителей HuoLaLa относятся к сфере платформенного труда; они показали, что рабочие способны преодолеть раздробленность, навязанную платформами, и объединиться для противостояния крупной системе.
– Забастовки чаще всего происходят стихийно или имеют элемент организации? Влияют ли рабочие из разных заводов друг на друга, “заражая” действиями?
На самом деле, границы между заводами сейчас уже не столь важны. Даже в одном и том же заводе люди, работающие на разных линиях или за разными станками, могут быть совершенно незнакомы. В «чистых комнатах» (специально спроектированное пространство, в котором концентрация взвешенных в воздухе частиц поддерживается на строго заданном уровне, – прим. ред.) на электронных фабриках рабочие могут видеть друг друга каждый день, но так и не узнать имён.
Сегодня большинство забастовок происходит либо на предприятиях, которые стоят на грани закрытия, либо среди работников платформ. В первом случае речь идёт о последнем акте сопротивления перед закрытием завода. После этого рабочие обычно расходятся, и вернуться в ту же отрасль почти невозможно — кто же наймёт пожилых работников в умирающий сектор?
Во втором случае — среди платформенных работников — действительно можно говорить об «эффекте заражения». Но правильнее сказать, что эти люди с самого начала объединяются через онлайн-инструменты: WeChat-группы, Douyin (китайский TikTok), Kuaishou и другие сети.
Я думаю, что рабочие протесты в Китае никогда по-настоящему не прекращались. Состояние боли, тревоги и недовольства среди трудящихся никогда не исчезало.
– Недавно был закрыт проект China Labor Bulletin (中国劳工通讯) — важный источник информации о трудовых конфликтах. Что ты думаешь об этом событии?
Нам очень жаль. CLB сделал действительно важное дело. Хотя мы не со всем их видением согласны, мы уважаем их работу и считаем её вдохновляющей.
– Как нынешняя политическая обстановка влияет на работу рабочих и активистов за трудовые права?
Время тяжёлое. Но остаётся только идти вперёд, несмотря ни на что. И в ещё более трудные эпохи, и в куда более опасных странах — всегда находились рабочие и активисты, которые продолжали бороться.
IV. Культура
– В рабочем движении, как ты считаешь, что важнее — культура или организация?
Это очень интересный вопрос. Думаю, ты, возможно, исходишь из традиционного представления об организации. Именно в этом направлении раньше часто пытались действовать многие, кто занимался рабочим движением в Китае.
Но, исходя из нашего опыта и наблюдений за действиями наших друзей, мы поняли, что культура — или, точнее, организационная культура — должна формироваться раньше, чем сама организация. Если удастся создать сообщество рабочих, в котором распространена культура взаимопомощи, готовности поддержать друг друга и выступить вместе, — тогда и появление организации становится лишь вопросом времени.
Напротив, если сообщество формируется на основе циничного или апатичного отношения к жизни, то в такой среде вряд ли вообще возможно возникновение какой-либо организации.
– В каких формах развивается культура рабочих, например, группы с мемами, песни, рабочая литература или иначе?
Как ты и упомянул, почти все эти формы действительно существуют. Но именно поэтому сегодня уже трудно выделить что-то одно как ярко выраженную рабочую культуру. Рабочая литература, романы о трудящихся — это уже, как говорится, вчерашний день.
Современные молодые рабочие увлечены видеоиграми, короткими видео на Douyin (китайский TikTok) — почти так же, как и представители других социальных слоёв. Однако для большинства из них труд не является темой, которой они интересуются в этих медиа. Можно ли это считать рабочей культурой? Вряд ли.
Конечно, всё ещё можно встретить «поэтов-мигрантов» — рабочих, которые пишут стихи, публикуют собственные произведения, сочиняют песни, пропитанные атмосферой жизни на производстве. На Douyin и Kuaishou многие создают шуточные куплеты и короткие рифмы, высмеивающие трудовые будни. Но мне всё же кажется, что говорить о действительно сформировавшейся рабочей культуре пока рано.
Для возникновения особой культуры нужен свой пространственный контекст — место, где люди могли бы свободно говорить о своём, где есть доверие и взаимопонимание. Пока такого пространства нет. Рабочая культура сегодня остаётся вспышечной, спонтанной: она возникает повсюду — и так же повсюду исчезает.
– Какие фильмы, книги или песни ты бы порекомендовал тем, кто хочет понять современную рабочую культуру Китая?
- «Умный, я люблю тебя» (We Were « We Were SMART / « SMART, I Love You )
- Трилогия «Молодёжь» Ван Биня
- «Стихи о нас» Цинь Сяоюй, У Фэйюэ
А также некоторые любительские работы на Bilibili, например эта песня: