R2B.News [299]
R2B.NewsГЛАВА 1: ТЮРЬМА
Весна 1994 года. Израильский рынок капитала кипел. Страна жила в ритме сделок, а молодой инвестор Тедди Саги только входил в игру. Ему было чуть больше двадцати, и он уже успел стать посредником между частными клиентами и брокерами. Тогда же его имя впервые появилось в материалах расследования, которое пресса назвала «делом дисконтных трейдеров» — «פרשת הדיסקונטאים». Суть была проста и одновременно опасна: манипуляции с государственными облигациями, рост цен на шесть процентов за считаные дни и слишком заметные движения на рынке, чтобы их не заметил Банк Израиля.
Следствие началось после того, как надзорные органы заинтересовались серией аукционов по гособлигациям на сумму около двадцати миллионов шекелей. Прибыль за пять дней оказалась слишком высокой, чтобы остаться случайностью. Два месяца спустя из отдельных эпизодов выросло уголовное дело.
В январе 1996 года Окружной суд Тель-Авива вынес приговор по делу תפ"ח 208/95 «Государство Израиль против Тедди Саги». Саги признал вину в рамках сделки со следствием, согласившись на наказание за нарушения законодательства о ценных бумагах. Суд назначил девять месяцев заключения, пятнадцать месяцев условно и штраф в триста тысяч шекелей. Он провёл за решёткой примерно пять месяцев. Эти данные подтверждены израильскими источниками, где указаны номер дела и дата приговора.
В англоязычных биографиях всё звучит короче и жёстче — «fraud and bribery». Формулировка стала своего рода брендом этого дела. В юридических же документах речь идёт именно о нарушениях Закона о ценных бумагах. Разница в переводах не меняет сути: это был эпизод, в котором Саги сыграл слишком смело и слишком рано.
После освобождения он исчез с финансового радара. Перешёл в другую плоскость — технологии, недвижимость, инвестиции в молодые компании. К концу десятилетия его имя вновь появилось в деловых новостях, но уже в другом контексте. В 1999 году он запускает Playtech — технологическую компанию, которая позже станет одной из крупнейших в индустрии азартных игр.
Эта биография выглядит как сценарий для книги о второй жизни. Уголовное прошлое осталось в середине девяностых, а новый проект стал точкой перерождения. С тех пор Playtech тщательно отделяла свою репутацию от той истории. Приговор остался частью личного досье Тедди Саги, и в каком-то смысле частью корпоративной ДНК компании, которую он создал.