Пётр и Павел

Сегодня православная церковь отмечает день памяти апостолов Петра и Павла. Безусловно они относятся к самым почитаемым христианским святым во всём мире, что вполне обусловлено их исторической ролью в становлении церкви как таковой. И всё же церковная традиция связывает их с Римом, где оба они приняли мученическую смерть (Пётр через распятие на кресте вниз головой, Павел через отсечение головы). В России христиане традиционно ассоциируют себя с другим апостолом – Андреем Первозванным (к слову, родным братом Петра), который проповедовал в Скифии, то есть в Северном Причерноморье. И тем не менее, Русское церковь почти с самого своего основания очень долго искала символическую связь именно с Римом и апостолом Петром. Логическим завершением этих поисков стала хорошо известная идеологема «Третий Рим».

Своё место в «присвоении» первоверховных апостолов принадлежит и Ярославлю. Здесь находился один из древнейших монастырей на территории всей Северо-Восточной Руси, и посвящён он был памяти апостола Петра. По крайней мере, он назывался Петровским, но позднейшие детали дают основания считать, что он был посвящён сразу обоим апостолам. Впервые монастырь упомянут в житии переславского святого Никиты Столпника, который жил во второй половине XII века. Когда разбойники убили и ограбили святого, и выкинули в Волгу его железные вериги, которые им показались серебряными, эти вериги чудесным образом доплыли по воде до Ярославля и были обретены монахами Петровского монастыря. Обитель стояла на высоком берегу реки к северу от города (там, где сейчас Октябрьская площадь).

Позднее Петровский монастырь упоминается в связи с разделением Ростовской епархии на собственно Ростовскую и Суздальско-Владимирскую в 1214 году. Тогда великий князь Юрий Всеволодович провёл на новую столичную кафедру своего духовника Симона, который был игуменом Богородице-Рождественского монастыря в Володимере. Соперник Юрия, Константин Всеволодович провёл на старую ростовскую кафедру своего духовника Пахомия, игумена Петровского монастыря в Ярославле. Вероятно, этот Пахомий крестил всех троих сыновей Константина, так как все они успели родиться до года его кончины (1216).

В годы правления в Ярославле князя Фёдора Чёрного Петровский монастырь стал усыпальницей его первой семьи. Сам Фёдор Чёрный был из клана смоленских князей, но, женившись на Настасье Васильевне, единственной дочери последнего ярославского князя Василия Всеволодовича, он унаследовал выморочное княжение, которое в противном случае вернулось бы в состав владений князей ростовских. Но у Фёдора были плохие отношения с тёщей – княгиней Ксенией, вдовой того самого Василия Всеволодовича. Когда Фёдор Чёрный возвращался из очередной поездки в Орду, в Ярославль его просто не пустили.

Дело в том, что жена Фёдора родила ему сына Михайлу, и этот ребёнок был объявлен истинным наследником первой ярославской династии. Только нечаянная смерть ребёнка и прямое заступничество со стороны ханской власти позволили Фёдору вернуть власть над Ярославлем. Когда первая жена умерла, он женился второй раз – на этот раз на ханской дочери, которая родила ему сына Давыда, от которого произошли все позднейшие ярославские князья. Чтобы обозначить эту генеалогическую развилку, Фёдор велел положить тела сына, жены и тёщи своего первого брака в Петровский монастырь, в то время как останки его и его потомков почивали в Спасо-Преображенском монастыре (современный ярославский музей-заповедник, также называемый «ярославским кремлём»).

Затем Петровский монастырь на многие века пропал из истории. Позднее на его месте образовалась Петровская слобода, со временем слившаяся с разраставшимся городом. В слободе стояла церковь Петра и Павла, естественно унаследованная от бывшего здесь когда-то монастыря. В самом конце XVII века она была перестроена в камне и стала одним из самых ярких шедевров ярославской архитектурной школы. Особенно запоминающимися являются парящие луковичные главы (непропорционально большие на узких вытянутых барабанах), и богатый изразцовый декор на фасадах. Примечательно, что в этой церкви до середины XVIII века совершались панихиды по местночтимым ярославским княгиням Ксении, Анастасии и князе Михаиле. Панихиды были прекращены по велению архиепископа Арсения Мацеевича, который счёл неуместным почитание неканонизированных святых.

Замечательная церковь Петра и Павла сильно пострадала при подавлении антибольшевистского восстания в Ярославле в июле 1918 года, потому что находилась под прямым артиллерийским огнём, который вёлся красными с противоположного берега Волги. В 1922 году знаменитый реставратор Пётр Дмитриевич Барановский (тоже, кстати, из смолян, как и Фёдор Чёрный) вернул церкви прежний облик, но только для того, чтобы в 1937 году большевики её полностью взорвали уже в рамках своей целенаправленной политики по насильственному искоренению религии.

В настоящее время на месте средневекового Петровского монастыря и сменившей его Петровской слободы расположена Октябрьская площадь, которая оформляет въезд на Октябрьский мост через Волгу, построенный к юбилею Октябрьской революции в 1967 году.