Пятый проект будущего

Я решил собрать и своими словами пересказать соотечественникам про предмет моего нынешнего обучения, потому что это глубоко мне интересно с точки зрения перенимания успешного опыта: мы поговорим о философско-политическом проекте украинского мыслителя и политика Алексея Арестовича, который называется "Пятый проект Украины". Идея мне приглянулась тем, что предлагает реальный вариант ответа на вопросы, которые в своих поздних работах поднимал ещё Карл Юнг, озвучивая проблему биполярного расстройства евразийского континента; а также пусть и притянуто, пусть и абстрактно, но переосмысляет философию индивидуализма через синтез с духом общинности.

Алексей в рамках лекций по Пятому проекту неоднократно озвучивал идею, что после развала старой жадной империи, её освободившиеся заложники потянутся за психологическими "ярлыками" в Киев, и для такой новой исторической роли Украине нужна новая политическая концепция. Любопытный проект, особенно для мыслителей из числа коренных народов и этносов российского пространства, этот проект - своего рода общая идея для политической самоидентификации. Четвёртой республике здесь есть что взять.

Философия Пятого проекта

Этот раздел в Пятом проекте занимает особое по объёму и смысловой нагрузке пространство, потому как проект не ищет буквальное спасение человека во внешнем, материальном мире через перемену отдельных деталей, но понимает необходимость пробуждения внутреннего человека, ибо - ни много, ни мало - Пятый проект возвышает на знамёна идею Нового человека.

Для современного и нового человека в рамках проекта необходимо:

а. Научиться ладить с собой, понимать себя, своё бессознательное и на психологическом, и на некоем трансцедентном уровне;

б. Научиться ладить с окружающими, принимая их такими как есть и принимать реальность такой, какая она есть - пытаться менять отношение и стремиться вверх, а не пытаться переделать бытие под свои ежесекундные потребительские понятия комфорта;

в. Быть свободным от концепций и чужой действительности, концентрироваться на реальности и сложности, не позволять умещать сложную структуру человеческого мышления в узкие рамки идеологий, фундаментальных конфессий и прочих популистских программ;

г. Уметь языком веры говорить о науке, а о науке говорить языком веры, преодолеть искусственную стену между Духом и Материей, прекратить бессмысленный и сбивающий с Пути спор о первичности - такого спора просто не существует; вопрос науки - это разум, вопрос веры - это воля;

д. Иметь собственную индивидуальную позицию, но при этом уважительно и достопочтенно взаимодействовать с другими позициями (эгрегорами). Согласно основ философской стороны концепции Пятого проекта, люди делятся на три типа: жертвы, наблюдатели, авторы/деятели. Новый человек должен быть автором (и уметь аппроксимировать)));

е. Искренне считать, что в человеке больше света, чем тьмы, что человек человеку - брат, а не волк; презумпция невиновности и этика возведённые в культуре нового человека в радикальный абсолют, против устаревшей гибельной концепции "общественного договора": государство должно быть инструментом к достижению высоких целей, а не выступать высокой целью.

Пункт по пробуждению (даже не воспитанию, и ни в коем случае не созданию) Нового человека является на данный момент ключевым в школе Арестовича Apeiron - в её стенах ученики фактически обучаются как раз тому как мыслить и выражать себя в новом обществе; так, как будто новое общество уже наступило.

Политическая концепция проекта

Здесь ответ на вопрос: почему пятый проект? Где другие четыре проекта?

 1. Европоцентристский проект: направлен на тотальное и всеобъемлющее сближение с Западом. Не приемлет в своих рядах другие концепции, по малейшим пунктам отличающиеся от идеологии "правильных" европейцев, которые радикально и наивно ориентируются на ЕС как на панацею.

 2. Националистический проект: дубовый и грубый национализм важен на стадии формирования молодой нации, но он рискует перетечь в шовинизм и кровь, и он так или иначе культурно вычёркивает треть своего народа. Не приемлет никого другого, своей риторикой и идейными основами мешает представителям первого проекта (но неосознанно, в отличии от представителей следующих двух) достичь желаемой цели.

 3. Советский проект: странная ретро-идея, вкусного мороженного и бескрайнего братства — больная идея всех эскапистов пост-совка. Не приемлет никого другого.

 4. Российский проект: он жёстко конфликтует с советским проектом, ибо российский — это беспорядочная хаотичная солянка, претендующая на всё великое, но ничего достойного делать не готовая. Объяснять детали аудитории из России нет смысла — все знают о чём речь. Не приемлет никого другого.

 5. Проект, собственно, товарища Арестовича. Глубоко философский и революционно интеграционный.

Как видно, первые четыре проекта вложили в основу своего материалистического фанатизма идеи интеллектуальной сегрегации, притеснения по взглядам и позициям, и ни в какую не готовы общаться со служителями чужих концепций, ведь только "наше дело правое". Арестович постоянно подчёркивает, что попытка построить один из четырёх первых проектов (исключающих интеграцию адептов других концепций) неизбежно приведёт или к возрождению теперь уже украинского империализма, или разожжёт яркий пожар гражданской войны. "Одни герои будут убивать других".

Пятый проект всё это учитывает, и умещается в трёх простых тезисах:

 1. Отмена дисциплинарного общества: то о чём так грезят все революционеры русскоязычного мира из покон веков — создание общества, где не правят боги материальных ценностей, где человек и его личная свобода превыше всего. Другой вопрос, что романтики при мечтах о таком обществе по молодости или не знанию обидчиво вычёркивают всё то, что нельзя познать как осязаемая вещь. Поменять такой дискурс возможно с пересмотра активной частью общества своего отношения к образованию, философии и духовности.

 2. Инклюзивность: никакой другой проект не отрицает, но высасывает из каждого лучшее, а остальное потом как кожурку выбрасывает. Мы допускаем людей с разными взглядами, учимся общаться даже с самыми отъявленными врагами и учимся договариваться, а не уничтожать и сажать друг друга.

 3. Политическая нация: нация свободных людей примет в свои ряды каждого желающего извне, не оглядываясь на кровь, взгляды, идеи или конфессии; этот тезис даёт идеологическую силу проекту, который претендует на роль нового энергетического ядра для будущего всех народов; нация даёт пространство для саморазвития и творчества и… стремление в Космос, в конце концов.

Всё.

Никаких сложных и долгих рассуждений о том, как должен быть устроен рынок, классы и прочая чепуха для неспокойных подростков, считающих себя после прочтения пары вумных книжек знатоками целого комплекса сфер: и экономики, и политики, и философии, и психологии (последнее, кстати, в кругах российского политического активизма зачастую принято считать фантастикой и мистикой; что отчасти неудивительно).

Другие сферы жизни подтянутся и как надо подстроятся под новые условия мышления, а не под "экономический" базис или "пассионарность" великой расы. Пятый проект предлагает не раздавать рыбу, но обучить желающих рыбалке.

Новая Футуро-Сечь

Запорожская Сечь в футуристическо-философской интерпретации, с использованием актуальных научных наработок из области психологии и политологии — так можно было бы вкратце озвучить, и к такой аналогии прибегает нередко сам автор проекта при объяснении источников идеи.

Возникает фантастический образ Нестора Махно, заключившего союз не с подлыми комиссарами, а с элитой молодой украинской нации.

Если рассматривать Пятый проект под таким обзором, мы в очередной раз выходим на старинное традиционное проявление формирования прото-"политической нации" на территории бывшей Российской империи.

Представителям коренных народов России, традиционно развивавшихся в духе идей йыйынов, меджлисов, вече и т.д., с лёгкостью движений могут произвести транспозицию данной концепции на свою реальность. Башкортостан, к примеру, сформировал внутри своей контрэлиты аналогичную доктрину в лице "Четвёртой башкирской республики" ещё в начале столетия, а горящие сердца Татарстана терпеливо хранят идеи Урало-поволжского штата не один век.

Тень Запада: финляндизация

В рамках разговора о необходимости реализации Пятого проекта, а не одного из четырёх старых, Арестович также указывает на условие политического выживания молодой политической нации в условиях: с одной стороны - нарастающего в Западе влияния марксизма франкфуртской школы, бездушного и безапелляционного материализма, с другой - голодная и вечно злая тень Запада, смыслящая своё существование в негативном отзеркаливании "всего западного": вышеупомянутый Юнг в своей работе "Нераскрытая самость. Настоящее и будущее" ещё в 1957-м году проводил аналогию между Железным занавесом и "пограничьем" и состояниями человеческой психики на стыке двух полярных внутренних состояний. Очевидно, что выбор за какой частью массового психического отклонения пойти - риторический.

Война Запада со своей Тенью — это война мира "Мы" Замятина против "Дивного нового мира" Хаксли, старина Оруэлл здесь не причём (пока что); вполне ожидаемо, что между молотом и наковальней рано или поздно возникла бы сталь, и эта сталь разрубит ложный выбор из одинаково плохих вариантов.

Сегодня эта сталь испускает с жаром от раскалённого металла принципиально новый проект политического устройства и философской позиции.

Да, необходимо взаимодействовать и жить в мире со всеми странами, независимо от их диагнозов - но нет никакой космической обязанности принимать ложный выбор между "красными и белыми".

Материя Пятого проекта

Чтобы понимать такую систему и подобные ей, нужно уметь выходить далеко за тактические рамки, которыми сегодня привыкло мыслить большинство.

Личности вроде Арестовича говорят нам, что раз действительность, в которой коррупция, воровство, лицемерие, бездушье и безделье привели к войне, то зачем после победы - возвращаться обратно в эту тягучую клоаку потребителей? Можно ведь, раз всё итак накрылось, начать выстраивать из хаоса яркие звёзды, а не что-то, что опять со временем вырастит очередного гитлера.

Для успеха подобных философских проектов нужны обе составляющие человека прямоходящего: знание и вера. Россиянский человек обычно отказывается верить (думая, что знает), делать и думать о чём-то возвышенном, пока ему не докажут существование чуда (ибо в буквальное чудо он сильно верит).

Украинские коллеги стесняются говорить открыто, но не прямой пример для подражания (!), а лишь удачный аналог — молодые штаты Америки.

Сборник статей трёх отцов-основателей The Federalist скажет за меня лучше. Это — программирование новой политической нации. Зачем мы будем строить на новой земле Старую Европу, когда Бог дал нам возможность построить Новый мир? Как бы сложно русскоязычный человек не относился к американцу, но он вынужден признать, что американская нация — это скорее пример победившей идеи, а не так обожаемый в кухонных примерах полуаграрный Китай. Сейчас, когда Америка "окрепла", она может позволить себе то леветь, то праветь. Просто потому что заслужила себе право выбирать и оценивать.

Но для нас это пока далёкий сон. Мы вспоминаем об этом, или говорим о примере Южной Кореи (доказавшей, что не бывает рабского менталитета у нации — есть только рабский менталитет у человека), чтобы снова начать верить в осуществимые цели человека, а не строить уродливые сказки идиотов.

Мы не обязаны повторять и подчиняться устоявшимся нормам, но мы, как субъекты этой реальности, как авторы этой реальности - способны формировать новые смыслы и идеи, чтобы затем наши потомки их реализовывали, постепенно выстраивая лестницу высоко в Космос. Для этого мы должны формировать комфортную среду для массового и индивидуального творчества и полёта мысли. Упрощать окружение - усложнять мышление. Человек продвинулся на Земле, но разучился летать, и это нужно восстанавливать.

Это и есть Пятый проект, как его понял я. Этим могло стать народничество.