«Пять вопросов иллюстратору»

Какое у тебя образование?

У меня довольно долгое и увлекательное образование! Которое, кажется, всё длится, переключившись на более чуткие рельсы и прокачку софт-скиллов. Я училась в Строгановке на художника по стеклу, во время Строгановки уезжала на год в Пражскую академию тоже как студентка ателье стекла по президентскому гранту. А затем мне повезло попасть в мастерскую Бориса Трофимова и там остаться надолго. Мастерская Бориса Трофимова — лаборатория графического дизайна, пересечение книжного, выставочного, печатного, театрального! И самое родное место.

Часть образования — безусловно, крупные проекты, в которых мне повезло участвовать. Первый из них — оформление айдентики Болонской детской книжной ярмарки. В проект я пришла через конкурс, и участие в конкурсах считаю важной практикой иллюстратора.

Расскажи, пожалуйста, каким ты была ребенком?

Я была чудесной спокойной тихой девочкой, которая любит рисовать и искать камни со своей собакой Шерочкой, со всеми хорошо ладит, хорошо учится и много читает. В целом, мало что изменилось.

Наше с сестрой детство прошло в Барвихе, зелёном, сказочном посёлке на западе Подмосковья с замком баронессы Майендорф конца XIX века, с большим парком и страшными историями про привидений! На зиму в парке заливали хоккейный и детский катки, в поселке все друг друга знали, а перед нашим подъездом высился огромный дуб. Мне часто снится наша крошечная квартира на пятом этаже, счастливейшее время!

Как и когда ты поняла, что хочешь быть иллюстратором?

Я скорее художником захожу в иллюстрацию и в другие интересные для меня сферы (преподавание, печатная графика, декоративно-прикладное искусство, архитектура). В книге меня бесконечно увлекает затягивающее, покоряющее чувство построения особенного мира, взаимосвязанной системы сюжета, интонации, образов. Такое погружение с головой! Долгое, с полной отдачей, твоё с текстом, с темой общение, переопыление.

Работа над книгой достаточно долгая. Какие моменты в этом процессе ты любишь, а какие даются трудно?

Мне в книге ценнее всего погружение в тему, выбор пластического языка и решение пространства. Работу с книгой я воспринимаю прежде всего как точку роста, поэтому стараюсь задать себе также неожиданные техники исполнения, (чтобы не соскучиться в процессе) которые мне любопытно исследовать.

Безусловно, рост, развитие идеально в команде. Мне повезло работать с фантастической Касей Денисевич над тремя книгами: про танец, снежинку и зебру. Чуткий умный содержательный точный артдиректинг — невероятно ценное в книжном проекте.

Сложностей с изданными книгами я не помню, у меня позитивный опыт: с азартом, быстро и без правок. Был неприятный опыт с неизданными книгами. Например, конкурс издательства Самокат Книга внутри. Работа над книгой, выбранной на конкурсе, меня очень сильно вымотала, а проект растворился бесследно, оставив у меня смешанные чувства вроде сомнения в себе, в иллюстрации в целом, неприятной фрустрации.

Если ты чувствуешь надвигающийся творческий упадок, какая у тебя миссия по спасению?

Гулять, есть, спать) Особенно чутко к этому правилу хочу научиться прислушиваться в период дефицита железа, ремонта, больших и малых жизненных горестей. О, забыла! Мой лучший друг — бассейн, регулярные тренировки. И меня во всем поддерживает муж, он моя опора, тепло и оберег.

Чему ты сейчас учишься?

Я совершенствую талант отпускать проекты, не стремиться к идеалу, учитывать время, которое у меня есть на каждый проект: авторский, книжный, образовательный, не пытаться время растянуть и залить на максимум, а отвечать всем задачам адекватно моим силам, обстоятельствам и моему интересу.

Например, за зиму я записала серию обучающих мини-курсов, которые точно не сложились бы, затеяв я сделать их блестяще с командой световиков, видеооператоров и монтажеров. Я бы просто не вытянула менеджмент процесса в заложенное на это время, не смогла бы сосредоточиться на действительно важном — содержании курсов и моем живом интересе к материалу.

И на прощание назови, пожалуйста, три хороших момента за сегодняшний день?

Прогулка в Нескучном парке у холмов за шахматным павильоном. В лужах отражаются вертикали деревьев на ярком белом небе, у стволов на снегу тёмные круги — снег растаял. А у меня в голове картинка-референс про рисование веток деревьев как штопанье ткани. И вот эта зарождающаяся идея пластического образа меня манит, держит в напряжении. Дома три ярко-желтых нарцисса и идея рисования их, тоже какая-то новая и экспериментальная, да даже без идей ими можно просто любоваться. Еще из хорошего — запекла до корочки картошку из папиного огорода, с солью!