Пульс отсутствует.

Пульс отсутствует.

Prince Kaiden (blue.neon)




— Здравствуйте, в какой палате Хван Хенджин? Я его муж. — Минхо тяжело дышит после бега и облокачивается на ресепшен медсестры, будто готов уже сам упасть, и его тоже придется класть в палату.

 

— Секунду. — Девушка искала информацию о пациентах в мониторе и то и дело возвращалась глазами на мужчину. Глаза бегали, словно мячики по полю от мужчины в компьютер и обратно. — Такого пациента нет… — Сообщает девушка и с сочувствием смотрит на Минхо.

 

— Как это нет? Проверьте тогда Ли Хенджина. — Немного начинает потряхивать. В самолете он не смог прям таки поспать, а сюда побежал сразу же, как приземлился. Может Хенджин действительно успел сменить фамилию?

 

— О, такой есть. Семьсот третья палата, вип этаж. — Улыбается снисходительно девушка и провожает глазами, бегущего к лифту альфу. — Как же прекрасна любовь, мне бы такого мужа… — Мечтательно шепчет медсестра, не видя всей картины, которая происходит прямо под носом.

 

Поднявшись на этаж и добежав до палаты, Ли переводит дыхание и, собравшись с мыслями, входит внутрь.

 

— О, Минхо! Ты вернулся? — Сынмин первым обращает внимание на вошедшего человека. Они с местным доктором обсуждали анализы и проверяли состояние омеги.

 

— Как он? — Ли сразу переходит к сути. Неизвестность состояния омеги вводила в жуткую панику. Приблизившись к койке, Минхо замечает выпирающий живот, впалые щеки, что когда-то явно были пухлее, немного потускневшую прядь волос у лба и проткнутую руку капельницей.

 

— Чуть не случился выкидыш, но обошлось, однако по анализам состояние плохое и риск все ещё есть. Хенджин очень истощен и долго находиться в сознании не может теперь. — Сынмин рассматривал переживания на лице Ли и делал про себя отметку, чтобы потом обязательно рассказать Хенджину. Незаметно будто Ли врет, или ему все равно. Он и сам выглядит плохо.

 

— Он рассказал, что я энигма? — Минхо пронзительно смотрит красными влажными глазами на врачей. Картина болезненного омеги и диагноз разрушали внутренний стержень. Хотелось просто расплакаться как ребенок и обнять мужа.

 

— Крис рассказал. Ему Хенджин сказал буквально за день до инцидента. Зачем было это скрывать? Знал бы я раньше…

 

— Знал бы ты раньше — ничего бы не изменилось, Сынмин. Я сам отрезал всю коммуникацию. Даже со знанием, что я энигма ты бы никак ему не помог, потому что у тебя нет моего феромона или присутствия. Это полностью моя вина. — Перебивает Минхо и заметно шатается на ногах.

 

— Почему ты скрывал? — Не успокаивается Ким и отмечает, что Ли явно тоже плохо себя чувствует.

 

— Потому что энигм боятся, считают монстрами, дефектами для всего мира, ебучей мутацией и больными людьми. — Хрипит Ли и садится на стул у кровати не в силах больше держаться на ногах.

 

— Тебе плохо? — В унисон спрашивают оба врача.

 

— Устал, наверное, просто. Я сразу же вылетел и поехал сюда. — Минхо сжимает переносицу в надежде, что это хоть немного снизит головную боль, но выходит так себе.

 

— Ты не ел? — Догадывается Ким.

 

— Вчера вечером ел.

 

— Так, это в принципе двухместная палата. Раздевайся. — Сынмин тянет второго врача за собой к выходу.

 

— Что? — Минхо недоуменно оборачивается вслед.

 

— Принесу тебе еды и больничную пижаму. Будешь с Хенджином. Если осталась надежда только на твое присутствие, я помогу.

 

— Эм… ладно? Спасибо? — Минхо откровенно теряется такой доброте. Он уже представил кучу сценариев, где ему голову открутят.

 

Сынмин удаляется из палаты, и мужчина, наконец подходит ближе и рассматривает омегу. Тот выглядит истощенно и бледно. Живот явно виден и не понять, что перед ним беременный — невозможно.

 

Ли садится на край койки и аккуратно берет свободную ладошку в свои руки. Рассматривает кожу, оглаживает, будто так сможет забрать всю боль и усталость мужа.

 

— Хенни, я вернулся. Прости меня, маленький… Я сделаю всё, чтобы ты меня простил, только, пожалуйста, будь в порядке… — Минхо сосредотачивается из последних казалось бы сил и выпускает густой поток феромонов. Те куполом окутывают омегу, а после случается страшное. Мониторы начинают злостно пищать, а после звук становится ровным.


В глазах застревает страх, палата замигала красным, вызывая врачей, и Ли сбивается со своего занятия. Руки начинают беспорядочно дрожать, а к голове подступает паника.

 

— Хенджин! — В палату залетает Сынмин, тут же кидаясь к омеге и к приборам. Ну не может же он вот так просто умереть на койке в больнице, даже не узнав, что его придурочный муж вернулся?!

 

Словно услышав мольбы не умирать, пульс снова появляется, отображаясь на мониторе. Сынмин рвано выдыхает, как и мужчина позади. В глазах у обоих встали слезы испуга.

 

— Что ты сделал? — Сердито спрашивает Сынмин, оборачиваясь к Ли.

 

— Просто выпустил немного феромонов… Я, я не знал, что так будет… — Взрослый мужчина заикается, словно маленький ребенок от страха.

 

— Попробуй ещё раз, я прослежу. И не останавливайся, пока я не скажу. — Сынмин отвечает, спустя пару секунд молчания, будто взвешивая все «за» и «против». Феромон Минхо чуть ли не единственная вещь, которая может помочь омеге. Надо понять, почему и что произошло.

 

— А если снова пульс пропадет… — Ли неуверенно подходит снова ближе.

 

— Я проконтролирую, давай.

 

Феромон густой тучей вновь накрывает койку. Сынмин ощущает тошноту от подобного, но героически терпит, следя за показателями. И вот пульс снова пропадает. Снова палата мигает красным. Снова приборы воют, но Сынмин хмурится, обращается к Хенджину, поддерживая. После нескольких секунд приборы снова замолкают и палата вновь в тишине. Пульс бьется.

 

— Ты отпустил? — Омега оборачивается и замечает, что Минхо чуть ли не плачет.

 

— Нет, я все ещё держу поток…

 

— Значит, Хенджин просто испугался или обрадовался, из-за чего пульс пропал. — Омега выдыхает от облегчения и поднимается.

 

— С ним все в порядке? — Голос мужчины так и продолжает дрожать.

 

— На данный момент да, не переживай. Я заказал тебе пасту, минут через десять принесу. И одежду. — Сынмин вновь уходит, окидывая напоследок палату. Он обязательно потом перескажет все другу. А может Хенджин так мстит? Мог ли он специально напугать Минхо и остановить свой пульс?

 

 



 

«Минхо? Это Минхо? Какой чудесный сон». — Омега проснулся среди ночи, почувствовав объятия со спины и крепкую грудь позади, и не предав этому значения, вновь уснул, прижимаясь теснее.

 

 

Наутро, открыв глаза, омега глупо пялится перед собой. Напротив него действительно лежит тот, кто пропал полгода назад, и крепко спит. Может галлюцинации? Омега продолжает рассматривать и подмечать, как дрожат ресницы, как периодически хмурятся брови, какие мешки есть под глазами у Минхо. Но не прикасается. Боится спугнуть свою иллюзию и разбиться о скалы реальности.

 

Наконец иллюзия тоже просыпается и открывает свои глаза. Карие бусинки сталкиваются друг с другом в легком испуге и неверии.

 

— Ты очнулся? — Шепчет Ли и улыбается слишком нежно.

 

— Когда ты приехал? — Тут же обрывает неверующий шепот омеги.

 

— Я… я прочитал твое письмо, а после и переписку и в момент как закончил читать, ты написал, что тебе плохо… Я тут же вылетел первым рейсом.

 

— Зачем?

 

— Как зачем? Ты умирал, я не мог этого позволить.

 

— Ты бросил меня после свадьбы.

 

— Хенджин, я искренне прошу прощения за свой импульсивный поступок. Я поступил как мудак и мне очень жаль. Но время не вернуть назад. Я буду просить у тебя прощения каждый день и больше такого не допущу. — Они все также лежат друг напротив друга, шепча, будто боятся разбудить кого-то ещё.

 

— И как мне тебе верить? — Омега закусывает губу, сдерживая всхлип, пока в глазах образуется влага.

 

— Пожалуйста, хватит плакать из-за меня. — Минхо нежно целует все личико омеги. Сначала Хенджин, будто для вида, пытается оттолкнуть, но после сдается и в итоге поцелуй оказывается уже на губах. Горячие губы мягко сминают собственные, и это работает словно наркотик и обезболивающее. Один поцелуй — и эта нежность вдребезги разбивают обиду и одиночество.

 

Разорвав поцелуй, Ли приглаживает волосы мужа и наблюдает, как щечки налились румянцем. Теперь Хенджин не выглядит как живой труп.

 

— Хочешь кушать? Воды? Массаж? Вкусненького? — Заваливает вопросами Ли.

 

— Заткнись. — Смущается омега и утыкается лбом в грудь мужа.

 

— Хенджини, ты очень сильный малыш. — Шепчет Ли, приобнимая.

 

— Почему? — Доносится приглушенно снизу.

 

— Многие не могут даже месяц выносить ребенка от энигмы. Что уж говорить о присутствии. А ты без меня уже шесть месяцев справляешься.

 

— Я вынюхал весь твой шкаф.

 

— Это похвально, но на моей одежде феромон остается максимум пару дней. — Хмыкает Ли.

 

— Хочешь сказать, это было плацебо?

 

— Вероятно.




Report Page