Проявленность-пустотность
Антон Мускин
Падмасамбхава учит нас трём основным методам работы с заблуждением, которое сопутствует бардо сновидения — тому, как привносить наши переживания на путь просветления. Эти методы известны как йога иллюзорного тела, йога сновидения и йога светоносности. Эти практики помогают нам углубить постижение истинной природы ума посредством распознавания проявлений бардо текущей жизни и бардо сновидения как нераздельного единства проявленность-пустотность и распознавания состояния глубокого сна без сновидений как светоносного осознавания.
Для того чтобы наша практика этих методов йоги была более эффективной, очень важно понять, что такое «проявленность» и что такое «пустотность». С любым из этих понятий невозможно разобраться, не разобравшись одновременно с другим. На относительном уровне мы обычно воспринимаем что-либо как существующее или не существующее. Если это что-либо, что «существует», то мы способны его увидеть, услышать и так далее. Это проявления — что-то, что мы можем воспринять и обозначить с помощью концепций. Если это что-либо, что «не существует», то нет ничего, что можно было бы воспринять и обозначить с помощью концепций. В таком случае остаётся лишь отсутствие чего бы то ни было — пустотность, подобная вакууму. При таком подходе, то, что существует всегда является противоположность тому, что не существует. Таким образом, с точки зрения обычного восприятия «проявленность» и «пустотность» — это взаимоисключающие понятия. Однако, согласно буддийскому воззрению, естественное состояние феноменов — это нераздельность проявленности и пустотности, и эта нераздельность принимается в качестве основы для практики йоги сновидения. Если бы реальность ума и феноменов была другой, то как бы нам удалось её познать.
Для того, чтобы понять суть буддийского воззрения проявленность-пустотность, нам следует взглянуть на проявления с перспективы двух истин — относительной и абсолютной. На относительном уровне всё, что есть в этом мире, всё, что мы воспринимаем, проявляется и существует. Однако, на абсолютном уровне всё это не является тем, чем кажется. Субстанциальность этих объектов начинает рассыпаться в прах, когда мы рассматриваем их более тщательно, вне зависимости от того, какие методы мы используем для исследования — логическое обоснование в рамках аналитической медитации, или научные опыты. Таким образом наше восприятие этих объектов трансформируется посредством поэтапного процесса разделения объекта на отдельные составляющие, которые становятся всё мельче и мельче, пока в конечном итоге не превращаются в ничто.
На относительном уровне мы принимаем идею о том, что материя существует на тонком уровне как бесчисленные бесконечно малые частицы, или атомы, которые служат строительными блоками для более крупных объектов на грубом уровне. Однако, когда мы подвергаем анализу сами эти атомы, используя разнообразные методы логического обоснования, то не можем обнаружить никакой материи, никакой физической субстанции, которая обладала бы независимым существованием. Вместо этого мы приходим к выводу, что эти мельчайшие частицы также можно разделить на составляющие, и поэтому не существуют такой вещи как «окончательная, неделимая частица материи». Вне зависимости от того, насколько тщательное и глубокое мы проведём исследование, нам всё равно не обнаружить никаких основополагающих строительных блоков, из которых состояли бы объекты грубого уровня.
Проведя тщательное исследование, и не обнаружив ничего, что обладало бы реальным независимым существованием даже на самом тонком уровне, мы задаёмся вопросом, а что же, собственно, служит основой всех тех материальных объектов, которые мы видим и используем в повседневной жизни? Все эти объекты можно разделить до уровня атомов — от самых внушительных явлений природы, таких как, например, океаны и горы, до обыденных мелочей, которые мы используем каждый день. Если мы решим обнаружить независимое существование, например, у своего мобильного телефона, то нам всего лишь нужно применить тот же самый метод аналитического исследования. Сначала мы определяем объект — мобильный телефон. А затем мысленно разделяем его на всё более мелкие компоненты — разбираем корпус, экран и так далее. Затем мы разбираем на компоненты и эти части, и в процессе этого телефон теряет всё более значительную часть своей изначальной формы. Когда в конце концов у нас остаются кусочки пластика, мы уже больше не воспринимаем их как «мобильный телефон». Когда же мы доходим до уровня атомов, то их мы не сможем воспринимать даже как «кусочки пластика». Мы продолжаем анализ и в тот момент, когда выясняется, что даже эти атомы можно разделить на более мелке составляющие, мы добираемся до самого тонкого уровня материи и ума. Когда мы анализируем эти мельчайшие следы материи, то обнаруживаем, что от того, что мы считали «вещью в себе», вещью, которая обладает субстанциальностью [1] и реальным независимым существованием, вообще ничего не осталось. Это не более чем пространство и энергия, пребывающие в том же состоянии, что и анализирующий их ум. Тогда у нас возникает вопрос: «Каким же образом существует телефон?». Затем может возникнуть следующий вопрос: «Где сейчас пролегает граница между “моим телефоном” и “моим умом”?».
Мобильный телефон всё ещё здесь, но теперь мы воспринимаем его как проявленность-пустотность; мы его видим, слышим его рингтон, можем по нему разговаривать и оплачивать счета за эти разговоры, однако по факту здесь нет никакого телефона. Телефон исправно выполняет свои функции на уровне относительной реальности, не обладая при этом реальным независимым существованием на уровне абсолютной. Если мы проанализируем все остальные феномены, то придём к точно такому же заключению. С точки зрения буддийского воззрения это называется «проявленность-пустотность». Все формы, которые мы воспринимаем, ничем не отличаются от разноцветных радуг — они прозрачны и нереальны. Они похожи на отражение луны на спокойной поверхности воды. Когда мы видим подобное отражение, оно настолько реалистичное, что иногда мы даже можем задаться вопросом: «Что же это? Неужели настоящая луна?». Настолько ясным, чётким и реальным бывает отражение луны в воде. Но это не меняет того факта, что никакой луны в воде нет и никогда не было. Подобное отсутствие материального объекта приводит нас к пониманию, что сознание или собственное «я», которое воспринимает это отражение, тоже является иллюзией.
Очень важно помнить, что мы проводим подобное аналитическое исследование с целью определить, обладает ли отдельный объект реальным независимым существованием на абсолютном уровне. Именно это мы пытаемся обнаружить в процессе медитации. Мы не пытаемся выяснить, можем ли мы увидеть объект на относительном уровне. В самом начале, ещё до начала аналитического исследования, присутствуют объект и субъект — воспринимаемый объект и воспринимающий субъект. В процессе аналитического исследования, когда мы добираемся до самого тонкого уровня материального существования объекта, он по-прежнему воспринимается субъектом — нашим сознанием.
Когда же мы переходим к финальному этапу анализа, обнаружив «отсутствие чего бы то ни было», воспринимающее сознание претерпевает трансформацию. Это больше не «воспринимающее» сознание, поскольку «больше нет» воспринимаемого объекта, и «прекратился» сам процесс восприятия. Независимо существующий объект просто исчез, а всё, что осталось, — это прозрачное проявление и точно такое же прозрачное осознавание. Субстанциальности больше нет, а без неё невозможно выделить отдельный объект, установить его границы. Тогда различие между «мной» и «другими», «субъектом» и «объектом» становится иллюзорной.
В этот момент и происходит прямое распознавание природы ума, которая пребывает за пределами разделения на субъект и объект. Таким образом, на абсолютном уровне присутствуют лишь пространство и осознавание, однако, на относительном очевидно, что существуют и субъект, и объект. Ни аналитическое исследование, ни обнаруженная в его ходе пустотность не уничтожают относительный мир.
Когда мы практикуем медитацию, опираясь на подобное воззрение и понимание, то осознаём ту изначальную ясность, которая присуща нашему восприятию, когда оно свободно от концепций. Когда мы говорим о пустотности, то подразумеваем состояние осознавания, которое пребывает за пределами концепции «существование-несуществование», или «рождение-смерть», да и вообще любой двойственной концепции. Не имея ничего общего с обычным «отсутствием», ясность является истинной природой ума — светоносной, лучезарной и пустотной. Это сущность джняны будды, его мудрости. Это единство пространства и осознавания, которое является источником всех феноменов сансары и нирваны. Это состояние просветления, объединяющее все противоположности внешних и внутренних миров.
Когда мы распознаём истинную природу своего ума и всех феноменов относительной реальности как проявленность-пустотность, то получаем прямой опыт переживания чистых проявлений. Это способ восприятия реализованных существ, установивших полный контроль над своим умом. Но, если мы не можем распознать истинную природу ума, то продолжаем получать опыт переживания нечистых проявлений. Это способ восприятия существ, пребывающих в заблуждении, которым феномены кажутся чем-то постоянным, существующим независимо от ума. Подобное восприятие ведёт к цеплянию. Такое ошибочное понимание природы проявлений не позволяет нам научиться трансформировать негативные состояния, свойственные пребыванию в шести бардо, такие как сильный страх, гнев или замешательство, в позитивные, или даже радостные состояния. Поэтому, когда мы выполняем практику йоги иллюзорного тела или йоги сновидения, то работаем в основном с проявлениями относительной реальности, используя это как метод распознавания трансцендентной природы ума.
[1] Субстанция (от лат. substantia — сущность, нечто, лежащее в основе) — то, что лежит в основе всего; то, что существует благодаря самому себе и в самом себе, а не благодаря другому и в другом; предельное основание, дающее возможность сводить чувственное многообразие и изменчивость свойств к чему-то постоянному, относительно устойчивому и самостоятельно существующему; материальный субстрат и первооснова изменений вещей. (Энциклопедический словарь. — М.: Гардарики. Под редакцией А.А. Ивина. 2004.). (Прим. переводчика).
Из книги Понлопа Ринпоче "Ум за пределами смерти".