Прояснение ситуации

TWCW на всю статью: тема проблем в семье, смерти людей и животных, разные формы насилия, тема суицидальности и селфхарма.

1. Семья

1.1. Родители

Моим родителям под 60. У обоих нет нормального образования. Работу найти не могут, а в моём городе зарплаты в районе 30–40 тысяч — и это считается «нормально». У них не самое идеальное здоровье: проблемы со зрением, сосудами. У матери несколько лет назад были странные приступы, похожие на инсульт. Подробностей я не знаю, врачи тоже клали, а в нашей семье не принято делиться такими вещами. Всё всегда замалчивается.

Мы живём на деньги, которые были отложены много лет назад, на сдачу ыторой квартиры и продажу старых вещей на авито. И даже в этой ситуации их затянуло в телеграм-лохотроны вроде «хомяка». У отца это доходило до одержимости — он мог не спать ночами, сидя в телефоне.

Экономия у нас выглядит так: покупать всё по максимальным скидкам, когда срок годности уже почти вышел. Потом это откладывается ещё на полгода. В итоге вечный просрок, максимально однообразный и дерьмовый рацион. Иногда реально лучше вообще не есть.

При этом я — самый близкий к ним человек. И в случае чего я же и попадаю под горячую руку.

Гиперопека, контроль, «это не так, то не так». Меня растили в жёстких рамках. До 16–17 лет мне нельзя было уходить дальше соседних дворов. На общественном транспорте я начала ездить только после 18. До 18 у меня не было банковской карты. Когда её оформили ради образовательного кредита — её тут же привязали к своему аккаунту, изъяли и выдали свою, чтобы контролировать мои траты и переводы.

Мне нельзя было стричься, красить волосы, делать проколы. Моя внешность до сих пор вызывает скандалы. Мне прямо говорили, что у соседей красивая, длинноволосая, высокая, успешная дочь — а у них что? Я знаю, что им за меня стыдно. В 16 они полезли в мой ноут, нашли мои соцсети. Фандомный постинг не был проблемой. Меня аутнули, сказали, что если это правда, то меня не примут. Им такое не нужно. Узнали о моей суицидальности и по сути попытке. Никто не перживал. Самодигностили биполярку, ведь при них я якобы тихоня, а тут пишу такое. Узнали про насилие в школе. Но нет, главная проблема это ориентация, позор от того, что их ребенок с не здоровой менталкой и лучшая подружка-лесбиянка, явно испортившая меня. Моя ценность в собственной семье упала. Наверное тогда все разрушилось в край. Оскорбления порой звучали чаще, чем моё имя. Раньше это были просто скандалы. Потом стало страшнее. Мать запирала нас в комнате, доводила до истерик. Не так давно она начала бить по столу, а потом резко сдвинула его и пошла на меня. От удара меня спасли только крики, истерика и то, что рядом была бабушка.

1.2. Бабушка

Родственников у меня почти нет. Родители, сестра и бабушка. Бабушка живёт с нами примерно с 2022 года. Она всегда была командиршей, может придираться по мелочам и задавать не логичные вопросы, когда ответ прямо перед носом, но я её очень люблю. И она часто была за меня. Она видела, куда катится поведение родителей, и ей это не нравилось.

Пару лет назад у неё появилась ранка. Она росла, становилась болезненнее. Она тогда не так давно упала, туда попала грязь. Начались врачи: хирург, дерматолог, онколог. Дважды брали ткани на анализ. Нам сказали, что онкологии нет, «промывайте хлоргексидином, всё заживёт».

Не зажило.

Сейчас она иногда не может есть и спать от боли. Родственники говорили ей, что она «сама не лечится». Я тихо отдавала ей нурофен — лекарство для нашей семьи дорогое, мне его покупал партнёр или я брала за свои деньги. При этом слышала: «Эм..нурофен вообще-то от температуры, какой ещё обезбол? Я знаю лучше».

Становилось только хуже. Рана разрослась почти на весь нос. Запах разлагающихся тканей это прям ew... Честно, я изо дня в день плачу, глядя на все это.

Недавно снова пошли к врачу. Худший вариант. Рак.

Если оперировать — она буквально останется без носа. Я не знаю, оплатит ли это страховка. Пластику точно не покроют. Родители в нашей финансовой ситуации помочь не смогут. Никто не сможет.

Параллельно у неё начались серьёзные проблемы с памятью. Она может не помнить, где потеряла сумку, может пытаться открыть не ту дверь, чуть не сломала замок — прошлый такой случай обошёлся в 10к +. Это страшно. Я вижу как она стареет, как резко становится《не с нами》. Я знаю что такое смерть, много близких похоронено. От старости до суицида. Это второй раз когда все так близко. Первый, когда на моих руках умирала моя собака, крича и кусая. Мягких облачков тебе, любимая... И мне страшно.

UPD 16. 05.

Родители повезли ее в больницу в Москву. Я не знаю что случилось. Она травмировала руку (вывех или перелом), сходила под себя (никогда такого не было, у нее не было проблем с недержанием), они видимо не попали к врачу на назначенное время. Сейчас им еще ехать в травму в наш город. Такси обойдется в бешенную сумму. Я не знаю всей ситуации, уже не понимаю, что происходит. С больницами пиздец, где травма не ясно, на горячую линию никто не отвечает. Если станет яснее, я дополню телеграф.

1.3. Сестра

Более трёх лет назад началась классическая история с делёжкой имущества. У сестры была 1/3 квартиры покойной бабушки. Двушка. Даже целая комната ей по метражу не принадлежала. Работать и копить? Нет. Попытаться продать долю чужим людям за пару миллионов, обесценив квартиру и испортив всем жизнь? Да.

Я не помню всех деталей, но в итоге в той квартире она больше никто. Деньги она получила. Семья — нет.

Тогда начались оскорбления, расчёты сколько нам ещё жить, угрозы в адрес родителей. Делёжка имущества оказалась важнее всего. Она три года не общалась с родителями. Со мной и второй бабушкой общалась. Два года мы почти не были близки. Любой разговор сводился к заевшей пластинке про квартиру и про то, какие родители плохие, а она во всём права.

Два года назад она родила. Родители не приехали на выписку — они хотели, но даже не знали, куда ехать. Нашла новый повод для обид.

Последние полгода мы начали немного сближаться. Бытовые разговоры, обычное общение. Казалось она остепенилась. Ловила её на лжи, но пыталась верить в лучшее. Была ёбаной идиоткой.

26 числа прошлого года мне позвонили. Я только вышла с учёбы, сидели с партнером в KFC. И дальше — ад. Крики. Обвинения. Около 20 перезвонов. Угрозы самоубийством. Угрозы убить ребёнка. Потом выяснилось, что она то ли беременна вторым, то ли еще что. В итоге его нет и может быть пришлось делать аборт из-за мед покозаний или был выидыш и ей снасло крышу. Требование 2 миллионов. Иначе всё будет на нашей совести, а именно ее смерть, вместе с ребенком.

Я в истерике. Полчаса криков, попытки понять, где её сын, где муж, живы ли они. Пожелания смерти всей семье. Цитирую одну из фраз въевшуюся в мозг: « надо было им глотки рвать, морды бить». Шантаж, спам звонками и сообщениями. Ниже часть скринов ее соо под самим постом в день случившегося:

https://t.me/hexvoid/5680?single&comment=10867

Даже если она ничего не сделала из своих угроз, все равно, сестры у меня больше нет.

После этого у меня просела память. Я могла не помнить, что сама положила еду себе в тарелку, как доехала до вуза. Начались флешбеки, кошмары. Год истерик. Постоянное напряжение. Она продолжала манипулировать. Требовала деньги у родителей, угрожала, что умрёт и это будет на их совести. Осенью она позвонила бабушке в мой день рождения, чтобы обвинить меня в том, что я «плохая» и игнорирую её.

А ещё до шантажа публиковала фото с наших прогулок, без меня, подписывая, какая у неё счастливая семья. Это до меня дошло лишь недавно, разбив в истерику. Это очень больно, мне не находится места в своей же семье.

Я не ставлю себе диагнозов, но у меня диагностирован СДВГ, а после всего этого появились симптомы, похожие на ПТСР и ГТР. Но в конечном итоге, в своей семье, я остаюсь в одиночестве.

Отвечая на частые вопросы и обвинения:

— нет, мне некуда съехать. не к кому. у меня больше никого нет кроме этих людей, партнера и друга. я не хочу раскрывать их личной жизни, но нет, я не могу съехать к ним. нет, я не хочу менять шило на мыло и валить в зарыганую общагу, где ничего моего не будет, да и до кучи там ровно так же не безопасно. я на платке, вузовская общага мне недоступна. съем однушки/студии ≈35-40к.

— да, попытки поиска работы были еще с 1 курса. да на 3 курсе я прошла стажировку бариста там, где раьоатет партнер. звоню, ставлю родственниуов перед фактом. завтра выхожу на смену. далее угрозы домашнего ареста, а так же, что мой телефон разъебут и симку выкинут. по их мнению, никакой работы, кроме работы по профессии. но никто не пытался мне помочь дать старт, купив нормальную технику для ведения репетиторских онлайн уроков. как вариант оставалось лишь ходить/ездить людям, что в нашем городе не очень безопасно, а еще учитывая его размеры, может быть затратно по времени и деньгам.

2. Учёба

С учёбой у меня никогда не было нерешаемых проблем.

Да, не всё на сто из ста. Да, ВУЗ с образовательным кредитом. Да, баллы ЕГЭ были нормальные, но не достаточные, что бы пройти на бюджет. В школе и университете попадались строгие учителя и преподаватели, для которых весь мир крутился вокруг их предмета — причём иногда вообще не профильного. Экзамены, сессии, типичный студенческий стресс.

Бывало тяжело. Особенно когда проседало здоровье. Приходилось писать и зубрить билеты с температурой из-за воспаления кисты. Но я справлялась!!! Более того — с каждым курсом мои оценки становились лучше, а преподаватели хвалили результаты.

И вот это полугодие:

шесть предметов, от профильных до дополнительных, на высший балл. Все. Кроме немецкого.

Преподаватель вроде бы «идёт навстречу», пытается разговаривать, но при этом не верит, что бывает так: английский даётся хорошо, а немецкий — тяжело. Хотя на более лёгком уровне у меня и с немецким раньше проблем не было.

Я объясняю : в начале года родственники уехали, оставили сиделкой с бабулей, после я заболела, в этом году вообще часто болею, вылезло много проблем со здоровьем. Плюс постоянный стресс — финансовые проблемы в семье, болезнь бабушки и всё остальное.

Ноль понимания.

Зато есть публичные комментарии и унижения.

Несколько примеров:

● После электрички жарко. Я снимаю худи, под ним обычная майка. В ответ: «Вы как вырядились! Ещё бы в купальнике пришли». Хотя майка была не слишком открытой...

● Телефоны на парах запрещены, но на сдаче индивидуального задания можно пользоваться. У меня в руке словарь, я чуть отодвигаю его и беру телефон — потому что банально хотелось есть и проверить время. Вопли: «Вот это, что вы там в словаре делаете, мне это не нужно».

● Она запрещает писать в тетрадях. А я не могу не писать. Если я не знаю слово, мне нужно его записать, чтобы дома выучить. Я ничего не делаю, просто маленькие пометки, но не скрывая это. Имею же право? И при всей группе слышу: «А вот она у нас особенная, выбрала свою тактику обучения. Я запрещаю писать, а она меня игнорирует и пишет».

На экзамене меня довели до слёз.

Потом — на индивидуальной сдаче.

Прямо сказали, что мне надо радоваться, что в деканат ещё не сообщили о моей «плохой успеваемости» и «незнании предмета». Угрожают оставить на второй год. И это не пустые слова — с другой студенткой так уже делали. Да, вузу невыгодно портить статистику, но ни для кого не секрет, что платников и тех, за кого платит государство, могут держать до четвёртого курса, а потом отчислить, вытянув максимум денег. И про выходки этой преподши все знают. И однокурсницу мою она разок ударила, да так, что синяк остался. Все в вузе привыкли засунуть язык в жопу и молчать. А она, еще и бести декана, не стуканешь.

Я стараюсь учить. Правда стараюсь.

Но мне тяжело. И ещё хуже то, что мне у неё страшно и дискомфортно. Я теряюсь. На прошлой индивидуальной сдаче у меня случился приступ тревоги, и я мучительно пыталась отвечать в этом состоянии, параллельно слушая обвинения в своей тупости.

И вот на фоне всего остального — семьи, болезни бабушки, финансов, здоровья — мне ещё и нужно каждый раз морально готовиться к тому, что меня публично унизят за то, что я просто пытаюсь учиться. Сейчас мне очень страшно, все с учебой валитсч из рук и ни черта не входит, как я не стараюсь.

3. Здоровье

Последние годы моё здоровье ощутимо просело.

С детства у меня проблемы с сосудами. Каждую весну и осень меня сажали на курс лекарств, потому что головные боли и носовые кровотечения были почти ежедневными. Врачи предупреждали: летом — меньше жары, меньше душных помещений и транспорта. Может привести к обморокам, но ничего не было, до прошлого года.

Прошлым летом начались обмороки. Я могла зайти с жары в магазин под кондиционер и начать отключаться, ещк и паникуя от этого, начиная реветь. Не знаю, связано ли это, но этой осенью начались мигрени. Такими, когда ничего не помогает. Тошнота, свет режет глаза, звук как молотком по голове, и ты всеми силами пытаешься не потерять сознание. Хуже, когда разбивало не дома.

Отдельная и очень неприятная для меня тема — репродуктивное здоровье. Цикл у меня начался поздно, в 16. И сразу пошёл криво. Спустя полгода организм просто истекал кровью месяц, но к врачу меня тогда не повели. Кажется мать считала, что гинеколог детям не нужен. Стабильности не было никогда: непонятные кровотечения, боли, отёчность, тошнота, температура — полный набор.

После 18 я буквально выбила себе поход к врачу. Ждала месяц. И, конечно, к дню приёма организм снова выдал странное кровотечение. Меня обвинили в том, что я «пришла с этим», отказались осматривать и отправили ни с чем.

Второй поход — осмотр, ничего не ясно, отправили на УЗИ. По результатам: смещённая матка, дисфункция яичников и матки. Мне не назначили ни лечения, ни анализов на гормоны. Сказали: «все проблемы от нервов, пейте валерьянку».

С 17 лет мать сама сажала меня на дюфастон и дидроменс . Они помогали — цикл выравнивался, даже по менталке становилось легче. Сейчас они больше не работают. Я вижу симптомы, которые могут быть признаками гиперандрогении. И боюсь, что всё может дойти до СПКЯ. Но нормального обследования так и нет.

В довесок копчиковая киста. Такая же была у отца и сестры. Иногда ремиссия, но рецидивы это ад: отёк, температура, боль, зуд в пояснице. С этим можно жить всю жизнь, но я хочу лазерную операцию. Страховка её, скорее всего, не покроет. Я просто жду момента, когда у меня будут свои деньги.

Тот год, перед НГ порадовал туннельным синдромом, не дававшим ни рисовать, ни писать диплом. Месяц отдыха и минимума нагрущок не спас. Мне все еще периодами больно и приходится брать перерывы, даже если есть свободное время.

По менталке у меня тоже вагон проблем.

Селфхарм начался ещё в начальной школе. В 16 была попытка суицида. С тех лет я не помню периодов стабильных эмоций. Это не спектр, это обрывки: пару дней мне нормально или даже хорошо — потом полгода апатии. Иногда апатия перетекает в навязчивое желание не жить. У меня было много травмирующих событий. И тот случай аутинга, и домогательства от друга, где близкие мне люди встали на сторону насильника, и куча крайне сомнительных—абьюзивных отношений.

Я ненавижу это. Я хочу чувствовать себя нормально. Быть в норме. Мне нравится страдать и ощущать себя плохо. Наверное я все еще здесь, просто потому что надеюсь, что если не сейчас, то однажды, у меня все будет хорошо.

Сейчас я на слабых препаратах — без официальных выписок. В бесплатную психиатрию я идти не могу: если получу диагноз, это может поставить крест на моём образовании. На платную нет денег. Плюс семья контролирует каждый шаг. Для них психолог и психотерапевт — «псевдопрофессия». Если человек не справляется сам, значит «дурка». По их логике мне просто не может быть плохо. На фоне стресса в этом году у меня начались тики. Глаз может дёргаться неделями.

Семья стыдит меня за проблемы с репродуктивкой. Считает, что депрессии не существует. Так же, как с детства игнорировали моё СДВГ, которое реально испортило мне жизнь. Социализации я училась заново уже в старшей школе. И всё это параллельно с учёбой, семейным адом и необходимостью быть «нормальной».

‼️ И Т О Г ‼️

И вот я здесь.

Творчество, которое раньше было моей отдушиной, стало заработком. Раньше я открывала коммишки ради подарков друзьям и покупки мелочей, которые меня радовали. Сейчас — из нужды.

И это не радует.

Мне хочется рисовать для себя. Делать трейды, реквесты, просто радовать людей бесплатно. Но вместо этого я считаю часы, дедлайны и думаю о том, хватит ли на лекарства или бытовые траты, ощущая стыд от простого желания порадовать себя чем-то, купив вкусную еду, мерч или съездив раз в пол года-год на маркет.

Мне до сих пор сложно оценивать себя. Брать деньги за свои работы. Каждый раз я боюсь разочаровать заказчиков. Мне часто говорят повышать прайс, но мне сложно поверить, что то, что я делаю, стоит даже тех денег, которые я беру сейчас.

Просыпаться дома тяжкло. Меня попрекают деньгами, хотя я сама покупаю одежду, еду, оплачиваю бытовые расходы. Да, с коммишек. Дома вечные скандалы. Бабушкины слезы и отчаяние на фоне рака. Родители всё чаще пьют и срываются за малейшую ошибку. Иногда — просто за то, что я есть. И порой, наверное, в этом отчаянии дома, как бы страшно и плохо мне не было, мне жаль их, всю нашу семью.

У меня появился шанс на лучшую жизнь. Место, где я прохожу практику, готово взять меня на работу с нормальной зарплатой. Мне предлагают либо общежитие, либо доплату на съём квартиры. Это шанс вырваться.

Но нужно дожить до сентября.

Родственники не порадовались. Я «бытовой инвалид», «не справлюсь», «не смогу». Хотя когда они уезжали, я держала квартиру в порядке, бабушка три раза в день ела мою готовку и максимум жаловалась на слишком большие порции.

Их гиперопека не хочет отпускать меня. А недавно мне прямо сказали, что их раздражает моё существование и они не хотят меня видеть. Это было ожидаемо. Пару лет назад мне уже устраивали скандал просто потому, что моя манера речи напоминает им сестру.

Я живу по кругу вуз — дом, где я вечно недостаточная. И со временем я сама начинаю верить, что со мной что-то не так. Мне постоянно тревожно. Страшно потерять всё. Страшно столкнуться с физическим насилием, угрозами, оскорблениями. И, к сожалению, даже спустя годы это всё ещё ранит.

Но меня правда радует этот шанс. Я люблю то место, где прохожу практику. Люблю людей там. Меня там ценят. И для меня это бесценно.

Просто нужно продержаться.

Поэтому сейчас я хочу закрыть коммишки. Минимум до июля–сентября. Возможно, оставлю только адоптов и очень простые слоты. Я не хочу брать большие форматы, если есть риск, что не смогу их вытянуть. Я боюсь подставить заказчиков. Боюсь не отрисовать вовремя из-за всего происходящего. Боюсь, что если буду работать через силу, без ресурса, качество просядет.

Если честно, мой заработок с коммишек в пересчёте на часы — смешной. Я рисую долго, пальцем в ibis на телефоне с разбитым стеклом и забитой памятью, терпя вылеты и восстановление файлов. И всё равно переживаю, что недостаточно стараюсь.

Я не хочу добивать себя окончательно.

Я хочу дожить до осени. Устроиться на работу. Съехать. Начать жить. Оплатить терапию, записаться в зал, купить планшет и просто расправить крылья. Может, я пойду в магистратуру, что чуть урежет все это, но даст через 2 года больше возможностей. На рабочем месте мне говорят, что подстроят мой график под магу. В случае чего, ВУЗ предлагает общагу. Это не идеальный вариант, но весьма не плохой!!

Поэтому я закрываю коммишки.

И открываю возможность донатов, для тех, кто хочет поддержать меня в этот период. Это не обязанность. Не просьба жалеть меня. Это просто шанс дать мне немного воздуха, чтобы дотянуть до новой жизни. На добровольной основе.

Всем всего хорошего и спасибо, что прочитали 🤲🏻🖤