Провизор-технолог

Как вы попали в эту сферу, с чего начинали?

Заниматься наукой и получать кандидатскую степень в мои планы изначально не входило. Началось все с написания диплома на 5-ом курсе. Тогда нам дали выбор: писать научно-исследовательскую работу (НИР) или выпускную квалификационную (ВКР). Разница заключалась в том, что одна включала практическую часть, а вторая – нет. Первое еще котировалось выше и влекло дополнительные плюшки по учебе (можно было не посещать практические занятия). Было 5 специальностей: организация экономики фармации, фармакогнозия, фармацевтическая химия, технология и биотехнология. Я выбрала технологию, на тот момент это было самое интересное направление из всех представленных. Меня и мою активность на занятиях как раз заметил преподаватель по фармацевтической технологии и предложил писать НИР на базе института фармакологии. Когда я пришла знакомиться с научной руководительницей диплома, один из первых ее вопросов звучал так: «Планирую ли я писать кандидатскую». Я поняла, что планирую, так я и обосновалась в институте.

Если говорить про фарму в целом, в школе у меня и мысли не было, что я свяжу с ней жизнь. Изначально я хотела быть хирургом, затем стоматологом. Документы при поступлении в ВУЗЫ я тоже подавала на лечебный и стоматологический факультет. Галку напротив фармацевтического факультета ставила на всякий случай, потому что абсолютно не было представление об этой сфере, казалось, что ее финальная точка– аптека. В итоге со второй или третьей волной я прошла на фарму на бюджет, а на стомат – получилось только на платный. Чтобы не оплачивать обучение, я решила схитрить: поступить на фарму, а затем через год или два перевестись на другой факультет. По крайней мере тогда это было осуществимо, не знаю, как сейчас. По прошествии двух лет я втянулась, нам объяснили, что фарма не заканчивается на аптеке, а интересна и многогранна, поэтому я осталась, и карьерный путь сложился так, как сложился.

В чем заключается ваша работа?

Я – технолог и непосредственно участвую в разработке лекарственных средств как новых, так и дженериковых. Если говорить об оригинальных препаратах, то это не подразумевает синтез субстанции, этим занимаются химики. Мы получаем уже готовую субстанцию и, учитывая ее физико-химические и фармацевтико-технологические свойства, формируем лекарственную форму, которая не только сохраняет биодоступность субстанции, продемонстрированную в фармакологических исследованиях, но и способна повысить ее.

Этого можно достигнуть, во-первых, выбором подходящей лекарственной формы, опираясь на гидрофильность/липофильность субстанции. Лекарственные формы не ограничиваются таблетками, их великое множество. И даже в таблетке могут присутствовать не просто смешанные порошки. Мне нравится вспоминать компанию Астразенека и некоторые ее препараты: Лосек МАПС или Беталок ЗОК, например. Несмотря на то, что оба этих препарата представлены в виде таблеток, Лосек МАПС состоит из пеллет (маленьких шариков), а Беталок ЗОК – из микрокапсул (шарики еще меньше). То есть одна лекарственная форма состоит из других лекарственных форм, получение которых весьма трудоемко, но вместе с тем обеспечивает лучшую биодоступность.

Во-вторых, это выбор вспомогательных веществ. На рынке их тоже много. Не только различного химического состава, но и различного производства. Многие технологические исследования показали, что одно и то же вещество двух-трех разных производителей по-разному влияет на конечные свойства лекарственной формы. А технологом важно добиться того, чтобы процесс производства был воспроизводимым, то есть, чтобы при каждом цикле получалось один и то же продукт, чтобы процесс не останавливался, чтобы было как можно меньше брака. Потому что иначе затрачивается время и, соответственно, деньги.

В-третьих, это выбор технологии получения лекарственной формы. Как раз на примере Беталок ЗОК расскажу. Изначально субстанцию микрокапсулируют. Процесс представляет собой нанесение пленочной оболочки с модифицированным высвобождением на крошечные частицы субстанции. Затем полученные микрокапсулы смешивают с другим вспомогательным веществом и прессуют в таблетки. Можно сделать и проще: смешать все порошковые вещества, запрессовать в таблетки и только потом покрыть модифицированной оболочкой. Но тогда действующее вещество будет хуже растворяться и всасываться. Почему? Потому что мелкие частицы намного быстрее растворяются в жидкости, чем крупные. Мы это видели и знаем, когда для сравнения в воде растворяем сахарный песок или же сахарную пудру. Если говорить о научной деятельности, то я занимаюсь также мониторингом современных исследований в области получения лекарственных форм. Все, что было упомянуто ранее: лекарственные формы, вспомогательные вещества, технологии изготовления и влияние всех этих параметров друг на друга. Это полезно как для общего развития и понимания, что нового придумано в научной сфере, так и для написания собственных обзорных и экспериментальных статей, монографий. Я с детства любила писать, и так вышло, что это теперь моя работа.

Что в работе приносит вам радость и удовлетворение?

Для меня работа – это общение с людьми и обмен информацией. Как в жизни. Нравится, когда что-то получается, не нравится, когда не получается. Нравится развитие, когда узнаешь что-то новое и можешь воплотить это в своих исследованиях.

Технология – это в том числе творческая специальность, то есть можно наблюдать за созданием чего-то нового, своего, а также решать головоломки.

Какому человеку может подойти такая работа?

Усидчивому и творческому. Я могу выполнять монотонную ручную работу, но при этом не люблю возиться с бумажками (с их перекладыванием). Если есть предрасположенность к ручному и ювелирному труду, я думаю, профессия технолога подойдет. Плюс некоторая аналитическая предрасположенность тоже понадобится, чтобы уметь оценивать полученную информацию и делать выводы.

Что нужно знать и уметь?

Сложно сказать. После универа мало кто что знает и умеет. Я, когда пришла в отдел разработок, еще около года входила в курс дела. Поэтому, на мой взгляд, главное, к чему лежит душа. Вот что интересно, туда и стоит идти, а там уже научат.

Что можно сделать уже сейчас, чтобы студент или молодой специалист мог стать ближе к этой сфере?

Учить английский, ничего нового. Чтобы не стоять на месте, нужно черпать информацию, которая, по большому счету, публикуется на английском языке. Можно, конечно, сидеть с переводчиком, но это отнимает больше времени. Я давно учу английский и поэтому жила с убеждением, что все вокруг меня его знают, потому что все вокруг меня его знали. На деле оказалось не так.

Во-вторых, в университете уже заявлять о себе. Участие в олимпиадах или конференциях не каждому может подойти по тем или иным причинам. Но, по крайней мере, быть активным на занятиях. Меня так выделили.