Провинившиеся красотки заслуживают прощение
![](/file/9eb58dea6b483e1d62a34.gif)
💣 👉🏻👉🏻👉🏻 ВСЯ ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻
Провинившиеся красотки заслуживают прощение
Марвел 11. Мир где на каждого мужчину приходится десяток женщин. Пока Питер Паркер разбирается со свалившимися ему на голову проблемами банды преступниц и пытается понять, кто же он такой, научная выставка проходит без него, и радиоактивный паук находит другую цель.
Обычно я просыпаюсь быстро, словно кто-то переключил режимы — только что спал и видел сны, и вот я уже готов к действиям. Это весьма полезное качество, особенно когда на сон остаётся пара часов и с утра обязательно нужно быть на работе или учёбе. Так вот, в этот раз было не так.
Я завис в каком-то пограничном состоянии полусна. Точнее, я понимаю, что сплю, полностью осознаю своё положение, но при этом всё ещё не могу проснуться, практически как при сонном параличе только без паники. Хотя в этот раз, кажется, можно найти пару причин для страха.
Во-первых, я не помню, чтобы засыпал, сидя в, судя по тряске, машине c сильной головной болью и звоном в ушах. Что происходит, я пьян?
Машина вдруг подскакивает на ухабе, и я бодро прикладываюсь затылком о какую-то железяку над головой. Сука! Теперь понятно, почему у меня так болит голова и звенит в ушах.
Боль помогает мне проснуться, хотя я предпочёл бы обойтись своими силами. Я пытаюсь выругаться, но не могу — губы чем-то склеены, вероятно, скотчем, я наконец-то разлепляю глаза.
Точнее, есть небольшие проблески света, но всё как-то мутно, ни черта не разобрать.
Мне что, ещё и мешок на голову нацепили? Если это какой-нибудь глупый розыгрыш, кому-то будет больно!
Я вдруг понимаю, что не помню никого, кто мог бы меня так разыграть.
Да я вообще нихера не помню! Мощное похмелье или, чем чёрт не шутит, амнезия?
Я пытаюсь пошевелить руками, но не могу — они связаны. А что если это не шутка? Неужели меня действительно похитили? Но кому я нужен? Я… я… Чёрт! Да я сам о себе нихера не помню! Кто я вообще такой?
Твою мать, как страшно, я не хочу умирать!
Стоп! Стоп! Стоп! Отставить истерику!
Боль чуть стихла, и даже звон в ушах начал понемногу отступать, я услышал обрывки речи.
— He is such a mess, I don’t even want to remember! — голос женский, грубый, с идеальным американским произношением. Я вроде бы знаю английский — это уже хорошо, но почему-то мне трудно уловить смысл сказанного, словно я не говорил на английском уже пару сотен лет, наверное, со школьных времен.
Стоп! Школа… я начинаю вспоминать. Отлично!
— Come on, tell me! This is a real date, with a man! You must tell us! — другой голос, тоже женский, чуть более высокий и мягкий.
Опять первый голос. Женщина рассказывает какую-то историю, но я сосредотачиваюсь на том, чтобы вспомнить что-то о себе. И у меня начинает получаться. Я вспоминаю: своё детство, обычную школу, где меня дразнили из-за того, что я не умел общаться со сверстниками. Самих одноклассников: Мэри Джейн Уотсон — мою ветреную первую любовь; Флеша Томпсона — тупого качка-футболиста, который постоянно надо мной издевался; Гарри Озборна — моего первого и единственного друга, который очень легко про меня забыл, как только стал популярным. Помню родственников: тётю Мэй и дядю Бена… помню, как дядя Бен умер у меня на руках. Помню свою первую настоящую подружку — Гвен Стейси, которая тоже умерла у меня на руках из-за моей ошибки, из-за того, что я был глупым самоуверенным юнцом, считавшим, что сможет быть супергероем… точно, я вспомнил — я супергерой! Человек-Паук! Я охраняю покой Нью-Йорка, защищая его ночью, а днём работаю журналистом в Дейли Бьюгл, продавая собственные снимки за сущие гроши… чёрт, я такой идиот! Какого хрена? Что со мной не так? Так, ладно, успокойся, может, потом я вспомню ещё что-то, что объяснит всё.
Я пытаюсь расслабиться, привести мысли в порядок. Очень сильно пересохло во рту, язык шершавый, словно наждачка, царапает нёбо при каждом движении. Меня что, гоняли по пустыне? Стоп… что-то не так. Я пытаюсь понять, что же привлекло моё внимание, провожу языком по зубам. Точно, вот оно! На этом месте должно быть отверстие, этот зуб мне выбил Доктор Октавиус, когда я пытался остановить его при ограблении банка. Какого хера я вообще столько возился с обычным человеком? Мне ведь достаточно было ударить его разок по голове и вырубить? Не отвлекайся, Питер! Зуб! Да, точно, зуб, которого там не должно быть! Я не помню, чтобы вставлял искусственный, а новый у меня так и не вырос, хотя я не переставал надеяться. Что за чертовщина? Ладно, есть ещё один способ.
Я напрягаю правую ступню, начинаю осторожно тянуть носок вверх, ожидая почувствовать его. Опять ничего. Но ведь у меня в ноге должен быть чертов маячок, вшитый мне людьми Фьюри, пока я был без сознания. Обычный человек не почувствовал бы такую мелочь, но я с самого начала знал, что Щит приглядывает за мной с помощью маячка.
И тут я заметил ещё одну странность. Я слаб. Нет. Нет. Нет. Этого не может быть. Я обычный человек. Чёрт, меня как-то лишили супер способностей!
А может, это не моё тело? Но как такое возможно? О, я понял! Виртуальная симуляция! Вот почему нет картинки — чтобы не дать мне разгадать обман, гораздо проще внушить человеку, что у него мешок на голове, чем создать неотличимую от реальности картинку.
И в этот момент что-то меняется в моей голове, я начинаю гораздо легче понимать речь незнакомки.
— Чем мокрее его глаза, тем суше у меня между ног. Когда я решила, что надо валить, он раскис: начались эти все позы, губы надул, как ребенок. Так захотелось ему вмазать! Эти мужики, даже злость не умеют изобразить. Я свалила.
Как глупо! Такое палево, не знаю, как они внушили мне, что я не понимаю английский, но это ещё раз подтверждает мою догадку. Всё это виртуальная симуляция, но я почему-то не помню ничего после того… я даже не могу точно сказать, где обрываются мои воспоминания.
— Серьёзно? — воскликнула вторая девица. — Ты, неблагодарная сука, ты не дала мне подкатить к нему, а сама даже не воспользовалась шансом.
— Чёрт, я согласна! — третий женский голос. — Ты просто охуевшая сука. Он же мужчина, чего ты ждала, что он вдруг станет бабой? Ты не можешь требовать от мужчины женственности, с ними нужно быть нежными! Тебе выпал такой шанс, а ты его упустила.
Что за бред несут эти бабы? Я нихера не понимаю.
— Знаете, что? Да пошли вы обе! И мужики ваши тоже! Они просто бесполезный мусор, чёрта с два, я буду терпеть все эти ужимки, заморочки, бесконечные требования и истерики. И ради чего? Чтобы он раз-два в неделю поерзал своим вялым членом в моей вагине? Нет уж, лучше уж я найду себе подружку, подарю ей здоровенный резиновый фаллос, и каждую ночь она будет трахать меня этим членом так, как ни один мужик никогда не сможет! И, уж тем более, мне не нужно будет ни с кем делиться! Этот член будет только для меня, каждую ночь.
— А потом твоя подружка выйдет замуж, станет четвертой женой какого-нибудь мальчика с вялым членом и родит ему замечательных детишек, у неё будет счастливая большая семья, а ты останешься одна, со своим твёрдым резиновым фаллосом. Сука.
Что ж, теперь я знаю, что это всё не по-настоящему, вероятно мне пытались заблокировать воспоминания, чтобы я не раскусил обман, но что-то пошло не так. Пора прекращать этот цирк. Я начал дёргать верёвки и всячески привлекать внимание находящихся рядом НПС, надеюсь, у них есть скрипт, чтобы снять с меня мешок и кляп.
— О, смотрите, малыш Паркер пришел в себя, — кто-то сел справа от меня, прижался вплотную, а затем обнял меня одной рукой, — не бойся, мальчик, мы тебя не обидим.
Я мог в ответ только мычать и дёргать головой, что и делал.
— Давайте снимем с него этот мешок, всё равно он никак не запомнит дорогу.
— Эй, нельзя показывать ему наши лица, что ты творишь, дура? — это та, что рассказывала историю про парня нытика.
— Ну так натяни себе чулок на голову, если боишься, сучка! — говорит, очевидно, та НПС, что подсела ко мне. — Так, сейчас мы снимем эту пакость.
Наконец, с меня сняли чёртов мешок, и я смог увидеть… размытое марево.
Какого чёрта! Ваша симуляция — полный отстой, я ни хера не вижу, словно у меня снова минус десять на каждом глазу! А, ну точно, это ещё один способ спрятать плохой графон — внушить мне, что у меня плохое зрение. Я понял: они пытались заставить меня забыть о том, что я получил суперсилы.
— Ах, точно, он же не видит без очков, — говорит третья НПС. Очевидно, это подсказка на случай, если я сам не догадаюсь о моём «плохом зрении».
— Эх, ты такой милый и умный мальчик, — меня потрепали по голове, — поэтому послушай моего совета, делай всё, что тебе скажут, и тогда с тобой не случится плохого.
— Поверь, нам самим неловко от того, что приходится так поступать с мальчиком, вроде тебя, — это говорит девица, что рассуждала о мужественности и мужчинах. Теперь я знаю, что она сидит прямо напротив меня, — но у нас нет выбора, босс сказала, что только ты можешь помочь с проблемой док. Главное, не бойся, если всё пройдёт хорошо, мы вернём тебя домой в целости и сохранности.
— Разве что самую малость попольз… ауч, Арчи, какого чёрта ты меня пихаешь?
— Нечего нести чушь! Он здесь не для этого, а если у тебя чешется манда, то пиздуй к своей подружке с резиновым членом, о которой ты нам тут рассказывала! — новый голос, опять женский. Ну не только голос, я так же видел размытый силуэт говорившей, что до этого пихнула в бок другую НПС.
— Я просто шутила, чего ты так взъелась, сдался мне этот ваш Паркер, да у него ещё…
— Тупые шутки, Мямля, лучше заткнись пока не поздно.
— Да, сука, мы уже поняли, что ты предпочитаешь резиновый хуй настоящему, так что держись от Питера подальше, — включается в перебранку обнимающая меня НПС.
Я вижу её лицо буквально в десяти сантиметрах от меня, но ничего не могу разглядеть. Даже странно, во всём, что не касается зрения, этот виртуал не уступает реальности: осязание, звуки, запахи, боль. Всё как настоящее.
— Тебе, наверно, мешает кляп, может снимем его? — НПС поворачивается к своим товаркам.
— Даже если он закричит, всё равно никто уже не услышит, мы выехали за город.
— Тогда приготовься, будет немного больно, — говорит она, подцепив край скотча ногтем, и начинает его медленно стягивать.
— Твою мать, да сдёрни ты его уже! — говорю я, при этом дёргаю головой, чтобы ускорить процесс, что-то вываливается у меня из кармана на груди.
— Эй, тут что-то упало, — девица напротив наклоняется и поднимает предмет, — это же футляр для очков, так ты хотел сказать нам, что у тебя есть запасные очки.
— Нет, сука, я хотел сказать, чтобы вы засунули этот дебильный розыгрыш себе в… — и тут девица надевает на меня очки, и я затыкаюсь на полуслове.
— Не стоит мальчику так грязно ругаться, — говорит обнявшая меня, а я могу только с открытым ртом переводить взгляд с одной девушки на другую, потому что такая реальная картинка не может быть графикой и, к сожалению, это вовсе не розыгрыш.
* женственность в этом мире качество образцовой женщины, то есть сильного пола, то есть мужественность в нашем понимании. Учитывайте подобные нюансы в дальнейшем.
Однако "мужество" будет использоваться в привычном нам значении, ибо я не могу придумать адекватного аналога.
слово "док" в тексте это упоминание доктора Стэнс. Это не обращение к ГГ, не надо выделять это ошибкой.
Пока я пытался осознать произошедшее, пришло время покидать транспортное средство. Оказывается, я проспал почти всю дорогу. Судя по тому, что я видел изнутри, мы ехали в закрытом фургоне без окон, каких сотни курсируют по улицам города, вот только этот был оборудован явно не для перевозки мирных людей. Сиденья, по десять штук с каждой стороны, располагались вдоль стен авто. Помимо моего, ещё четыре были заняты сопровождающими меня дамами в строгих костюмах.
— На выход, джентльмены, — сказала Арчи, та, что прежде осадила Мямлю, вероятно, она тут лидер.
Две женщины подхватили меня под локти и подняли на ноги. Мямля, оказавшаяся чернокожей, открыла заднюю дверь фургона и вышла первой, главная выходила последней. Меня явно держат в центре.
Мы оказались во дворе роскошного особняка. Пара усталых, ко всему безучастных охранников скучала у ворот, за изгородью виднелись ветви деревьев, но особо засматриваться на красоты мне не дали и сразу повели в двухэтажный особняк.
На самом деле, меня даже не держали, после того как мы вышли из машины, дамочки просто обозначили своё присутствие рядом и чуть придерживали за локти. Весьма деликатное отношение к жертве похищения.
Изнутри дом оказался столь же шикарным, как и снаружи, на мой взгляд, даже с некоторым излишком.
— Бобби, Раз-два, ведите его в кабинет Синди, — командным голосом распорядилась Арчи.
Искомый кабинет нашелся на втором этаже, Мямля деликатно постучала костяшками пальцев, прежде чем войти.
— Арчи, как всё прошло? — Синди оказалась полноватой женщиной в годах, она смотрела на нас через затемнённые стёкла очков и курила сигару, сидя за широким столом, заваленным бумагами.
— По плану. Мы взяли его по дороге из школы, никто нас не видел, — отчиталась Арчи.
— Отлично, отлично, — Синди посмотрела на меня, — садись, Питер. А вы.. Арчи, зачем ты притащила сюда их всех? И снимите с него эти верёвки, господи, он же не террорист какой-нибудь, а всего лишь школьник.
Арчи кивнула головой в мою сторону, указывая Бобби выполнить распоряжение начальства, и отпустила Раз-Два и Мямлю.
Через несколько секунд, потребовавшихся Бобби, чтобы развязать узел, я, наконец, смог размять руки.
— Ты, наверное, гадаешь, зачем ты здесь? — Синди выпустила клуб дыма изо рта и посмотрела мне в глаза.
Я не спешил отвечать. Я был занят, разглядывая игру света и пыли через стёкла моих очков... совсем не похоже на графику. Делая вид, что протираю стёкла рукавом, я проверил наличие слепых пятен в глазу, как любил делать это в детстве — голова Синди послушно исчезла. чёрт, всё такое настоящее.
— Думаю, вы это мне расскажете.
— Посмотри сюда, знаешь, что это такое? — женщина передала мне довольно продвинутый планшет, на тёмном фоне был изображен чертёж какого-то устройства с огромным количеством деталей и пояснений в виде формул. Естественно, я не мог вот так сходу сказать, что это такое. Синди, очевидно, считает иначе.
— Я не... — я уже хотел было признаться в том, что ни черта не понимаю, как мне на глаза попалось моё собственное отражение на тёмном мониторе устройства, — это схема стабилизатора для контроля некогерентного излучения при экстре...
Я оборвал себя на полуслове, что это было? Я ещё раз всмотрелся в своё отражение. Ну да, это я. Питер Паркер. Что же меня так удивило?
— Вижу, ты вспомнил, — продолжила тем временем Синди, не обратив внимания на мою заминку, — доктор Стэнс, опубликовавшая эту статью полгода назад... она в коме, после того, как попыталась использовать излучатель на себе, но что-то пошло не так.Ты закончишь её работу.
— Статья доктора Стэнс была подвергнута жёсткой критике, а теория признана несостоятельной, — я не помню, чтобы читал эту статью, но всё равно сказал это, нисколько не сомневаясь в истинности своих слов.
— Не дури меня, мальчик. Стэнс работала на меня, и я видела письмо, написанное ей Питером Паркером. Арчи, напомни мне, как там было!
— Да, именно так. Благодаря твоему письму Стэнс почти смогла закончить проект, но она снова где-то ошиблась и облажалась во время эксперимента.Ты закончишь её работу, мальчик. Сделаешь это быстро и вернёшься к учёбе, тётя Мэй даже не успеет начать волноваться.
Я вздрогнул. Потому что понял, что не давало мне покоя — моё отражение было слишком молодо. В этом возрасте я ещё не получил силы Человека Паука, и это могло бы объяснить как наличие зуба, так и отсутствие имплантата. Но она проговорилась. Она сказала — тётя Мэй будет волноваться. Но ведь дядя Бен по легенде должен был быть жив. Ты проговорилась, сука. Но я всё равно не могу найти подтверждений нереальности происходящего, точнее, я практически полностью уверен, что не найду их.
В лаборатории за мной оставили приглядывать Бобби, однако надзор не был особой проблемой. В данный момент я и вовсе был один, девушка куда-то упорхнула, сказав, что вернётся через пять минут.
Поразительная безответственность. Они провоцируют меня на какие-то необдуманные действия? Не могла же эта Бобби и в самом деле так беспечно ко мне относиться? Я ведь чёртов супергерой, а ей нужно за мной следить!
Я снимаю очки, они будут мешать. Упираюсь руками в пол... мда, я хотел встать на руки, но теперь понимаю, что в этом теле даже десяток отжиманий будет подвигом.
Что ж, отжимания тоже подойдут.
Двенадцать раз. Я смог отжаться двенадцать раз. Я не просто выдохся, это предел, в руках нет силы, чтобы оторвать торс от пола. Я действительно снова подросток без сил паука. Чувствовать себя таким слабым, беспомощным... неприятно.
А эта доктор Стэнс неплохо тут устроилась. На глаза мне попался СЭМ.
Работать с СЭМ — все равно что разглядывать спутниковые снимки: вы в космосе, сверху вниз смотрите на сложный земной ландшафт, потом поворачиваете маленькое чёрное колесико, и поверхность приближается. Зум похож на падение. Как будто тебя сбросили с орбиты, и Земля стремится навстречу, только летишь ты быстрее, чем было бы в настоящем падении, быстрее предельной скорости, невероятно быстро, невероятно далеко, и ландшафт вырастает, и кажется, сейчас будет удар, но удара нет, потому что картина становится еще ближе и отчетливее, а до земли всё же не добраться — как в старой притче про лягушку, которая прыгнула на половину расстояния до бревна, потом еще на половину, еще и еще, так и не попав за бревно. Вот вам электронный микроскоп. Вечное падение в картину, а дна не достать.
Я дал увеличение 14 000, как Господень глаз сфокусировал. В поисках окончательной, неделимой истины: дна не увидишь, потому что его нет.
Под стеклом образец крови, я выбрал более адекватное увеличение для работы с кровью. Это её она пыталась облучать? Стол покрыт тонким слоем пыли, едва заметным, но всё же, прошло уже несколько дней, как за ним кто-то работал, а кровяные тельца всё ещё активны.*
Так, мне нужен компьютер этой барышни, я уже видел подобную кровь у одного человека. Не в точности, но всё же. Если это то, о чём я думаю... откуда это здесь?
Хм... в чём дело? Винда крашится при запуске. Компьютер сломан?
Ничто никогда не идёт как надо с первого раза!
Может, кто-то до меня пытался разобраться в записях Стэнс. Хм, перед тем как экран погас, я видел строку неразборчивых символов, возможно, ошибка шрифтов или реестра. Я, конечно, не особо силён в компьютерах, но, думаю, можно попробовать вернуть параметры реестра к рабочему состоянию, а там видно будет.
Попытка отката к последней рабочей конфигурации не дала результата, иначе было бы слишком просто.
— Не стряпня тёти Мэй, конечно, но есть можно, — раздался у меня за спиной голос Бобби, в её руках был поднос с фастфудом.
Подойдя ко мне, Бобби поставила поднос на стол, прямо на подпаленный лабораторный журнал Стэнс.
— О, пытаешься запустить компьютер дока? Дохлый номер, сразу говорю, он сдох на следующий день, как док впала в кому. Но жёсткий диск всё ещё там, я могу принести... эм... эту штуку, чтобы читать с жёстких дисков, тут где-то была одна такая.
Я воспользовался средством восстановления системы, но точек восстановления не обнаружилось. Какого чёрта? Эта Стэнс нравится мне всё меньше и меньше.
Не покидая среду восстановления, я открыл командную строку и запустил с её помощью блокнот. С помощью блокнота добрался до папки «configs» в системном диске. Затем отобразил все файлы в папке, найдя кусты реестра, отвечающие за систему и программы, добавил им в расширение рандомный набор букв. Затем скопировал в папку «configs» резервные копии этих файлов. Слава богам, этой Стэнс хватило ума не отключать планировщик з
Грудастая брюнетка светит дырками на подоконнике | порно и секс фото с порно и секс звездами
Секс с девушками с большой грудью (66 фото)
Французская леди голышом лежит в постели | Реальное (домашнее) порно и секс фото