Протокол «Молчание»

Фейлсейф (младший надзиратель):

Сегодняшний день был для Ники таким же, как и все остальные. Приходилось разбирать бумаги, в которых он не слишком много понимал, крайне неуклюже убираться, размышлять о допросах… Постойте-ка. Допрос. Он совсем забыл о допросе! Так-то он должен был состояться уже как двадцать минут назад!

Кое-как схватив бумаги в охапку, Ники сломя голову понёсся в допросную. Страшным было то, что, зная его, он действительно мог сломать её в переносном смысле. Листы высыпались из рук с бешеной скоростью и осыпались по всему коридору. А уже на подходе к комнате у Ники и вовсе развязались шнурки. Это сыграло с ним очень злую шутку: Ники, естественно, сразу же на них наступил. С громким чпоком кроссовок полетел в одну сторону — куда-то в коридор, а Ники с листами — в совершенно другую. Его физиономия чуть не выбила дверь в допросную, в которую он тут же вполз на четвереньках, пытаясь собрать окончательно рассыпавшиеся листы. — Х-ха… Простите, пожалуйста!! Простите! — продолжая ползать по полу, прямо как собака, он неряшливо подбирал листы и громко извинялся, — Дядя Шики, если Вы тут есть, я не хотел!

Курои Шики (002):

Какое совпадение, Шики в допросной еще не было. Только вот в отличие от Ники, он не забыл, а сознательно забил хер и решил никуда не идти. Но из-за того, что у Шики была капля совести, идти он все же решил. Идя по коридору, он заодно подбирал разбросанные документы. Быстро в них заглянув и просмотрев, кроме информации о себе там ничего интересного не было. Подойдя к допросной, он увидел надзирателя на четвереньках и немного удивился. — Ээээ, Надзиратель... — Потом он все же заметил пару бумаг на полу, поднял их и отдал Ники всю стопку, а заодно и его кроссовок. После зашел в допросную и сел на свой стул. Шики сделал страдальческий вид и жалобно начал следить за Ники. — Простите, надзиратель, я немного опоздал, надеюсь вы не сильно злитесь.

Фейлсейф (младший надзиратель):

Получив обратно свои несчастные бумажки, Ники просиял и наконец забрался на стульчик. Благо, обошлось без происшествий. — Нет-нет, Вы только не извиняйтесь, дядя Шики! Это я опоздал… Вообще-то по этим умным документам я должен был сам Вас сюда привести, но я забыл, а потом я бежал и всё рассыпал и!.. Извините меня, я такой глупый!! — Несмотря на все свои заявления, Ники улыбался добродушно и обнадеживающе. Все его эмоции, кажется, проходили с размахом, прямо как у мультяшного персонажа. — Так, тут сказано спросить Ваше имя, возраст и профессию… — Ники тут же начал записывать что-то на листочек с чрезмерно задумчивым видом, а потом сконфуженно замолк — и его глаза стали размером с британский пенни, — Ой, простите!! А как Шики пишется? Ш-и-к-к-и? Ш-и-к-и? Или С-х-и-к-и? Или это выдуманное имя? Как у супергероя…

Курои Шики (002):

Его искренне забавляло поведение Ники. А еще больше забавляло, что он был абсолютно искренен в своих словах и чувствах. Это было так... интересно! Не зря Шики ждал свой допрос так долго. — Меня завут Шики. Пишется как Ш-И-К-И! Мне семь лет!! И я ни работаю я учусь в шкоооолееее. Мне же семь! В семь лет люди не работают! — Шики делает глупое выражение лица. Он немного надувает щёки на манер обиженного ребёнка, хмурится и отводит взгляд. В принципе, раз надзиратель такой доверчивый, то почему бы и не поиздеваться немного. — Тебе же четыре! Пачиму ты работаешь! Брасай ето делооо, работа тебя плахому научит.

Фейлсейф (младший надзиратель):

"Шики" Ники выводил особенно старательно. А ведь, если так подумать, их имена безумно похожи! Правда, замечательное совпадение? Наверное, они подружатся! Но стоило надзирателю услышать ребяческие возгласы заключённого, как он уставился на него с искренним удивлением: — Что, правда?.. Таких больших детей я ещё не видел! Это... ну, прости, если что, за дискриминацию! Я не осуждаю!

Курои Шики (002):

— Нууу... Так ты тоже вон какой большой! Еще и мне что-то говоришь! А ты еще младше чем я! — Шики нахмурился еще сильнее, делая вид, что ну уж очень недоволен словами надзирателя. Как это так! — Надзиратель, не вежливо так говорить! Вдруг я мутант и это оскорбление моих чувств?! Такие слова нужно держать при себе! На первый раз я вас прощаю конечно же!

Фейлсейф (младший надзиратель):

На несколько секунд в голове Ники образовался вакуум. Насколько он знал, в своём канале Шики писал совсем не как ребёнок... Но что если, на самом деле, он в чём-то ошибался? Он-то не учёный и знать об исключениях из правил не мог. Но даже если так, то ничего не мешает следовать протоколу, верно?.. — Ой, ну... я это немножко другой случай! Но Вы простите меня, правда, я может не прав, Шики-чан, — юноша потупил взгляд в бумаги, — Даже если Вы маленький, Вы всё равно кого-то убили — так сказал дядя куратор. Поэтому Вам лучше рассказать обо всём. Да. Ну, пожалуйста! — Ники, что, и правда на что-то надеялся?..

Курои Шики (002):

— Я?! — Шики строит несчастную моську. Он обхватыет себя на манер объятий. — Н-но... Я же не... Я никого не убивал... К-клянусь! Правда! — После второй... всхлипывает и начинает реветь. Его чувства были задеты, как его могли обвинить в том, что он конечно же совершал! Раз Шики решил придерживаться образа семилетки, то пусть будет так до конца. — Надзиратель, вы же мне верите?! Рай-сан мог и соврать, он к нам очень плохо относится! Он н-нас... не люююбиииит! Теперь взял и наврал тебе еще!

Фейлсейф (младший надзиратель):

— Н-нет, я не… — Ники молча наблюдал за тем, как Шики строит из себя дурака и показательно рыдает. Конечно, он ему верил. Верил всем подряд, без разбору. Но внутри вдруг поднялось странное чувство. Всегда быть хорошим. Никому не мешать. Беспокоиться о всех вокруг. Словно всплывающий на поверхность мяч, оно безжалостно вырвалось наружу: — ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ УЖЕ! ЗАЕБАЛ ОРАТЬ! Я ТОЖЕ МОГУ! — вдруг закричал он с такой агрессией, что чуть не сорвал себе голос, и в ужасе закрыл рот руками. Он и правда это сделал?.. — Эм… Простите… Тётя Бьорк тоже сказала, что Вас нужно судить. Я не могу её подвести! Вы мне нравитесь и Вы хороший… Может это случайность! Но я должен убедиться. — Не то чтобы Ники стало стыдно. Он просто… совершенно не понимал, что это такое было? Надзиратель-то никогда даже и не думал, что может так… — Прекращайте плакать, иначе мне придётся позвать дядю Рая и тётю Бьорк.

Курои Шики (002):

Шики успокаивается моментально. Не то чтобы на него повлияли слова Ники, но гнуть дальше бесполезно. Тот закидывает ногу на ногу и кладёт свою голову на сложенные на столе руки. После какое-то время молча пялится на надзирателя. Через пару минут все же заговорил. — Ладно, давай проведём допрос. — Шики слегка наклоняет голову вбок и улыбается. Вообще, им двигал сильный интерес. Что будет, если довести надзирателя или что будет, если солгать. На первый ранее заданный вопрос он все же решил сказать правду, а то один раз в документах уже налажали. — Меня зовут Ваджиру Шики, где Ваджиру это фамилия. Если нужно продиктовать по буквам то В-А-Д-Ж-И-Р-У. Мне 26 лет. Работаю, фактически, и дизайнером и закройщиком, и швеёй одновременно.

Фейлсейф (младший надзиратель):

Стараясь не задумываться о том, что на него нашло, Ники принялся старательно выписывать чужое имя. Он был ужасно рад, что Шики всё-таки захотел нормально с ним поговорить. Неважно даже какой ценой... — А Вам... денег не хватает или это такое творчество, дядя Шики?

Курои Шики (002):

— Я люблю это дело, просто оно еще и деньги хорошие приносит. Считай что два в одном. — Шики откидывается на спинку стула, фактически развалившись на нём. Он пожимает плечами и смотрит на Ники так, будто тот спросил какую-то глупость.

Фейлсейф (младший надзиратель):

— Значит, в карьере всё нормально у вас? С начальником, с коллегами, дядя Шики? Или это что-то вроде… частного бизнеса?

Курои Шики (002):

— Я работаю сам на себя, так что, к счастью, у меня нет ни коллег, ни начальника. Есть только заказчики, но это в основном одни и те же люди, так что с ними у меня хорошие рабочие отношения.

Фейлсейф (младший надзиратель):

— Тогда дело в личной жизни? У Вас были очень ревнивая девушка… или парень?

Курои Шики (002):

Шики аж поперхнулся. Вот тут он не сдержал своего удивления, а после громко рассмеялся. Смеялся он настолько сильно, что глаза наполнились слезами. Когда Шики немного успокоился, он все же смог ответить. — Уж что-что, но этого точно нет. У меня то и партнёра не было никогда.

Фейлсейф (младший надзиратель):

— Ну, если не было того, кому Вы нравились, значит, были те, кому Вы не нравились? — Ники в недоумении немного наклонил голову в сторону.

Курои Шики (002):

— Мммм, таких нет. Хотя может и есть. Но мне в лицо, пока имерие, никто не говорил, что я кому-то там не нравлюсь.

Фейлсейф (младший надзиратель):

— Вы же занимаетесь чем-то, помимо работы? Какие-нибудь клубы там?.. Дружеские объединения? Учёба?

Курои Шики (002):

— Ммммм... Я в секте состоял около девяти лет! Но потом там всех поубивали и секта сгорела, но тут честно не я, мне так полицейские сказали, когда на допрос меня привели. У меня даже алиби есть! У меня Мяу Мяу болела и я весь день провел в ветеринарке! — Шики немного нахмурился. Эта тема ему явно не особо нравилась. Однако, скрывать ее смысла вообще не было.

Фейлсейф (младший надзиратель):

— Вы... что?! Зачем Вы там были, дядя Шики? — Ники действительно сильно удивился и захлопал глазами.

Курои Шики (002):

Шики ещё более удивился. Он смотрел на надзирателя так, будто тот сморозил какую-то непонятную чушь. — Ну, у меня родители сектанты, старший брат сектант, а я не должен им быть? Да и у нас хорошая секта была! Правда! О, надзиратель, а не хотите к нам? Если интересно, то я могу все-все рассказать! — Глаза Шики загорелись.

Фейлсейф (младший надзиратель):

— Это... — Ники на секунду замолк, переваривая всю сказанную информацию, а после широко заулыбался, — Очень круто, наверное! Хочу, дядя Шики. Расскажете, что там у вас было?

Курои Шики (002):

— Конечно! Но после допроса. А сейчас следующий вопрос. — После этого Шики в моменте очень задумывается. В его голове идет серьёзный мыслительный процесс. Он смотрит в стол, хмурится, хмыкает и снова возвращает внимание на Ники. — Я передумал. Я не хочу быть главой секты, поэтому ничего я тебе не расскажу, обойдёшься. И в принципе я не хочу с тобой разговаривать.

Фейлсейф (младший надзиратель):

Ники уже было обрадовался, что получит какую-то информацию хотя бы после допроса, как вдруг все надежды разрушились у него же на глазах. Сил злиться больше не было, поэтому он просто достал телефон и написал слезливое сообщение надзирательнице...

Суннева Бьорк (старший надзиратель):

Не прошло и пяти минут, как старшая надзирательница уже стояла позади заключенного, вдруг положив руки тому на плечи. – Ай-яй, двойка! В твои обязанности вроде не входит доводить милых мальчиков до слез, – Бьорк вздыхает, все еще стоя позади. – Чем информативнее, тем быстрее всё станет лучше, смекаешь?

Курои Шики (002):

Шики и ухом не повёл, когда его коснулись. Он лишь снизу вверх глянул на нее, а после заулыбался. — Простите, госпожа надзиратель, но пожалуй нет. Тем более, господин надзиратель задает совсем неинформативные вопросы, которые совсем никак не касаются моего убийства, значит, мне нет смысла на них отвечать. — Он лишь потянулся. Было видно, что в принципе хер что Шики скажет.

Суннева Бьорк (старший надзиратель):

– Нравится не нравится – терпи, моя красавица. – Суннева пожимает плечами. – Это как, – она потерла переносицу. – М-м, подписывать договор, где есть мелкий текст, только в вашем случае, вы отняли чужую жизнь и подписались на расспросы обо всем на свете. Людям же интересно. Это вообще самая ваша малая плата за совершенные деяния. — Девушка хлопает Шики по плечу и без злобы, хоть и с иронией, ухмыляется, зыркнув на Ники. Она была уверена: ее коллега не совсем уж и дурак. В его оправдание – задача у них правда размытая. – Второй, тебя же тоже кто-то где-то да ждет. Разве нет?

Фейлсейф (младший надзиратель):

Ники выглядывал из-за фигуры Бьорк, пытаясь разобраться в происходящем, и стыдливо молчал. Шики, конечно, сложный человек, но если бы он был хотя бы чуточку умнее…

Курои Шики (002):

— Не знаю. Сомневаюсь, что Ринча уже реально меня ждёт. Своей пропажей я по факту бросил его и было бы логично, если бы он злился на меня. Где-то за день я на эмоциях упомянул, что хочу умереть, поэтому, не найдя меня сразу, скорее всего он бросил поиски. — Не совсем правда, как и не совсем ложь. Шики и правда думал, что Рин на него злится и правда думал, что при встрече Рин пошлёт его нахуй. Однако, прекрасно знал, что тот перевернет океан и космос, но найдет его, даже если ради того, чтобы набить ебальник. Лицо Шики выражало реально истиннее расстройство. Ему было немного стыдно за то, что он пропал, но только немного, потому что это зависело не от него.

Суннева Бьорк (старший надзиратель):

– Учитывай, что твои решения, в том числе и этот допрос, может отразиться и на близких людей в будущем, – Бьорк прячет руки в карманы. – По-хорошему, ты должен отвечать на поставленные вопросы. Я же не думаю, что ты окончательный эгоист, второй?

Курои Шики (002):

Лицо Шики совершенно не изменилось, однако взгляд стал более серьёзным. — Я отвечу только на то, что связано с моим убийством. Остальная информация обо мне не несёт совершенно никакого смысла. Потому что в моем убийстве не было мотива. — Слава Богу, первая, хоть и мельчайшая, информация, которую выдал заключённый.

Суннева Бьорк (старший надзиратель):

– Смотри сам, это ты выбираешь им и себе будущее, второй. За их здоровье и благополучие не ручаюсь. — Надзирательница пожимает плечами. Ну, зато хоть что-то из него получилось выбить. – О как. А причинно-следственная связь перестала существовать, что-ли? Если ты хочешь говорить об убийстве, так говори.

Курои Шики (002):

— Я сам плохо помню что в тот вечер было, тут я даже не вру и не шучу. С этим человеком я был не знаком и никак не связан... — Вот тут Шики даже не солгал. Его искренне пугало то, что Ринча может пострадать. В какой-то момент Второй вообще ушел в себя, погрузившись в самый натуральный страх и перестав как либо реагировать. А в следующий момент со всей дури бьется боковой частью шеи об острый край железного стола, специально еще проехавшись так, чтобы остался порез. Кровь из части яремной вены ливанула сразу же, поток густой и непрерывный, рана хоть и не очень большая, но из-за рассечения довольно глубокая. Сам Шики запрокинул голову назад. Все же, решение выбрать смерть, чем из-за него кто-то пострадает казалось ему весьма логичным.

Суннева Бьорк (старший надзиратель):

Бьорк среагировала довольно быстро и резко подорвалась. Она не помнила, чтоб сталкивалась с подобным, но почему-то тело уже что-то да знало о том, как поступить. Бьорк нависает над ним, вжимая ладонь в плечо и придавливая к спинке. Вторая рука мгновенно ложится на шею, пальцы находят рану и надзирательница сжимает ладонь плотнее. – Тц. Голову вбок надо. Давай. — Ждать та не стала. Поддерживая затылок, она пытается плавно повернуть его голову. Девушка наклоняется, заглядывая ему в лицо. Девушка чуть ослабляет давление на плечо, проверяя, не дёрнется ли он снова, и все таки обратно вжимает. И только теперь, не отнимая руки от его шеи, она поворачивает голову к коллеге: – А ты столбом что стоишь, я не пойму? Тащи аптечку или зови кого-то! – голос её становится резким, как удар хлыста. — Суннева хмурится, закатив затем глаза. На Шики не хотелось даже лишний раз смотреть. – Не думай, что твои или чужие страдания окончатся смертью. Нет уж. Это самое меньшее из всех наказаний. — Надзирательница тяжело вздыхает и будто машет рукой на всё то, что только что сказала. Есть ли смысл разговаривать с тем, кто и сознание может терять? Сюсюкаться пусть с ним будут другие, Бьорк не испытывала ни к кому из убийц тёплых чувств. – Только через мой труп кто-то на допросе умрет, уж прости, второй.

Фейлсейф (младший надзиратель):

Чем больше безумия происходило в допросной — тем сильнее отключался Ники, будучи не в силах сделать хоть что-нибудь. Однако слова надзирательницы заставили его встрепенуться, вскочить и трясущимся голосом выдать: — А-а… Е-есть, тётя Бьорк! — На удивление, уже через пару минут в допросной оказалась аптечка. Ники выглядел ужасно запыхавшимся и, кажется, успел десяток раз её уронить, но, тем не менее, принёс. — Э-это эм… — просто давать аптечку в руки Бьорк казалось Ники ужасно глупым, так что он открыл её и сам принялся копаться в поисках бинта, который сразу после обнаружения был отдан старшей надзирательнице, — Д-держите, прижмите рану или что-то такое!.. Э-эм…

Курои Шики (002):

Сразу пережать Шики рану было просто замечательным решением, так как тот не успел вдохнуть и впустить туда воздух. Так что это минус огромная и неисправимая проблема. Когда Бьорк его прижала, тот дёргаться даже не пытался. А еще Шики очень хорошо держался в сознании и.. ему явно было страшно. Только в такой ситуации непонятно от чего. Но сам Шики на грани еле думающего мозга решил, что это страх смерти. Он все еще знает, что поступил правильно, но.. умирать было страшно. И чертовски больно. Постепенно поток крови стал намного меньше, даже можно сказать, остановился. Из-за небольшого размера раны остановить кровь оказалось довольно просто. Теперь хотя бы был большой шанс, что Шики не сдохнет прямо в допросной комнате. Слова Бьорк и Ники он слышит через раз, а мир перед глазами плывёт, хоть он явно в сознании и в обморок падать не собирается. Он не чувствовал перевязывают его или нет, взгляд был прикован только к предмету на столе. На столе стояла коробка. Рюсэй ему вроде говорил про воспоминания и что допрос закончится только после того как ее коснуться. Поэтому, собрав остаток своих сил он дёрнулся, потянулся к ней, докоснулся и после этого мир будто оборвался. На фоне был слышен лишь звон колокола.

– Второй заключенный, Курои Шики, поведай нам о своих грехах!