Прощай, милитаризм

Несколько дней назад моего друга Сережу похитили полицейские. Целая команда активистов, не смыкая глаз, искала его больше суток. Через несколько дней Сережа нашелся… в триста тридцать втором радиотехническом полку войсковой части № 21 514. 

Этот текст — о том, почему призывная армия должна кануть в лету вместе с милитаризмом, растворенным во всей нашей жизни. 

«Пожалуйста, помоги мне, если можешь...» — такое голосовое сообщение Сергей Запольнов отправил знакомому правозащитнику прямо перед тем, как исчез. До этого он писал мне, что в его дверь уже десять минут бьются полицейские, а его мама звонила ему с работы и говорила, что эти самые полицейские отследили его по камерам и точно знают, что он дома. И, если он не откроет дверь, они поедут к ней на работу за ключами от квартиры, так что ему все-таки придется им подчиниться. После этого Сергей перестал отвечать на сообщения и звонки. 

В этих строчках выше — несколько кошмарных дней из жизни небольшого круга людей: призывника и его друзей. В этих строчках — причина, почему я пишу этот текст, и она довольно проста. Сергей не был первым. 

Почти год назад подобным образом похитили сотрудника штаба Навального Руслана Шаведдинова: силовики отключили ему интернет, вломились в квартиру, похитили самого Руслана и технику из его жилища, а затем отправили на Новую Землю, лишив возможности связи с родственниками и близкими. Только сегодня он вернулся домой.

Под новостями про оба этих случая я видела одинаковые комментарии: «И правильно, мужик должен служить!», «Все служат, а он что, какой-то особенный?», «Нечего было от армии бегать, ваша политика здесь ни при чем!»

Согласиться здесь я не могу. Два этих случая – ни что иное, как репрессии, направленные против увлекавшихся политикой молодых людей. Сергей был бывшим кандидатом в муниципальные депутаты от «Яблока», Руслан — перспективным сотрудником штаба известного политика. А самый простой способ избавиться от политического противника — это не состряпать сфальсифицированное уголовное дело, а под шум призыва отправить его на целый год куда-нибудь подальше. Ведь если против сфальсифицированных дел общество восстает еще достаточно громко, то насильственный призыв в армию волнует гораздо меньшее количество людей. 

Политическая пропаганда правящей партии проникает гораздо глубже, чем кажется, и в поведении даже самых «проснувшихся» людей можно обнаружить её отголоски. Подавляющее большинство находит призывную армию чем-то обыденным, а потому — нормальным, возможно, даже необходимым, но это и неудивительно. В среде, пропитанной милитаристской темой, сложно вырасти пацифистом. 

Каждый год финансирование военной промышленности и армии увеличивается, каждый год мы слышим на прямых линиях и конференциях с главой государства слова, смысл которых один и тот же: наша военная мощь не сравнима ни с чем, но нам надо стать еще сильнее, чтобы не допустить агрессии вражеских государств. Некоторые молодые люди идут на службу добровольно, искренне веря в то, что исполняют свой долг перед родиной: долг, который они у нее не брали, но мысль о котором вбивалась им в головы с детского сада. Она нитью тянулась через все их взросление: фотосессии в форме солдат Второй мировой на альбом в честь Дня Победы, разучивание военных песен в хоре, обучение разборке и чистке оружия на ОБЖ, и, конечно же, давящее со всех сторон напоминание о мужественности, силе, которую они обязаны проявить, служа родине, как делали их предки. Это напоминание бьет в глаза с фасадов и билбордов, вливается в уши через российский кинематограф.

Курс на милитаризм был взят давно, мы живем с ним не одно поколение, но этот факт ни разу не гарант его верности. Мы наращиваем военную мощь, чтобы защитить интересы государства, но государство, оказывается, не может обеспечить безопасность своих защитников даже внутри собственной системы. 

В 1987 году рядовой внутренних войск СССР расстрелял перевозивший заключенных караул. Причиной стало постоянное издевательство над ним сослуживцев. Рядового звали Артурас Сакалаускас. Молодой человек после долгих месяцев суда был признан психически больным и отправлен на лечение; его родители из-за пережитого стали инвалидами. 

В 2003 году Сергей Ханов открыл огонь по своим сослуживцам, а затем застрелился сам. 

Первого июля 2009 года в военном госпитале под Хабаровском скончался призывник Григорий Журавлев. Причиной смерти стало жестокое избиение молодого солдата его командиром. 

Мы все знаем о таких случаях: жертвы дедовщины, жертвы жертв дедовщины.

Кто-то скажет, что из-за пары случаев нельзя рушить всю систему, а я скажу, что и одного случая достаточно, чтобы усомниться в ее необходимости. 

Я не хочу, чтобы мои друзья уходили из жизни, только чтобы прекратить свои страдания во время службы. Я не хочу, чтобы моих племянников, как и меня, в школе учили чистить автомат Калашникова. Мы личности, а не подставка для приклада. Я не хочу, чтобы моя страна растила солдат. Я хочу, чтобы она растила людей.