Прорыв блокады: "Шлиссельбург наш!"

Сегодня, 80 лет назад - прорыв блокады Ленинграда!

Эту новость ленинградцы услышали только поздно ночью 18 января 1943, хотя войска Ленинградского и Волховского фронтов встретились у Рабочих Посёлков #1 и #5 ещё до полудня. Сейчас там находятся памятные обелиски, хотя ленинградцам тогда эти названия были почти неизвестны, и газеты пестрели заголовками "Шлиссельбург наш!" Именно известие об взятии этого маленького городка, единственного среди деревень и посёлков во всём освобождённом коридоре, и стало победным кличем о прорыве блокады. "Железное кольцо" было разорвано там же, где оно сомкнулось в сентябре 1941-го.

Из воспоминаний Николая Хасьяновича Васипова, бойца 34-й отдельной лыжной бригады. Это подразделение было сформировано в Ленинграде, в основном из числа 17-18-летних мальчишек, выживших в первую блокадную зиму. Формирование и сколачивание бригады проходило в конце 1942 года в Сертолово, а в январе 1943-го необстрелянным мальчишкам предстояло атаковать получивший приказ стоять насмерть немецкий гарнизон Шлиссельбурга.

"Лыжники вклинивались в оборону противника, оказывались в огненном мешке, то есть впереди враг и чем глубже, и [тем более] фланги оказывались передовыми позициями. И получается, надо вести круговую наступательную операцию. Ко всему этому дальнобойные снаряды с Синявинских, Келколовских высот и чёрт знает откуда. Мальчишкам всё это надо было выдержать.

17 января 1943 года началась подготовка к штурму Шлиссельбурга, туманный рассвет нарушили залпы орудий, миномётчики нашего батальона также открыли огонь по огневым точкам врага. В рощах, где изготовились лыжники к броску в атаку, забушевал огненный смерч врага. Земля содрогалась от разрывов снарядов. Начальник штаба Михаил Бик подал сигнал и лыжники поднялись в полный рост, следуя примеру начальника штаба. Под общий крик "Ура!" атакующие упорно теснили врага, углубляясь во вражескую оборону. Фашисты продолжали цепляться за каждый блиндаж, за каждое здание.

Лыжникам удалось продвинуться, освободив большую территорию, но фашисты сумели губительным огнём пулемётов прижать к земле наших ребят почти на ровной поверхности земли. Враг расстреливал ребят, нащупывая то одного, то другого, и деваться некуда. Тогда отделение Кальчужного с пулемётчиком Комаровым сумели пойти в обход, перебежав по-одному в небольшую ложбину. Прошли минуты, которые были часами, и пулемёт фашиста захлебнулся. Комаров и Кальчужный, вызывая огонь на себя, обеспечили продолжение наступления роты. В боях за Шлиссельбург сержант Кальчужный погиб смертью храбрых, а Комаров в освобождённом Шлиссельбурге ликовал, приглашая товарищей отведать трофейного мёда. После войны он на встречи однополчан не приезжал.

Бесстрашно вели себя офицеры батальона, ведь им надо было с мальчишками освобождать Исторический Шлиссельбург - первый город под блокированным Ленинградом. В самые напряжённые часы боевых действий не один раз начальник штаба батальона Михаил Бик выручал подразделение: тяжёлая обстановка везде, но Бик всегда был там, где положение катастрофическое, успевал побывать в каждой роте. А как важно, когда начальник штаба вдохновлял, за ним нельзя было не идти. На шее у него автомат и полушубок, изрешечённый осколками.

В то время в фронтовых газетах писали о нём: "Каждая вражеская дерево-земляная точка, у которой побывал Бик, прекращала своё существование". Отважного офицера стали называть "гроза вражеских дзотов", его за храбрость пули врага не достигают".

Сколько знал Бика, не видел его серьёзным: его лицо не покидала озорная улыбка. Семенящая быстро, как вихрь походка. Сколько в нём жизни! Но около него иногда было очень страшно за жизнь. Михаил Алексеевич Бик себя не берёг.

Рано утром 18 января лыжные подразделения сломили сопротивление противника, овладели железнодорожной насыпью, идущей на рабочие посёлки, оставалось выйти к Староладожскому каналу. Все охвачены неудержимым порывом. Неожиданно из уцелевшего дзота ударил пулемёт противника. Неудержимый лейтенант Бик и здесь, не задумываясь, пополз к вражеской огневой точке, только сказав: "Прикройте!". В амбразуру полетели гранаты. Грянуло "Ура!" и третий отдельный лыжный батальон капитана Лунин, заместителя по политчасти Пинахина, вышел к каналу. Первый и второй батальоны, развивая успех, замкнули кольцо окружения врага в Шлиссельбурге.

В феврале 1943 года, под Красным Бором, лейтенант Михаил Алексеевич Бик пал смертью храбрых. Узнав об этом, многим из нас почему-то не верилось, что мог погибнуть везучий отважный Бик. Мы уже как-то привыкли к тому, что Бику действительно сопутстствовало боевое счастье. [В представлении М. Бика к званию Героя Советского Союза упоминается, что он лично уничтожил гарнизон немецкого бункера с расчётом из 12 человек, а также 7 других ДЗОТов на окраине Шлиссельбурга. Решением Совета Фронта был награждён орденом Красного Знамени - А.Ш.]

При взятии Шлиссельбурга погиб Александр Моисеевич Беленкис, кандидат исторических наук, начальник политотдела 34-й Отдельной лыжной бригады. Он был душой бригады. Беленкис заслуживал большого сердечного уважения. Обаятельный своей внешностью, он во время учений находился в гуще солдат, находил время узнать в беседе душу солдата, расспрашивал о семье и оказывал многим посильную помощь в тяжёлое время. Казалось, Беленкис в шинели оказался просто случайно. Он с самыми гуманными взглядами, всесторонне развитый, трудно даже описать человечность этого скромного, простого человека, уважающего достоинство любого - столько хорошего земного вобрал в себя Беленкис. В действительности Беленкис был кадровый командир. Я, как солдат, горжусь тем, что знал, встречался, разговаривал с ним. Но война не разбирала, человечен ты или нет. Считаю, что таких природа даёт нечасто. Много сделал бы он положительного, хорошего для нашего общества. Такой Беленкис не мог прожить свою жизнь, не отдав себя всецело, до капли.

При взятии Шлиссельбурга он не мог сидеть в блиндаже в три наката. Он и здесь в бою в тяжелейшее время 3-го батальона был в гуще солдат, где и был смертельно ранен в живот. Как переживал весь личный состав бригады во время проводимой хирургической операции, каждый солдат был с ним на операционном столе. Но жизнь нашего всеми любимого начальника политотдела бригады оборвалась и мы, солдаты, знали, что такого человека, понимающего каждого солдата, у нас больше не будет. У него не было плохих солдат. [А.М. Беленкис был посмертно награждён орденом Красного Знамени - А.Ш.]

При формировании 34-й Отдельной лыжной бригады командный состав подбирали из лучших, душевных командиров, которые так были нужны в том время ленинградским мальчишкам, испытавшим не по плечам невзгоды войны. Как мало пришлось им прожить, а сколько пережили окопные солдаты войны - не дай бог никогда никому этих испытаний.

Лыжники 34-й отдельной лыжной бригады освободили Шлиссельбург от фашистов. Куда девалась усталость, потребность в еде - всё это забыто, всех захлестнуло общее ликование. На улицах Шлиссельбурга солдаты целовали друг друга: думалось, эти люди очень близкие и очень давно не виделись. Клочья маскхалатов у многих держались на плечах, а многие были уже без них. Ни одного не было бойца, чтобы одежда его не была в крови павших и в своей. Потом выяснилось, что многие не покидали поле боя, имея лёгкие ранения. Каждый понимал, что оставить товарищей в беде немыслимо в критической обстановке.

В боях за Шлиссельбург мы потеряли более двух третей численности, а оставшиеся в живых все имели ранения. Утром 19 января 1943 года, собрав всех погибших на поле боя, похоронили на южной окраине Шлиссельбурга со всем воинскими почестями в братской могиле. После захоронения построили оставшихся лыжников, зачитали приказ командования фронта, где сказано о мужестве, проявленном личным составом при взятии Шлиссельбурга. На митинге присутствовал член Военного Совета фронта генерал Штыков, который сообщил, что Военный Совет подал ходатайство на предмет присвоения 34-й Отдельной лыжной бригаде звания Гвардейская. [После тяжёлых боёв на Синявинских высотах и под Красным Бором бригада понесла тяжёлые потери и была расформирована в марте 1943 года - А.Ш.]

Нам объявили трёхдневный отдых. Отдыхать батальону не пришлось. Вечером пополнили свежими силами, а утром снова в бой на Синявинские болота (о трагических событиях на которых ещё не сказано). На Синявинских болотах 2 февраля 1943 года я был тяжело ранен.

В феврале бригада прибыла в село Рыбацкое (сегодня это станция метро), а в марте бригада участвовала в боях под Красным Бором. Лыжная бригада недолго жила. Она, как яркий факел, вспыхнула и вроде ушла в маскхалатах в снежную целину. Но мальчишки-участники освобождения Исторического Шлиссельбурга считают самым большим событием своей жизни службу в 34-й Отдельной лыжной бригаде, которая осталась гордостью в сердце солдата до последнего часа... Сколько переживаний, воспоминаний о пережитом. Не было покоя солдатскому сердцу. Обращался к погибшим ребятам с просьбой: "Простите, ребята, что я остался живой".