Пролог финала

Люди приходили, что-то тихо говорили, клали цветы и уходили. Слышались сдавленные всхлипы, горькие вздохи и унылые пересуды. Вокруг витал тяжелый запах ладана и воска, за окнами каркали вороны, а колокол монотонным звоном оповещал округу о ее похоронах.

Лицо Малики было скрыто длинной вуалью, а темная одежда полностью скрывала тело. Она тихо сидела в углу похоронного зала, потягивала чай и наблюдала. Многие косились в сторону странной гостьи, но никто не рисковал подходить к ней. И правильно, иначе их ждало бы настоящее потрясение. Возможно, не такое сильное, когда убивали ее саму, но где-то близкое к этому. Тело все еще болело, бинты стягивали грудь, а раны неприятно пощипывало от соприкосновения с тканью. На самом деле, Малике было даже двигаться больно, но приходилось прилагать усилия, чтобы не выдать себя.

Однажды она прочитала где-то, что друзей надо держать близко, а врагов еще ближе. Последних оказалось намного больше, чем ожидалось, и держала она их слишком близко. Но зато теперь все встанет на свои места. Лживая скорбь слезет с этих лиц, как дешевая краска, жадные руки зачешутся, и дражайшие родственники начнут делить ее наследство. Интересно, они будут также убивать своих новых противников в погоне за большими деньгами?

Кто-то мягко тронул ее за плечо, и она слегка повернула голову. Рядом сел старый друг, поставил перед ней тарелку с любимыми кексами и налил свежий чай. Малика скосила взгляд, всматриваясь в такое знакомое лицо, но смогла лишь благодарно кивнуть. Выдавать себя она не собиралась, как и втягивать кого-то в последующие события.

- Я не буду спрашивать, что ты задумала, - тихо проговорил друг, слегка склонившись к ней, будто невзначай потянувшись за салфеткой. - Я просто рад, что ты жива.

Малика скупо улыбнулась и утащила небольшой кусочек кекса под вуаль. Мягкая сладость обволакивала язык, даря какое-то тепло. Хотелось уйти отсюда, вернуться домой, отпустить все, забыть и жить дальше, но она не могла. Если оставить все как есть, то будущего уже не будет. Его уже сейчас нет, ведь ее хоронят.

- Может, я могу чем-нибудь помочь? - все так же тихо спросил друг.

Она некоторое время молча жевала кекс, раздумывая над предложением. Не хотелось втягивать в этот омут действительно родного человека, но в одиночку был риск сломаться окончательно. Как бы Малика не храбрилась, надломленный стержень внутри довольно сильно подточили голодные до издевательств родственники. Ей нужна была опора, даже если она тоже сломается. Слишком эгоистично, но жизнь никого не щадит, как и Малика своих новоиспеченных врагов.

- Да, - хриплым шепотом ответила она, повернувшись к другу.

И с этого все началось.