Проклятье картины

16 мая 2026 г

Фэндом: Сюжетные сезоны Лололошки

Пэйринг и персонажи: Джодах Ави/Лололошка

Кавински, Райя Абер

Размер: 16 страниц, 7 517 слов

Метки: AU, Ксенофилия, Мистика, Нежный секс, ООС, Открытый финал, Петтинг, Реставраторы, Сновидения, Хороший плохой финал, Элементы ужасов

Описание: Лололошка уже давно реставрирует картины. Он зарабатывает на этом деньги, проживая в хорошем домике в лесу, полностью отдаваясь своему делу. Спокойная жизнь без лишней суеты, пока друг, активно участвовавший в торгах, не предлагает выкупить с большой скидкой странную картину, с достаточно не добрыми слухами вокруг себя, что повлечет необычные, мистические события, с интересным концом.

Не забывайте лайкать и оставлять отзывы на фикбук по возможности

В небольшой мастерской пахнет маслом и лаком. Все окна в помещении зашторены плотной тканью, чтобы ни один лучик света не попал внутрь. Только искусственный свет ярких ламп освещал это место, которое по ощущениям было сравнимо со складом или свалкой — слишком уж много здесь было вещей. Но на удивление пыли почти и не было, хотя, если посмотреть на полках и утаенных уголках, то все же можно найти слой из грязи и пыли.

Где-то в стопке бумаг зазвенел телефон, отвлекая мастера от работы. Сняв грязные перчатки, тот взял в руки мобильник, отвечая на внезапный звонок.

      — Хе-ей, Ло, как твое «нормально»? - голос в трубке был громким, но приятным.

      — Хорошо, а твое как, Кавински? Удивлен, что ты мне звонишь посреди дня.

      — Тоже все хорошо, но… Кхм, у меня есть к тебе предложение… - голос в трубке звучал так, словно говорящий неловко улыбнулся, скрывая что-то нехорошее в своей доброжелательности.

      — Краденым заниматься не буду, - отрезал Ло.

      — Не-не, в этот раз я не за этим. Короче, недавно мой знакомый был на аукционе и выкупил одну старую картину, но сейчас побыстрее хочет от неё избавиться. Как услышал, так решил позвонить тебе: всё же, хоть она и повреждена, цену имеет, да и тот чел со скидкой её продаёт.

      — А если она такая ценная, чего он от неё избавляется? - с подозрением спрашивает Лололошка.

      — Да сам не знаю. Говорит, мол, она проклятая, и все мастера реставрировать её отказываются.

      — А мне, значит, ты предложить её и не против, да?

      — Блин, Ло, так это же бредни всё, как и все эти истории про проклятия! Знакомый этот просто с жиру бесится. А ты как отреставрируешь картину, можешь её просто втридорога продать на аукционе. Легкие деньги. Я даже организовать это готов! Да и если понравится, можешь себе оставить. Я тебе скидочку выбью побольше.

      — Ну… Ладно, заманчиво. Говори его номер.

Уже на следующий день дверь в мастерскую открывается с ноги. Лололошка вносит плотно укутанную тканью картину высотой с половину его тела и ужасно тяжелую. Как только Ло занес её внутрь, он с трудом уложил картину на стол, громко вздыхая и усаживаясь в кресло, чуть поцарапанное и измазанное в краске, но все еще удобное.

Да уж, Ло надеется, что не повредил её, пока нес. Да и открыть хотелось бы поскорее. Кавински он доверяет, конечно, но все же покупка этого экземпляра была полностью в закрытом виде, и даже взглянуть на неё не дали, торопя. Зато скидка действительно была большой, в особенности после того, как Ло сверил, насколько дорого её приобрели на аукционе.

Лололошка весь следующий вечер провел за поиском разной информации о своей покупке. Картина старая. Примерно 300-350 лет с момента её написания. У художника было всего несколько работ, что сыскали большую популярность после его смерти, но в какой-то момент он просто пропал. Точно уже никто не может сказать, да и вел затворнический образ жизни, в особенности под её конец. Даже поговаривают, что перед смертью он сошел с ума, твердил про демонов и глаза. Эту же картину обнаружили в катакомбах одного из старинных поместий, которое пару месяцев назад загорелось при странных обстоятельствах. По официальной версии возгорание произошло из-за молнии. Картина была из тех немногих вещей, что уцелели. Необычная история под стать такой же необычной картине.

Были и рецензии от людей, что картина постоянно словно сбежать пыталась. Мешала своим хозяевам паранормальщиной: то шум в доме, то насекомые появлялись, что кусали обитателей зданий, где она находилась, то что-то ломалось, терялось или просто оказывалось не на своих местах. В принципе, классика для проклятых вещей, не считая насекомых.

Лололошка, сидя в своей мастерской, почти не спал всю ночь. Ему все еще нужно было закончить старые заказы, ведь дедлайны никто не отменял, а кушать на что-то надо. В особенности, после столь дорогой, несмотря на скидку, покупки. Он только успел бегло осмотреть картину, убедившись в её подлинности, и на время убрал подальше.

Только через неделю Лололошка смог приступить к работе над новым произведением.

Пока картина была в его мастерской, происходили странности: то картины падали, то полка обвалится, то вещи оказывались не на своих местах. Но Лололошка не сильно обращал на них внимание. Он скидывал все это на невнимательность. За годы работы в одиночку и не такого повидал, так что переживать из-за всего у него не хватило бы нервов. Да и опыт жизни в частном доме не давал страху обуздать себя. Только смущало то, что картина всё время бросалась на глаза, словно желала обратить на себя внимание. Она всё время находилась там, где Ло мог её увидеть. А может, ему просто это кажется.

Проснулся он рано, сразу спускаясь на первый этаж. Он жил в уютном частном домике в дачном районе рядом с небольшим лесом. Уютно. Сам его дом был достаточно стареньким и достался от бабушки с дедушкой, что вырастили его и привили любовь к старым вещам. Правда, раньше он все же желал путешествовать, ходил на спортивные секции и учился владению оружием, не особо понимая смысла в подобном, но сейчас, после их смерти, успокоился, сбавил темп и просто тихо работает в свое удовольствие, изредко выезжая повеселиться с друзьями в оживленный город, спустя года больше похожий на муравейник.

Заварив кофе, Лололошка быстро ушел в часть дома, отведенную под мастерскую. Раньше там был большой зал, совмещенный с обеденной зоной, но столько места для него одного было просто не нужно, и он переделал ее под рабочую зону. В помещении вновь был беспорядок. Пару железных банок с лаком перевернулись, но, благо, не разбились. Дорогое удовольствие. Интересно, как он так не услышал, что те упали?

Убрав кружку подальше, Ло достал картину, уместив её на рабочей зоне, любуясь изящностью мастерства. Все же, картина была хороша. Мягкие и яркие цвета, что виднелись даже через слой пожелтевшего лака. Явно считывалось хорошее владение кистью мастера, правда, она чуть отличалась от его предыдущих картин, хоть подчерк и подпись присутствовали. С ними он ознакомился через интернет, пока искал информацию о картине. Многие списывают такую смену в картинах на сумасшествие, правда других работ он больше и не рисовал после нее.

Тяжело вздохнув, он осмотрел полотно со стороны. На нем был изображен статный мужчина. Неестественно белые волосы, фиолетовые глаза и большие темные крылья за спиной, на которых еле виднелись очертания глаз. Мужчина сидел, сложив руки на книге, сзади стоял посох, а на фоне виднелись фиолетовые шторы с узорами. Он выглядел… Красиво. Мрачно. Завлекающе. Даже… Знакомо? Может отсылка на что-то?

      — Может… Религиозный мотив? Ангел… Смерти, - Лололошка аккуратно касался резной рамы, что сильно обгорела при пожаре, но, похоже, защитила большую часть полотна.

Он подметил про себя суровый взгляд, выглядывавший из-под пышных белых ресниц, смотрящий «словно» прямо на него, череп рядом с сидящим мужчиной, прямо под правой рукой. Нимба на голове не было. Обычно такое не допускалось в изображении святых, да и если это религиозная картина, должно быть и распятие, может, Библия, но книга в руках мужчины была ярко-фиолетовой, неестественно яркой для такого.

Пришлось даже просветить полотно, но какого-либо второго слоя или намека на то, что картину перерисовывали, не было. Пришлось работать так, но это больше убеждало Ло в возможной фальсификации картины. Хотя, может, Лололошка и оставит её себе. Она ему понравилась и хорошо бы вписалась в его спальне, все равно сейчас она его. Был еще шанс того, что автор просто не успел ее закончить перед смертью, так что отсутствие некоторых вещей вполне могло быть оправдано.

Работа началась. Реставратор снял старую раму, осматривая обгоревшие края холста, что, на удивление, сильно не пострадали, а во многом просто покрылись копотью. Очистив обгоревшие части, Ло восстановил часть холста, затем нанес грунт, а закрашивать будет потом.

Полотно было крепким, так что сильно возиться с ним не придется. Он снял слой старого и потемневшего лака, следы гари, а также другие небольшие загрязнения, заметив некоторые отслоения краски, так что пришлось еще нанести грунт. С основным этапом было закончено!

Лололошка отошел от рабочего места, убирая приборы и снимая перчатки, вновь прижимаясь губами к кружке с остывшим кофе, как краем глаза заметил, что внутри что-то было. Хорошо, что отпить он не успел. Мерзость. Оказалось, что в его кофе утонула бабочка, темного, почти черного цвета, с красным отливом на краях и фиолетовыми пятнами по середине, напоминающие глаза. Таких в этих краях он не видел. Разочарованно цокнув, Лололошка вышел на кухню, по новой варя кофе, но выпил его он там же, да еще и перекусил сразу, забивая желудок бутербродом с ветчиной до ужина.

Время продолжить работу! Сняв с себя свой любимый шарф, боясь перепачкать, Ло отложил его на кресло в мастерской. Шарф был ему дорог, все же, от лучшего друга. Надо будет навестить его могилку. Так, сейчас нужно было взять краски. У него их много, из разных фирм и составов, чтобы всегда подобрать идеально подходящую по цвету. Взяв все необходимое, пришло время закрасить не уцелевшие части полотна.

В залитом искусственным светом помещении было слегка душно, пахло кисловато химозно, почти резко. На закраску точно ушло часа три или даже четыре. Лололошка кропотливо и точечно заполнял места цветами, не позволяя себе лишнего мазка, даже если в итоге картину он оставит себе. Ему хотелось идеальности, точной копии оригинала, даже если ее не видел. Но конечный результат парню пришелся по нраву. Даже и не скажешь, что её достали из пожара.

      — Ну-с, почти все, осталось только нанести лак.

Проговорил Лололошка это вслух, вытирая весь стол от краски и раскладывая материалы по местам. Он частенько болтал вслух. Когда слышишь свой голос, это ощущается… успокаивающим. Иногда, находясь в тишине дома, он включал что-то на фон, но старался во время работы оставаться наедине с мыслями, концентрируясь на своих действиях и мазках кисти. Убрав за собой, Лололошка вновь покинул мастерскую. Было поздновато, а значит — время для ужина и хорошего сна.

Тихий дом наполнился запахом и звуками готовки, а также голосом из динамиков ноутбука. Парню нравилось готовить. Это напоминало студенческие времена, когда Лололошка постоянно готовил своему соседу по комнате, чтобы тот выгораживал его перед комендой, каждый раз когда-тот что-то в комнате ломал или опаздывал до комендантского часа. Да, Ло скучал по тому времени, особенно по передрягам, в которые он тогда влипал. Чего стоит только то, как он обнаружил нелегальную сборку и продажу техники в подвалах уника. Конечно, его отчислили, стараясь подтереть за собой, но поступить уже в другой универ на реставратора он смог, а там уже нашел и новую компанию приятелей. Только жаль, что они все перессорились под выпуск… Он скучает по ним.

Доев свой ужин, Ло обнаружил, что совсем забыл о шарфе. Ну и ну, дырявая голова! Лололошка выключил свет на кухне, проверяя точно ли он выключил плиту и не забыв забрать ноутбук, он отправился в мастерскую. На удивление, в ней был включен свет, хотя он точно помнил, что выключал его.

«Странно всё это», — пронеслось в мыслях парня, пока тот шёл к столу, где оставил досыхать картину. Развернув кресло, шарфа он там не обнаружил, как и под ним или на столе. Рядом его тоже не было.

      — Может, я его отнести успел? - задал риторический вопрос Ло, проверяя теперь всё за столом и возле стеллажей.

Найти шарф он всё не мог, пока вновь не вернулся к столу с картиной. Вот ведь… Именно там он и обнаружил пропажу. Шарф оказался под картиной, почти полностью придавленный ею. И только маленький клочок выглядывал из-под неё, словно специально, что бы тот не нашел его или, чтобы он вновь обратил внимание на картину.

      — Ну… И как это понимать… Может, ты реально проклятая? - вдруг спросил Лололошка у картины, пока вытягивал из-под неё свой клетчатый шарф. — Понравился, да?

Лололошка усмехнулся своим словам, ведь явно никто другой сейчас его шутку не оценит. Не забыв ноутбук, Лололошка, теперь точно выключив свет в мастерской, отправился на второй этаж. Спать. Завтра ему придётся съездить за рамой, которую он заказал ещё тогда, когда приобрёл картину и узнал, что первоначальная почти сгорела.

День прошел быстро. С утра он нанес лак, а после уехал, вечером планируя уже закончить работу над ней и начать следующую. Параллельно, Лололошка заехал в парочку магазинчиков, прикупив продуктов, и съездил в гости к подруге, Райе, которая встретила его с распростертыми объятьями, и только после всего Лололошка забрал раму, возвращаясь домой под самый вечер.

Как он и хотел, рама в точности повторяла первоначальную, только теперь использовали белую древесину вместо красной. Картина встала как влитая, сияя своей завершенностью. Совсем и не скажешь, что она пылилась долгое время в подвалах, а после чудом осталась цела. Прекрасная.

Во время установки картины в раму, Лололошка, удивительно как, поцарапался о крепления, пачкая заднюю часть полотна. Он точно помнил, что ничего острого не держал, да и зацепиться об что-нибудь он не мог, но рана появилась.

      — Ну, что за невезение, - шикнул Лололошка, затягивая раненый палец в рот.

Было неприятно, как от пореза бумагой. Вроде не серьезно, а боль такая резкая, что зубами скрипеть хочется. Оставив картину лежать на столе, Лололошка ушел на кухню, обрабатывая и перебинтовывая палец, который чуть пульсировал, ощущаясь будто рана была куда глубже, чем обычный порез.

Он вернулся в мастерскую уже с растворителем, намереваясь очистить картину от крови, ведь это явно сбавляло её цену. Как только перчатки были на руках, а нос и рот перекрыт специальной маской, Лололошка аккуратно начал наносить средство на заднюю часть полотна, оттирая еще свежие разводы крови. Она не хотела поддаваться, словно слишком быстро впитавшись внутрь основы. Ло и не заметил, как начал втирать средство сильнее, слишком грубо, чем следовало бы. Обнаружил он это только тогда, когда на глазах, вместе с бардовыми разводами, стали появляться какие-то буквы. Еле различимые, явно не на известном ему языке.

«Что за черт…» На рентгене не было ни признака, что что-то нарисовано или написано сзади. Проверив фотографии еще раз, ему вновь показало, что ничего нет. Только тогда он решился потереть чуть дальше, но нет. Средство не стерло ничего, и только маленький кусочек текста был виден. «Может, отпечаталось от чего-то?» — мог лишь предполагать Ло.

Пробовать стирать надписи он перестал и только нанес грунт на открывшийся изъян. Не его дело, хотя интерес и присутствовал.

Теперь картина красовалась в его спальне, занимая место посередине стены, прямо напротив его двуспальной кровати. Лололошка не любил роскошеств, он выступал больше за функциональность, но спальня раньше была бабушки и дедушки, так что менять в ней что-то он не хотел, ну, конечно, кроме матраса и постельного белья. Ковер он тоже сменил на белый и пушистый. Убирать его — та еще морока, но на ощупь он приятен. Ну, может еще парочку вещей, но это было не так важно.

Впервые спать с картиной на стене было непривычно. Лололошке казалось, что за ним наблюдают, но к полуночи он всё же заснул, правда, не без косяков. Он проснулся ранним утром от жуткого холода в комнате, хотя помнил, что перед сном окно закрывал. Ворча и кутаясь в пуховое одеяло, Ло пошел закрывать окно и как обнаружил новую странность. Перед открытым окном, на полу, лежали на вид мертвые бабочки, точно такие же, как и та, что попала ему в кофе.

Это было странно, даже очень. Лололошка поднял одну из бабочек за крыло, аккуратно, без лишнего садизма. Она одеревенела от холода, но когда Ло поднес тельце к лицу, что бы разглядеть получше, то крылья её быстро затрепетали, пытаясь вырваться их хватки. Лололошка сразу же отпустил её, но вместо полета, она вновь упала мертвым трупом на пол, больше не двигаясь.

      — Ну и жуть, - Лололошка быстро выкинул бабочек за окно, теперь точно закрывая его.

Сонный и чуть раздраженный с самого утра, Ло-шка переоделся, спускаясь вниз для завтрака и чтобы хоть немного взбодриться кофем. Дальнейший день прошел относительно хорошо. Лоло начал реставрацию новых картин, освободившись к полудню. Весь день работать было не делом, да и у него еще были некоторые дела по дому.

Сейчас осень. Красивая, но холодная пора. Его дом уже давненько отапливался с помощью котла, но у него всё ещё оставался камин в одной из гостевых комнат на первом этаже, который он время от времени использовал, особенно любя почитать возле него или посмотреть фильм, а это значит, что нужно нарубить дров. День сегодня был пасмурным и достаточно влажным. В любой момент мог пойти дождь, но Ло это не особо останавливало — для него физическая работа, а особенно на улице, были скорее в радость, особенно после целого дня в душной мастерской. Это нагружало тело, но расслабляло мозг.

Лололошка вышел из дома с термосом, заходя в небольшой дворик за домом. Там стояли качели и сарай, пристроенный к самому дому, так, что зимой не приходилось выходить из теплого дома, а сразу, напрямую в него. От этого места веяло ностальгией. Он часто здесь гулял в детстве. Зеленая травка, старая будка его пса Персика, но только ту качельку, что была тут раньше, он восстановить не смог, так что он купил новую, больше похожую на гамак, зимой ее обычно снимая и убирая в дом.

Скинув белую толстовку, любимую, несмотря на пятна от лака и краски, а также небольшие затертости, Ло-шка остался в темной майке, приступая к рубке дров. Хорошо заточенный топор крепко лежал в его руках, разбивая бруски бревен на небольшие щепки, хорошо подходящие для растопки. Через время тело разогрелось, и теперь уже не особо мешал ветерок и чуть моросящий дождик. Пахло приятной сыростью, а также лесом. Утомившись, Лололошка отбросил топор в сторону, беря в руки термос и попивая тёплый травяной чай. Любил же он все же чаи.

Невольно взгляд Ло скользнул выше, цепляясь за окно своей спальни, где сквозь шторы он увидел чей-то высокий силуэт. Он скользнул через неплотную ткань, цепляя взгляд длинными волосами и темным одеянием. Силуэт был не подвижен, почти как статуя. Возможно, Ло бы и не увидел его, если шторы не дернулись бы, цепляя внимание на прозрачную тюль.

      — Хей! - крикнул Лололошка, и его словно услышали через плотно закрытое окно, а человек внутри обернулся, встречаясь своим спокойным фиолетовым взглядом с парнем.

Лолошка соскочил с места, бегом направляясь в дом и как можно быстрее поднимаясь наверх в спальню. Он рывком открыл дверь, но там уже никого не было. Пусто. Запыхавшись от бега, он медленно побрел к окну, проверяя за шторами, но там ничего и не было, только одинокое перо лежало на полу, явно слишком большое для вороньего и слишком настоящее для искусственного. Черное, с фиолетовым отливом и чуть красным на конце.

      — Райя, ты же мне веришь? Черт, я точно не верю, что мог сойти с ума.

      — Может… ты просто чем-то надышался? У тебя дома электрическая или газовая плита?

Лололошка тяжело вздохнул, потирая виски. Он был на видеозвонке с подругой, обсуждая то, что Ло сегодня увидел. Это точно не вписывалось в привычную случайность! Да и Ло придумать такое не мог.

      — Нет, Райя, электрическая. Да и, - Лололошка достал перо, показывая его перед камерой ноутбука. — Ты же его видишь, да? Я вот тоже. А я тебе показывал, у того мужчины на картине были точно такие же!

      — Ну… не знаю. Согласна, все события странные, но все еще не было научно доказано или хоть как-то подтверждено существование паранормальных существ или мистики, - девушка, задумавшись, поправляла очки в голубой оправе. — Возможно ли такое, что кто-то посторонний поселился в твоем доме?

      — Пранкер или грабитель? Уже думал об этом, но все возможные места я проверил, ни-че-го. А избавляться от картины я не намерен.

      — Ого, а чего так? Она же пугает тебя.

      — Не знаю… Чувство такое, что делать этого не стоит… Словно, ну, знаешь, она важна для чего-то, — Лололошка отодвинул стул, усаживаясь за стол, на котором и стоял ноутбук.

Сейчас он сидел на кухне, попивая ромашковый чай. Он был весь на нервах. Ладно, случайность один раз, два раза, но три, и еще таких явных, — не просто так. Лололошка совершенно не верил в мистику, привороты и в бога, всегда верил по принципу «что вижу и что можно доказать, то и есть правда». Но когда сам мозг и зрение подводит и показывает то, что объяснить нельзя… Это что-то ненормальное!

      — Возможно! Если, представим, что картина реально проклята, то, возможно, таким образом она хочет с тобой связаться? Может навредить?

      — Не знаю, Райя…

      — Так, давай я попробую поискать что-то об авторе и самой картине, а также, возможно, что-то по поводу всеми этими паранормальными явлениями. А ты… Постарайся меньше с ней контактировать и… Хм… Попробуй записать все странности, что были и будут происходить. О, да, еще, отправь мне, пожалуйста, немного краски с картины.

На этом разговор и закончили. Разговор даже немного успокоил Ло. Все же… Райя всегда была рассудительна и могла придумать любой план, несмотря на абсурдность. Она была ему прям как старшая сестра, всегда заботилась, хотя родственниками они и не были. Еще во времена школьной учебы попали в один школьный совет со всех классов. Ло попал туда чисто из-за желания участвовать в разных мероприятиях, так и познакомились, а еще и подружились, несмотря на разницу в возрасте.

Еще немного поговорив по звонку, Райя завершила его первая, намекая, что горе реставратору стоило бы ложиться спать. Благо девушка не знала, что картина как раз весит у него в спальне. Ну. Ложиться спать в кресле или где-то еще он не хотел, да и… Может все не так уж и плохо? Она ему не вредила, пугала, да, но не вредила.

Почему-то возвращаться в свою комнату было не так уж и страшно. Картина жуткого страха не вызывала, скорее… интерес? Он вошёл в спальню. Здесь было тихо, спокойно и даже холодновато. Лололошка поскорее лёг в постель, но ещё долго не мог заснуть. В голове ютилось множество мыслей и доводов, чем же это могло бы быть. Токсичные испарения? Усталость? Годы долгой работы вдали от людей?

За окном уже давно была темень. По окнам бил несильный ветерок, а луну закрыли плотные облака, что почти сливались с тёмным небом, с чуть мелькающими звёздами сквозь тучи. Да, здесь, за городом, звёзды виднелись куда больше и яснее, ведь всё это было скрыто из-за света ночных улиц в городах, но одновременно с этим этот самый свет дарил атмосферу и уют, что уже говорить о безопасности.

С уже более спокойными мыслями Ло смог заснуть. Сон крепок, без единого намёка на красочность снов, но ничего, Ло-шка к этому привык. Только проспать безмятежным сном ему не дали. Он проснулся ближе к полуночи от холодного ветерка, что лизнул его лицо. Он не открывал глаза сразу, со странным пониманием, что это не ветер… Что-то холодное, касалось, его, почти ласково поглаживало щеку, горячую, в отличие от, похоже, руки касающегося. Она почти не чувствовалась, словно густой пар.

Лололошка не успел и разлепить глаза полностью, как увидел два ярко-фиолетовых глаза, что выделялись на фоне ночной комнаты, а следом и касание, и силуэт пропали, когда Ло всё же смог открыть сонные глаза, что ощущались налитыми свинцом от своей тяжести. Ему пришлось даже протереть их, чтобы согнать с них размытие. Оглядев тёмную комнату, он вновь прикрыл взгляд, всё ещё прислушиваясь к ночной тишине. Всё это словно и было сном, странным наваждением, вызванным мужчиной на картине. Это ощущалось обыденность, не вызвав никаких эмоций или даже сомнения. Было и было.

Не прошло и пары минут, как Лололошка вновь провалился в отключку. Несмотря на холодок, он даже толком не накрылся, сразу засыпая без задних ног. Парень уже и не видел, как силуэт мужчины вновь оказался в его комнате. Тот тихо, почти беззвучно, прошел к его кровати, забираясь на нее всем телом, но она совершенно не прогнулась под ним.

Белые волосы стекали с плеч, падая вниз прядями, чуть касаясь теплого лица, щекоча. Темные крылья не двигались, словно не были настоящими, а лишь искусной подделкой. Мужчина вновь вглядывался своими фиолетовыми, почти аметистовыми, глазами в беспокойное лицо, но прерывать сон не хотелось. Полупрозрачная рука легла на край одеяла, подтягивая его ближе к обнаженным плечам и шее, не желая, чтобы холод касался их, мешая спать.

Только несколько черных бабочек остались на подушках, наблюдая за человеком, который чуть жмурил глаза от необычного сна. Перед Лололошкой всплывали необычные образы. Такое ему обычно не снилось, особенно в последние годы. Он ходит по странному дому, у которого даже дверей не было, везде сундуки, странные приборы. Возле него летал какой-то мини-человечек, который болтал без умолку, только понять, о чем, он так и не смог. Но в этом сне и Лололошка мог летать. Это ощущалось просто прекрасно, словно взаправду. Так… Свободно.

В этом сне у него была большая шляпа и даже палочка, и он мог ей колдовать. Ло занимался бытом: ухаживал за животными, гулял по лесу, где ветер ласкал лицо. Он был настолько сильный, что заставлял придерживать шляпу аж двумя руками. Был почти закат. Все дела сделаны, и он просто смотрит в даль, наслаждаясь спокойствием после тяжелого дня. Как его кто-то позвал.

Он точно слышал свое имя, сказанное неизвестным ему голосом, но почему-то вместе с этим таким знакомым. Улыбнувшись, почти машинально, он развернулся, приветствуя кого-то с мягкостью в голосе. Это был высокий мужчина в сиреневых одеяниях. Его белые волосы то и дело раскачивал втер, а перышки на белых крыльях трепыхались. И взгляд… Взгляд фиолетовых глаз…

Лололошка проснулся, вскакивая с кровати. Тело подрагивало так, словно его окатили ведром холодной воды. С лба стекал пот. По ощущениям ему только, что снился жуткий кошмар или вовсе, во сне началась лихорадка. Но это было не так. Сон был… Приятным? Почти ностальгирующим, хотя он точно знает, что подобного не было, да даже таких книг он не читал. Ло помнил сон точно, абсолютно, будь то цвета одежды или узор на палочке, да даже запахи мог вспомнить. Что же это такое…

Голова жутко трещала, словно после сотрясения. Протерев глаза, Лололошка огляделся. Уже было утро. В комнате было не очень холодно, значит, окно в этот раз не открывалось. Вот только на подушках он заметил что-то странное. Приблизившись, он вновь увидел этих бабочек. Да что это такое!

Лололошка чувствовал растерянность, панику. Ощущалось всё так, словно он забыл что-то важное, а сейчас ему напомнили, что именно он забыл, но при этом даже не сказали, что именно он забыл! Безумие. Тревога накрыла с головой, заставляя желудок сжаться, вызывая порывы тошноты. Лололошка дышал резко, стараясь расслабиться, восстановить тот ускользающий баланс. Спокойно…

Тело расслабилось, и он смог успокоится. В голове все еще звенело. Он перевел взгляд на бабочек. Может, их тоже Райе отправить? Стоит. Так он и решил поступить.

Как и попросила девушка, он собрал некоторые материалы с картины, даже кусочек от старой рамы, бабочек и перо. Сегодня он нашел еще одно возле постели, а это значило, что ночной гость был все же явью, а не сном. Да уж.

Весь остальной день прошел даже хорошо. Никаких других странных событий он не заметил, кроме звуков. Это было просто шуршание чего-то вдалеке. Найти источник он не смог, да и не сильно и хотелось. Все мысли были заняты другим, а именно его сном. Таким теплым, как давно забытое прошлое. Хотелось окунуться в него вновь и… Хотелось вновь взглянуть на картину. На этого странного мужчину.

Лололошка старался отгонять от себя эти мысли. Работал над картинами, принимал заказчиков, ел, смотрел что-то на фоне. Но когда пришло время спать, он… Не смог устоять.

Он стоял в темной спальне, где только прикроватная лампа тускло освещала комнату. Он был напротив картины. Смотрел на нее, рассматривая каждую деталь, каждый мазок. Он дотронулся до нее руками, касаясь тех мест, где сам наносил краску, словно трогая чьи-то шрамы. Кажется… Он сходит с ума…

Лололошка лег в кровать, пару часов ворочаясь, не в силах заснуть. Усталость нагрянула еще днем, давя, но блаженного сна так и не наступало. Он так бы и прокрутился в кровати, пока где-то в углу комнаты не послышалось тихое мычание, а после, оно и вовсе начало приближаться к нему. Тяжелый мужской голос мычал спокойную песню, чуть невпопад, незнакомую Ло, но… успокаивающую. У парня просто не было сил открыть глаза и взглянуть, кто это был. Он наконец начал засыпать. Спокойно, глубоко. Еще и рука, которая, похоже, начала поглаживать его по волосам, начала оказывать свой эффект, и Ло провалился в очередной сон.

Это было футуристическое место. Громадное, яркое, давящее своей неизвестностью. Он был в окружении толпы людей. Ему было весело, он болтал с кем-то о чем-то важном.

Они все вместе куда-то направлялись. Это было важное мероприятие, похоже… Свадьба. В толпе он видел знакомых ему людей, словно во сне показали друзей из реальности. Вот только… одеты они были странно. Даже Райя там была, но… полупрозрачная. Словно дух или голограмма.

Он вновь увидел в толпе взгляд фиолетовых глаз, но теперь мужчина был без крыльев, почти что как человек. А рядом еще кто-то, но Ло не мог разобрать. Силуэт был смазанный, как темное пятно на сетчатке глаза. Но это неважно. Он вновь посмотрел на мужчину, поймал его взгляд, улыбку и… проснулся.

Он чувствует, как сердце бешено колотиться. Легче чем в прошлый раз, но все еще не самые приятные чувства при пробуждении. Лололошка вяло встает с кровати, почти падая на пол. Он чувствует странную слабость, что явно не было у него раньше. Вновь бабочки и перо… Да уж. Пора бы ему и коллекцию делать, хах.

Вновь монотонная работа над картиной, литры выпитого чая, от которого ему явно вскоре станет не очень хорошо. Был даже раз, что давление подскочило, когда он смешал разные чаи в большом количестве. Все странности он пишет в электронный дневник, пока делает перерывы от работы.

Вот, например сегодня звуки усилились, и ему даже пришлось залезть на чердак, хотя туда суваться он не любил. Как оказалось, стая этих странных бабочек посилилась у него на чердаке, и они просто облепили почти весь потолок собой! Лолошка даже не понимает, как они пробираются в его дом! Всех их он выгнал метлой на улицу, благо они не особо сопротивлялись и просто улетели. Ну и ужас!

Это его начинает раздражать. В особенности в совокупности с усталостью в теле. Может, это просто накопившиеся стресс. Не каждый же день мистика происходит, да и настолько… Странная? Медленно к Ло приходило понимания, что все это, похоже, связано с ним. Все воспоминания, знакомые люди во снах…