Проиграл

Уён знал, что эта игра до добра не доведёт. Изначально просто шутка, а теперь равная борьба, счёт в которой чаще всего ничейный. Только иногда кто-то выходит вперёд, но разрыв часто не превышает одного или двух баллов.

Если честно, Уён уже и не вспомнит, кто именно предложил эту идею. Возможно, он сам, возможно сам Ёсан, когда был пьяный. Никто не знает, но факт остаётся фактом.

Нижнее бельё с надписью 'Suck my dick' имелось у каждого из них. Только в разных расцветках. Ёсан надевал белые, Уён чёрные. К слову, как оно появилось в их гардеробе тоже неясно. Сплошная загадка.

Суть своеобразной игры заключалась в том, что кто первый наденет эти трусы, тот выиграл. Проигравший, соответственно, делает минет. И если сначала Уён думал, что всегда будет выигрывать, то потом столкнулся с жестокой реальностью. Чаще всего он сам про них забывал, а вот Ёсан надаевал совершенно случайно, даже не задумываясь.

Выяснялось это тоже рандомно. Редко кто-то из них надевал джинсы с низкой талией, чтобы резинка с надписью была видна. Друзья сначала не придавали этому значение, думая, что им просто казалось. А потом, когда Уён по пьяне разболтал такую подробность их личной жизни с Ёсаном, они подкалывали ещё какое-то время. Пока Минги не спросил, где купить такие же.

Но вернёмся в сегодняшний день. Прямо сейчас после упорной работы в тренировочном зале и разучивания новой хореографии, Уён замечает, как Ёсан поднимает майку, чтобы стереть пот с лица, и видит эту чёртову надпись.

И им, по-хорошему, ни в коем случае нельзя отвлекаться. Через два часа должна прийти подростковая группа, которую они вдвоём готовят на фестиваль. Нужно снова прогнать движения, внимательно отследить таймкоды и свериться с музыкой.

Но у Уёна во рту собирается густая слюна, как только взгляд цепляется за сильное тело Ёсана. У того по кубикам пресса стекают капли пота, а мышцы на руках блестят от влаги. Уёну хочется слизать её, потом укусить, чтобы услышать сдавленный стон, а затем...

— Уён-и, ты меня слышишь? Приём! Земля вызывает Чон Уёна!

— А? — Уён часто моргает глазами и, наконец, фокусирует взгляд на Ёсане, который уже стоял рядом.

— Тяжело? Может, возьмём перерыв подольше?

Уён тупо кивает и тут же скользит глазами вниз, облизываясь. Ёсан ни о чём не подозревает и просто стоит рядом, продолжая пить воду.

— Ёсан-и, а ты специально или снова «не обратил внимание»?

— М? Ты про что?

Ёсан действительно удивлён, и Уён не может не улыбнуться. Игривое настроение просыпается в нём за считанные секунды. Много не надо, чтобы возбудиться и предложить Ёсану немного непотребства.

— Белье, милый, ты снова надел то самое.

Уён прижимает Ёсана к стене и ухмыляется, подцепляя пальцем резинку трусов. С громким шлепком она бьётся об нежную кожу, заставляя Ёсана вздрогнуть, когда Уён её отпускает.

— Я... Серьёзно, иногда я действительно не обращаю внимание, — посмеивается Ёсан, — а на тебе сегодня обычные, да?

— Да, потому что мы на работе, — кивает Уён и двумя руками обхватывает чужие бёдра, — но у нас с тобой ещё есть время... Пойдём в душ?

— В том и дело, Уён-и, что мы на работе, — пытается сопротивляться Ёсан, но получается из рук вон плохо, — когда к нам придут дети?

— Через два часа. Успеем. Ну пошли. Почему ты всегда отказываешься от моего минета? Тебе не нравится?

Уён показательно дует губы, заставляя Ёсана захехекать и прикрыть лицо руками. Он тут же тянется к шее, чтобы обнять за неё, а потом целует в щёку. Уён перехватывает бёдра сильнее и сжимает их, улыбаясь.

— Нравится. Ладно, только быстро...

Они не теряют время на пустые разговоры. Просто закрывают студию, включая свет, а потом идут к раздевалкам, переглядываясь. Хорошо, что решили потратить больше денег. Зато им досталась комфортное здание с душевыми, большим количеством тренировочных студий и просторным местом.

Хватая полотенце и сменную одежду, они закрывают за собой дверь в душевые изнутри и тут же начинают целоваться. Как хорошо быть главными.

В кабинке под водой хорошо сразу от всего: спасительной влаги на потных телах, долгожданного охлаждения и кожи к коже.

Уён дразнит совсем немного, но свой привычный ритуал не пропускает: играется с грудью, сжимая её и посасывая, создавая ртом вакуум. Ёсан профессионально сдерживает стоны и улыбается, поощрительно поглаживая Уёна по голове.

Опускаясь на колени, Уён тут же проводит рукой по всему члену Ёсана, облизывает головку и пускает за щёку, смотря снизу вверх. Парень кусает губу и смотрит таким тёмным взглядом, что внутри у Уёна всё скручивается в клубок.

Он старательно расслабляет горло, пропускает глубже и высовывает язык, стараясь облизать им все выступающие венки. Второй рукой сжимая яйца, Уён постанывает, когда чувствует сильную хватку на затылке.

— Какой старательный Уён-и у меня, — низко шепчет Ёсан, — самый лучший.

Уён стонет с членом во рту от похвалы и обхватывает рукой собственное возбуждение, начиная дрочить себе. Ёсан хлопает его по щекам, усмехается и толкается глубже. Пошлые звуки эхом отдаются от стен, сводя с ума, поэтому Уён быстро кончает, закатывая глаза от удовольствия.

Ёсан заканчивает следом: сперма пачкает губы и подбородок Уёна, который всё ещё пытался восстановить дыхание. Облизываясь, он смотрит вверх и довольно улыбается, подмигивая. Ёсан только качает головой и помогает ему подняться, а потом смывает с лица остатки своего семени.

— Какой там у нас счёт?

— Семнадцать шестнадцать в мою пользу, — хехекает Ёсан, — ты хорошо поработал.

— Я обязательно отыграюсь.

— Конечно, куда ты денешься.

Они смеются и целуются друг с другом, обнимаясь крепче.