Продолжение рассказа
Оксана Нарейко
Оставалась зыбкая надежда, что он успеет постирать коврик к следующему вечеру, когда мама вернется с дежурства, а папа и так ничего не заметит. Довольный, он вырезал из тетрадного листка большое сердце и начал сочинять любовное послание. Буквы расплывались, перо, с непривычки, рвало и царапало бумагу, но ему казалось, что выходит необычайно прекрасно. Конверт он приготовил заранее и надписал обыкновенной ручкой, чтобы Ира не изумлялась и не радовалась заранее. На следующий день, на большой перемене, взволнованный и предвкушающий триумф и обожание самой красивой девочки класса, первоклассник Алексей тихонько положил благоухающее письмо Ире в портфель. То, что случилось потом, он долго еще вспоминал. С содроганием, болью и негодованием. Та самая Ира, о которой он грезил и мечтал, которую он собирался угостить компотом в столовой и, может быть, даже отдать свою булочку, та самая Ира, с красивыми бантами в пышных волосах, которая так ловко скакала на прыгалке, разочаровала Лешку до глубины души. Глупая девчонка не оценила романтичного порыва и стала кричать, что ей в портфель подсунули дохлую мышь. Сказала тоже! Мышь он ей живую собирался подарить. Белую, из зоомагазина, а, значит, породистую! Ира так вопила и так презрительно пинала тот самый конверт ногой, что Лехино сердце было разбито вдребезги раз и навсегда.
- Никогда больше никого не полюблю, - сказал мальчик и поднял с пола свое послание. Оно действительно неприятно подванивало, листок с пылкими признаниями слипся и ни одной буквы нельзя было разобрать. Леху долго ругала учительница, а потом, как будто ей мало было его унижений и извинений, позвонила маме на работу. Это было самое страшное, потому что мама - хирург и отвлекать и волновать ее ни в коем случае было нельзя. Леха сначала поревел немножко, потом хотел было убежать из дома, но пожалел маму. Она и так из-за него переживает. Да еще коврик надо было застирать. Дом встретил его напряженной тишиной и зловонием. Мясо, забытое им в грузовичке, в теплой квартире, благоухало так же крепко, как и израненные родительские нервы.
Мама сказала только одно страшное слово: "Ну?" Запинаясь, всхлипывая и оправдываясь он рассказывал все, попутно выбалтывая свои самые страшные секреты, чтобы уж пострадать один раз. Порванные спортивные штаны, двойка по ритмике и потерянный рубль, драка не на жизнь, а на смерть с одноклассником и братание с самой большой и страшной бродячей собакой, которая ему штаны и продырявила. Лешка с ужасом видел, как мама, уронив голову на руки рыдает от горя, а папа даже не находит в себе силы повернуться от окна, но его плечи трясутся и он тоже плачет.
- Иди к себе, - сказал папа чужим, сдавленным голосом, и Лешка с ужасом подумал, что, вот, все, его больше не любят и могут даже отдать цыганам. Он тихонько пошел в свою комнату и не слышал, как мама, подвывая от смеха и зажимая себе рот, сказала папе: "Пашка, да включи ты радио, я сейчас лопну от смеха, давай хоть поржем от души!"
*лет через 20*
- Деда, ты мне можешь на телефон рублей 200 положить?
- Могу. А почему шепотом?
- Чтобы бабушка не слышала, я у нее уже вчера просил, - мальчик оглянулся на бабушку, которая тут же в кухне готовила пирог.
- А у меня от бабушки секретов нет. Говори громко. Если бабушка вчера тебе счет пополняла, куда ты деньги потратил?
- Понимаешь, у нас в классе девочка есть. Самая красивая на свете, она мне очень нравится. Я ей смски шлю и открытки разные.
- И?
- На это деньги и нужны!
- А если ей обычную открытку подписать? Вот когда твой папа тоже учился в первом классе...
- Паша, - строго сказала бабушка. - Мясо нынче дорого.
Они хитро подмигнули друг другу.
- Давай ей открытку купим. Красивую, сам выберешь.
- Здорово! Я не подумал. Я напишу ей клятву. И подпись поставлю. Кровью.
- Чьей?
- Конечно своей, дед!
- Гены, что тут скажешь, - вздохнула бабушка.
Автор: Оксана Нарейко