Продолжение рассказа
Додгая дорога
Начальник отпустил Юлю с неохотой. У него планы были на неё. Надо срочно аналитику затрат провести, на основе этого отчета, сделать план на следующий год. А у неё мама, единственная.
- Ладно, - помявшись, выдавил из себя директор, - поезжай. Только чтобы через неделю вернулась.
- Не могу обещать, - Юля смотрела на него с непониманием. Как она не замечала раньше, что ему абсолютно все равно, что с сотрудниками происходит. Только прибыль, прибыль и снижение затрат.
- Если не приедешь, - директор озвучил последний аргумент, - я тебя уволю. Я не могу позволить своим сотрудникам прогуливать.
У Юли ком подкатил к горлу. Ну и пусть увольняет, - подумала она. Сын женат, внука пусть сам обеспечивает. А я могу какое-то время и без работы пожить. А там найду что-нибудь, хоть дворником. Зачем мне уже столько денег, если мамы не станет. Никогда себе не прощу, если не успею.
Уже по дороге она позвонила Саше.
- Мам, - удивленно спросил он, - ты куда-то едешь?
- С бабушкой беда, - голос дрожал, она едва сдерживалась, - она в больнице.
- Ой, - Саша осекся, - а мы хотели Юрку тебе оставить. Настя на маникюр записалась. А я на работе.
- Саш, ты не слышишь меня? – Юля почти кричала. Люди в автобусе стали оборачиваться. Она зажала трубку рукой, - бабушка в больнице.
- За ней же ухаживают, - Саша не понимал, почему мама так переживает. В больнице же, не одна дома, - вот когда выпишут, тогда и поедешь.
- А если не выпишут? – Юля от черствости собственного сына была вне себя, - если сразу на кладбище?
- Ты-то чем поможешь? Мам, пожалуйста, я Насте обещал.
Юля отключила разговор и, уронив голову на руки, заплакала. Как это она раньше не замечала? Как она могла такого сына воспитать? Ведь с отцом его разошлась именно поэтому. Потому, что когда Сашка родился, Виктор стал на невнимание жаловаться. Все чаще стал упрекать, что сына она любит больше. Что весь вечер с ним в обнимку сидит. А Виктор, будто себя как чужой человек в собственной семье чувствует. А потом по классической схеме, застав мужа с лучшей подругой, собрала вещи и ушла в никуда. Он еще долго звонил и обвинял её:
- Ты что думала, я один останусь. Если тебе не нужен, так обязательно найдется, кто пожалеет. А ты живи теперь одна со своим эгоизмом.
- С сыном, - поправила его Юля.
- Что? – не понял Виктор,
- С сыном, ты хотел сказать. Я осталась с нашим сыном.
- С твоим, - Виктор не скрывал злости, - я не знаю от кого он. Если бы я был его отцом… - Юля дослушивать не стала. После этого разговора осталась какая-то брезгливость. Надежда на то, что он покается и что можно недостатки выдержать ради сына, испарились.
Больше замуж выходить она не стала. Вдруг кто обидит её Сашеньку. И вот дождалась. Саша, как и его отец никого кроме себя не видит. Это же надо такое придумать, маникюр у них. А у неё мама, самый родной, самый близкий человек.
- Женщина, Вам плохо?
Рисунок из открытого источника
Юля подняла голову, она и не заметила, что автобус уже пустой. Возле неё стоял водитель, молодой парень, ровесник Саши или даже чуть младше.
- Мама заболела.
- Она в больнице? – участливо спросил молодой человек.
- Да.
- Вы не выходите, я Вас отвезу.
Юля не помнит, поблагодарила ли она водителя автобуса. Она думала только о маме, о черствости сына и о себе. Что останется совсем одна.
Ворвавшись в палату, она увидела маму у окна. Её лицо пожелтело и осунулось, рука опустилась и безжизненно висела. У Юли подкосились ноги:
- Мама, мамочка, - Юля повернулась к двери, - есть кто-нибудь? Подойдите, маме плохо.
В это время Раиса Петровна глаза открыла.
- Ты чего кричишь? – она погладила дочь по голове, - не хотела ведь тебе говорить…
Юля взяла маму за руку,
- Куда ты собралась, не бросай меня, - и как маленькая разревелась громко, не сдерживаясь.
- Я и не собираюсь. Ты зачем приехала? Катя наговорила? Да не буду я помирать, не сейчас, - было видно, как тяжело ей говорить, но Раиса Петровна старалась скрыть свое бессилие перед дочерью. – Да еще и всей семьей. Что вы напридумывали?
Юля повернулась и в дверях увидела Сашу с Юрой на руках, и Настю.
- Мам, ты прости меня, - прошептал Саша, - я не знал, что так плохо. Думал… - не договорил, махнул рукой и, обращаясь к бабушке, - бабуль, ну ты и напугала нас.
Раиса Петровна умерла через две недели на руках у дочери. Несмотря на горе, у Юли больше никогда не было чувства одиночества. У неё есть сын.
Автор: Долгая дорога