Продолжение рассказа
Георгий Жаркой
Даже голову сдавило от тоски – так быстро жизнь пролетела.
Потом решила, что надо быть смелой и принять то, что неизбежно. И порвала в клочья старые фотографии. Все равно выбросят, никому не нужны свидетельства чужой жизни.
Солнечно на улице, может, выйти? Так хочется тоску унять.
Оделась, вышла на площадку и услышала, что в соседней квартире ребенок плачет.
Дверь от застройщика – слышен каждый звук.
Что же это ребеночек так убивается? Бабушка Маша стояла и слушала. За дверью пара молодая живет. Съемное жилье. У них дочери годика четыре, и женщина в положении, второго ждет.
Плачет и плачет девочка, никто не утешает. Наверное, случилось что-то.
Позвонила – дверь открыл мужчина. Лицо бледное – краше в гроб кладут.
Сбивчиво рассказал, что роды начались, и жену увезли: «Она чуть не умерла, когда Настю рожала. И сказала, что сейчас точно не выживет. Я до машины провожал, и она со мной простилась».
Вот-вот заплачет.
Пришли к бабушке Маше и сразу на кухню. Сначала надо девочку успокоить, и бабушка налила в стеклянный стакан ягодный морс: «Видишь на стакане ягодки нарисованы? Видишь? И в стакане ягодки плавают. Это очень хорошо. Пей, пожалуйста».
Почему хорошо? Этого бабушка не объяснила.
Настя успокоилась и стала смотреть по сторонам, потому что все незнакомо.
Ее отец – Саша – тоже на кухне. Сел на стул – замер.
Бабушка взяла девочку за руку: «Пойдем - покажу, как я живу».
Пошли осматривать. Саша тоже встал и за ними. Бабушка указала на портрет: «Это мой дед. Он военным был, на войне воевал».
Девочка рассматривала изображение незнакомого мужчины. И Саша смотрел – даже любопытство в глазах.
Затем остановились у полки, на которой в изобилии фарфоровые фигурки: белочка, зайчик, лебедь и еще какие-то птички.
Настя разглядывала и папе отдавала. Он вертел в руках и возвращал на полку.
Настя выбрала белочку. Папа еще раз белочку рассмотрел: «Красивая. Потом поиграешь».
Экскурсия по квартире закончилась. Хозяйка предложила поесть. Втроем вернулись на кухню. Саша и Настя сели к столу. А потом папа вспомнил, что ручки не помыли.
Бабушка разогрела суп из курицы. Гости поняли, что очень голодны. Саше не хватило, бабушка заметила и добавила.
Солнце садилось, и не хотелось Саше домой – там тревожно, а у соседки как у бабушки родной. И сказал: «У вас вода в ванной плохо проходит. Наверное, засор».
Принес из дома инструмент и занялся делом.
Закончил Саша в ванной и на кухню пошел – для профилактики. Очень долго возился, а рядом держал свой телефон.
Стемнело на улице, Настя носом клевала. Бабушка напоила ее теплым молоком и уложила спать на свой диван. Саша тихо на кухне сидел.
Заснула девочка, и Саша бабушке сказал: «Можно на вашей кухне ночую»? И догадалась бабушка Маша: тяжело ему в той квартире.
Согласилась, и он быстро сходил за раскладушкой. Потом долго сидели – шепотом разговаривали. Саша рассказал, какая у него жена хорошая и как он ее любит.
Спать пора. Бабушка ласково пожелала спокойной ночи и сынком назвала. Потеплело в глазах у Саши.
Все легли, и бабушка почувствовала, будто молодость вернулась, когда сын еще жил с матерью.
А сейчас далеко-далеко. И ему уже тоже много лет.
Ошибся буддийский монах. Когда кормят во сне, значит, и ты кому-то доброе дело сделаешь.
Утром всех разбудил телефонный звонок. Через полминуты Саша радостно закричал: «Настя, у тебя сестренка родилась! Ура»!
Пока завтрак готовился, Саша сходил за тортом. Весь день отец и дочь у бабушки провели – как родные стали. А ночевать к себе пошли, потому что не было ни тревоги, ни страха.
Еще через день Саша на работу пошел, Настю почему-то в садик не отвели, и бабушка Маша гуляла с маленькой девочкой в парке. Хорошо, что недалеко от дома.
Привезли маму Насти с новорожденной дочерью. А это значит, что приятных радостных забот стало больше. И у бабушки Маши в том числе.
Автор: Георгий Жаркой