Продолжение рассказа
Живу, люблю, пишу...
— Я хорошо зарабатываю, и тебе не нужно больше разрываться между работой и семьёй, — сказал муж, и Вероника с ним согласилась.
И, правда, какая работа с тремя детьми, подумала она, полностью погрузившись в ведение домашнего хозяйства. Начала осваивать новые рецепты, чтобы баловать свою семью вкусными и разнообразными блюдами, дом старалась теперь содержать в идеальной чистоте, делая ежедневную влажную уборку.
Раньше, когда Ника работала, у неё частенько не доходили руки перебрать вещи в шкафах и вовремя вытереть пыль не всегда удавалось, а теперь, когда она занималась только семьёй и домом, ей хотелось, чтобы всё блестело и сверкало, а в воздухе витал аромат свежей выпечки.
— Вот как ни зайду к тебе, ты всегда или с тряпкой по квартире носишься, или у плиты крутишься, или же кучу белья наглаживаешь, — сказала Веронике подруга Лилия, зайдя однажды к ней в гости. — Нам с тобой даже некогда просто посидеть и поговорить за чашкой чая. Ты, вообще, отдыхаешь когда-нибудь?
— А когда мне отдыхать? Да и о чём ты говоришь, я же не работаю, всегда дома.
— Ага, а домашние дела, как известно, никогда не кончаются.
— Это точно, — согласилась с подругой Вероника. — Вроде бы и дома сейчас сижу, а времени всё равно не хватает. Я даже завтракаю и обедаю на бегу. Пока своим завтрак готовлю, сама быстренько что-нибудь перехвачу. И в обед так же, проглочу что-нибудь между делом и бегу дальше делами заниматься.
— Проглочу, между делом… Что это за жизнь такая: всё время на бегу?
— Да в радость мне такая жизнь, Лилька, — улыбнулась Вероника. — Я же о семье своей забочусь. О муже, о детях…
— А ведь ты, между прочим, очень талантливый дизайнер, — напомнила подруга.
— Да когда это было? — махнула рукой Вероника, нарезая морковку для плова. — В прошлой жизни, наверное.
— Вот зря ты так. О себе совсем не думаешь. Смотрю, волосы давно не красила, корни уже отрасли сильно, маникюр не делаешь.
— А зачем мне маникюр? Раньше я всё время на людях была, а сейчас дома. Волосы, правда, пора покрасить, да всё не могу найти время, чтобы в парикмахерскую записаться. То одно, то другое…. Всё на бегу…
— Нельзя так, Вероника, это я тебе, в первую очередь, как врач говорю! — вздохнула Лилия, которая уже не первый раз заводила с подругой подобный разговор, да только всё без толку.
* * *
В понедельник утром Вероника проснулась от звонка будильника, хотела тут же встать с кровати, но почувствовала, что сил почти нет. Ещё вечером она ощущала какое-то непонятное недомогание, но подумала, что просто очень устала и за ночь всё пройдёт.
Женщина посмотрела на спящего мужа и подумала о том, что вчера обещала приготовить ему на завтрак фаршированные блинчики, а дети ждут её оладушек и свою любимую кукурузную кашу. Нет, она не может позволить себе валяться в постели и ничего не делать. Андрюшке ещё рубашку нужно погладить, а девочкам — блузки… Они же не справятся без неё…
С трудом, но Вероника всё же поднялась с кровати, дошла до ванной и встала под душ, надеясь, что он её взбодрит. Но стало только хуже. Её бил озноб и женщина поняла, что, скорее всего, у неё температура.
Она достала градусник из аптечки и убедилась, что не ошиблась. Почти тридцать девять… Неужели это грипп или какой-то другой вирус? И где она могла его подхватить, из дома кроме супермаркета в последние дни никуда не выходила. Наверное, в супермаркете и подцепила, там какой-то мужчина в очереди сильно кашлял…
Как некстати. Вероника давно так не болела, чтобы с высокой температурой. В детстве, наверное, в последний раз это было. А потом всегда считала, что у неё хороший иммунитет. И вот на тебе… Нужно выпить что-то от температуры и заняться начинкой для блинчиков. Хорошо хоть, что сами блины она с вечера напекла… И оладушки детям нужно сделать, она же обещала, дети их так любят по утрам, со сметанкой…
Женщина выпила жаропонижающее, достала из холодильника фарш, упаковку уже начатого кефира и почувствовала, что ноги её не слушаются, а голова вдруг так закружилась, что Вероника поняла: ещё немного, и она потеряет сознание…
— Мамочка, что с тобой? — как в тумане услышала она голос Ульяны.
Девочка проснулась раньше обычного, потому что захотела в туалет и увидела свою маму, сидящей на полу у открытого холодильника, в луже кефира…
Испуганная Ульяна разбудила отца. Григорий на руках принёс Веронику в комнату, уложил на кровать и позвонил в скорую. Женщину забрали в больницу…
* * *
— Ну что, голубчики, довели жену и мать до больницы, — накинулась Лилия на Георгия и детей, когда они пришли узнать о самочувствии Вероники.
— Почему мы? Что ты такое говоришь, Лиля! — попытался возмутиться Георгий. — Она же подхватила какой-то вирус, мы тут при чём?
— Говорю то, что есть. Ника призналась мне, что уже не один день неважно себя чувствовала, но продолжала носиться по дому как электровеник, чтобы обеспечить вам горячие завтраки и обеды, чтобы дом сиял чистотой, а в шкафу висели идеально выглаженные рубашки и блузы. Вы же всё на её хрупкие плечи взвалили, по дому вообще не помогали, вот её организм и износился раньше времени.
— Лиля… Мы не думали… Ника никогда не жаловалась, говорила, что ей в радость о нас заботиться… — растерянно ответил Георгий.
— А что с мамой? — всхлипывали Ульяна и Олеся. — Она поправится?
— Всё так серьёзно, да? – пробасил Андрей, у которого недавно начал ломаться голос. Парень старался держаться, но тоже с трудом сдерживал подступающие слёзы.
— Очень серьёзно, Ника могла погибнуть, но, к счастью, вовремя оказалась в больнице. Не переживайте, её жизни теперь ничего не угрожает. Но вы должны мне кое-что пообещать, — строгим голосом сказала Лилия.
— Всё, что угодно! – почти хором воскликнули муж и дети Вероники.
— Вы должны теперь её очень беречь. Давать возможность выспаться, и не перегружать работой по дому. Неужели, кроме Вероники некому посуду помыть? Ульяна, Андрей, справитесь?
— Конечно, — заверили дети. Они были очень напуганы тем, что жизнь их мамы была в опасности.
— И завтраки можно иногда самим готовить, это же не сложно. А ещё, Жора, сделай Нике подарок, как только она выйдет из больницы. Купи сертификат в салон красоты. Ей очень нужны положительные эмоции. Всё понятно?
Георгий и дети закивали, а Лиля с облегчением вздохнула…
— Молодцы! Завтра сварите для мамы куриный бульон и брусничный морс. А к выписке не забудьте навести дома идеальный порядок, вашей маме нельзя пылью дышать.
Через десять дней Веронику выписали из больницы, хотя она и просила подругу отпустить её домой пораньше.
— Я хорошо себя чувствую, честное слово. Испереживалась вся. Как там они без меня? Питаются, наверное, как попало и дом грязью зарос…
— Ты о себе должна думать, Ника, о своём здоровье, а за них не беспокойся, справятся. А будешь так переживать, я тебя ещё на неделю здесь оставлю!
Когда Ника вернулась домой, она была очень удивлена. В квартире было чисто, хотя она ожидала увидеть там полный разгром и толстый слой пыли. А на кухне ждал свежий обед.
— Я приготовил борщ, а Ульяша с Андрюшкой — котлеты, — не без гордости сказал муж.
— А я — салат из свежих овощей! — добавила Олеся.
— Ох, ничего себе, — Ника не верила своим глазам…
После обеда, который оказался очень вкусным, Вероника порывалась помыть посуду, но муж и дети её остановили.
— Теперь посуду будем мыть только мы, — категорично заявил муж. — И завтраки сами будем готовить, а ты спи, не нужно больше подскакивать в шесть утра, чтобы нас накормить. Мы же не малые дети, сами о себе позаботимся, и о тебе тоже.
— Мамочка, мы очень тебя любим, — сказала Олеся…
— И я вас, мои родные, — почти расплакалась Ника, обнимая детей и мужа.
* * *
— Лилька, ты что там такое моим наговорила? — спросила Вероника у подруги, когда в воскресенье они вместе отправились в салон красоты на маникюр и спа-процедуры.
— А что я такого наговорила? — хитро улыбнулась подруга.
— Ну про то, что я могла погибнуть, что жизнь моя была в опасности… Это же не так. Зачем ты преувеличила? Напугала моих. Они мне теперь по дому почти ничего делать не разрешают. Девчонки даже свои кофточки сами наглаживают и рубашки отцу и брату.
— А тебе разве плохо сейчас? По утрам спишь вдоволь, времени свободного теперь много…
— Нет, мне очень даже нравится. Мои, оказывается, такие самостоятельные! Всё могут. И приготовить, и погладить…
— Вот! Для этого и нужно было им сказать, что твоя жизнь была в опасности, а то взвалили на тебя всю домашнюю работу, словно ты железная. А так и, правда, надорваться не долго.
— Ну ты и хитрюга, Лилька!
— Да не могла я больше смотреть, как ты живёшь на бегу, и о себе совсем не думаешь. А как ещё до тебя достучаться-то, если ты меня не слышала? Вот и пришлось воспользоваться твоей болезнью и схитрить. Я же твоя лучшая подруга.
— Люблю тебя, Лилька. А знаешь, я ведь решила на работу вернуться.
— Правда? Вот это новость, я очень рада.
— Ага, сначала на полставки, а там посмотрим. Ну а чего дома киснуть, раз мои и сами хорошо справляются.
— Правильно мыслишь, Никуша. Тогда скорее бежим красоту наводить!
— Бежим. А потом ко мне на чай, Жора с Ульяной сегодня пирог пекут, с вишней.
Подруги засмеялись и счастливые вошли в здание салона красоты…в группе опусы и рассказы
Автор: Живу, люблю, пишу...