Продолжение

Маша была сама не своя. Запиналась на ровном месте, не смотря на то, что все время смотрела себе под ноги. А Вика продолжала мечтать. Они остановились возле нужного вагона. До отправления оставались считанные минуты.

- Я обязательно приеду к тебе в гости на день рождения. И привезу тебе огромный торт, - пообещала Маша. Она с трудом сдерживала слезы, смотрела на Вику жалобным взглядом, ощущая свою вину за ее внезапный отъезд.

- Правда? – Вика все еще не верила, что они смогли подружиться. Она крепко обняла сестру и вдруг всполошилась, когда проводник сделал громкое объявление, призывая пассажиров занять свои места, - у нас даже нет ни одной совместной фотографии!

Пока Маша растирала слезы, Вика достала свой телефон, настроила нужную камеру и всучила его в руки Алика. Маше пришлось повернуться к нему и растянуть улыбку, а ее сестра в момент вспышки зажмурила один глаз и высунула на бок язык. Затем звонко рассмеялась, еще раз обняла Машу и решительно двинулась в сторону проводника.

Прежде, чем затеряться в вагоне, Вика обернулась, помахала рукой, отчего из глаз Маши ручьями хлынули слезы. Алик все время был рядом. В какой-то момент он оказался настолько близко, что сумел прочитать входящее сообщение, которое Маша незамедлительно открыла.

«А вы неплохо смотритесь вместе».

Маша покосилась на Алика и робко улыбнулась в ответ на его ухмылку. Они не сказали друг другу ни слова, но между ними чувствовалось такое напряжение, что, казалось, сделай кто-то первый шаг, и оба разом бросятся в омут с головой.

Поезд тронулся. Вика мелькнула в окне, помахала рукой и вновь пропала. А Маша продолжала стоять до тех пор, пока последний вагон не затерялся на горизонте.

Обернувшись, она наткнулась на грудь Алика, который намеренно встал на пути, не желая упускать этот момент. Возможно, момент их последней встречи.

- Не думала, что вы с Викой такие друзья, - заметила Маша, вздернув подбородок.

- Пришлось подружиться, чтобы узнавать, как твои дела, - Алик чуть склонился и сдвинул брови, - скажи, это правда, что ты плачешь по ночам?

- Я? Я… не плачу, - заверила Маша, краснея. Это было лишь раз. Он рыдала в подушку, а Вика умело притворялась спящей.

Алик продолжал пристально смотреть, словно хотел увидеть в глазах Маши некий сигнал. Призыв к действию. Но ее лицо не выдавало никаких эмоций. Маша старательно прятала чувства за маской безразличия.

- Я завтра тоже уезжаю… - сказал Алик, вызывая бурную реакцию, которую Маша вновь подавила, сделав глубокий вздох.

- Думаю, ты соскучился по дому. По своим родителям, по друзьям…

- Я не хочу уезжать, - прервал ее Алик. Он перешагнул через свои принципы. И поцеловал Машу, слегка коснувшись ее губ, - вот по чему я соскучился больше всего. Вернее, по кому.

- Нет, Алик, уезжай, - взмолилась Маша, пытаясь сбежать, раз за разом натыкаясь на его грудь.

- Маш, скажи… мне остаться?

Его вопрос заставил Машу оцепенеть. Она уставилась на Алика огромными, недоверчивыми глазами.

- Я не буду принимать за тебя такие решения.

- Хорошо. Я понял, - он улыбнулся и с нежностью коснулся ее щеки, - давай, по-другому. Ты хочешь, чтобы я остался?

- Зачем?

- Ради тебя, Маш. Чтобы быть всегда рядом. В прошлый раз я сглупил, предложив тебе отношения на расстоянии. А сам с трудом продержался всего неделю. Я обещал, что не стану тебя заставлять. Только если сама захочешь. Хочешь? Маш…

- Хочу… - Маша улыбнулась и потянулась к нему навстречу. Алик обнял ее, прижался колючей щекой к виску и запустил одну руку в копну светлых волос. От волнения и внезапной радости его грудь тяжело вздымалась.

- Осталось только убедить твоих родителей в том, что я не опасен. Ты же меня не боишься, Машуль?

- Нисколько.

- Это самое главное. Едем домой?

Не успела Маша кивнуть, как услышала сигнал сообщения. Она отодвинулась от Алика, взглянула в телефон и расхохоталась при виде их совместного фото с сестрой, где Вика состроила забавную гримасу.

Маша вновь прильнула к Алику, обхватив его одной рукой. Они медленно двинулись вдоль платформы к выходу.

- Да, едем домой. Но по пути заскочим в одно место. У меня появилась потрясающая идея.

Спустя час они оказались возле подъезда. Маша предупредила родителей, что придет не одна, но все равно ужасно нервничала, пытаясь предугадать их поведение в присутствии Алика.

Он был спокоен. Едва только переступил порог, протянул руку отцу и представился низким, звучным тембром:

- Али.

Степан расправил плечи, чтобы не казаться на фоне крепкого парня хилым офисным простачком, ответил на рукопожатие и пригласил на кухню. Галина хлопотала возле стола. По просьбе мужа она разливала по кружкам чай, но продолжала испытывать к Алику недоверие.

- Кто твои родители? – задал Степа свой первый вопрос, который считал наиболее важным.

Алик рассказал, откуда они родом и почему сменили место жительства, обосновавшись в чужой стране, где не имели ни родственников, ни друзей, ни связей.

- Мой отец – врач. Мать – тоже. Брат проходит ординатуру.

- А ты… стало быть в строители подался?! – угрюмо заметил Степан.

- Не совсем. Я окончил факультет архитектуры. А здесь случайно оказался, - Алик покосился на Машу, щеки которой пылали от волнения. И добавил с улыбкой, - или не случайно.

С каждым ответом Алика, лицо Степана разглаживалось и добрело. Даже мама невольно заслушалась парня, речь которого была чистой и правильной. Вскоре они перешли на отвлеченные темы, и Маша незаметно покинула стол. Она зашла в свою спальню, развесила на стене фотографии, которые Вика бесцеремонно прятала в шкафу. И добавила к ним новый снимок.

Они распечатали его по дороге домой, и поместили в красивую рамку. Маша сделала пару шагов назад, чтобы охватить взглядом все фотографии разом, и случайно наткнулась спиной на маму.

Галя одобрительно кивнула, рассматривая новый снимок, на котором сумасбродная Вика состроила забавную, озорную рожицу. Такой она и была. Своенравной, назойливой, ветреной. И вряд ли она когда-либо изменится.

Маша прижалась к маме, испытывая невероятный трепет в душе, и тихо проговорила:

- Вот теперь, все мои родные и любимые в сборе. Пусть хотя бы так… здесь, на этой стене… мы будем одной большой, дружной семьей.