Продолжение

Работа больше не имела над ним прежней власти.

Глеб решил дождаться участкового доктора и послушать, что та скажет по поводу болезни сына. Только убедившись, что в целом с ним всё в порядке, но Дане в любом случае откроют больничный, он наконец собрался ехать в офис.

Помимо желания разобраться с Артёмом, им руководило желание поскорее закончить аудит, контракт возлагал на него определённые обязательства. И неважно, что это был договор родственников, он должен его исполнить, конечно, если не будут мешать.

Благо там не было пункта про неустойку. В этом была фатальная ошибка владельца фирмы, так что, при большом желании, можно с лёгкостью разорвать и заставить его съесть эту бумажку или подтереться ей.

Однако, хотелось убедиться, что тот не станет строить козни и не повесит на Дану всех собак, как только узнает о её увольнении. Прибыв на место, мужчина поднялся на нужный этаж и направился прямиком к Артёму.

Тот ждал зятя в своём кабинете, поскольку был предупреждён о его приходе. Он сидел за столом, задумчиво подперев голову руками, выражая своим видом лёгкую озабоченность. Рядом красовалась тарелка с нарезанными фруктами, сыром и маслинами.

А неподалёку от неё стояла бутылка дорогого французского коньяка, двадцатилетней выдержки. Раздосадованный мужчина уже успел несколько раз приложиться к бутылке, не дождавшись Глеба, с которым планировал распить мировую.

– Явился? – сухо осведомился он, оглядев вошедшего друга, с головы, до ног, Надеюсь, готов приступить к работе?

– Всё зависит от того, подпишешь ты вот это, или нет.

– Что за филькина грамота?

– Заявление на увольнение, как видишь.

– А чего твоя любовница сама не пришла?

– Не смей так её называть, понял?

– И как прикажешь мне величать твою кралю?

– По имени отчеству, будь любезен. А что касаемо наших с ней отношений, то они тебя никоим образом не касаются.

– Ого, вот значит как?

– Именно так.

– Значит она решила, что ты за неё заступишься?

– Надо будет, заступлюсь.

– А ничего, что по закону ей полагается отработать две недели?

– Ничего подобного, с сегодняшнего дня Богдана ушла на больничный по уходу за ребёнком.

– Уж не за тобой ли? Вы с ней что, всю ночь в мамки-сыночки играли?

– Не мели чушь, иначе получишь в бубен.

– Мда, не ожидал от тебя, зятёк. Быстро же ты забыл о нашей дружбе.

– Вот только была ли дружба, а, Артёмка? Лично я сильно в этом сомневаюсь.

– Поэтому ты запал на мою женщину?

– Не льсти себе, сам же говорил, что не было у вас ничего.

– Но ведь могло бы быть, если бы ты не влез не в своё дело?

– То есть, только тебе позволительно лезть, куда не просят?

– Ты это о чём?

– Я об откровениях Эмили, которая однажды поведала мне о твоей роли в одном давнем деле, когда ты справлял свою днюху, помнишь? – Глеб решил взять шурина на понт, поскольку тот был во хмелю и запросто мог принять всё за чистую монету.

– Так не мои проблемы, что твоя жена, которой и повод в общем-то не нужен, бухает, как не в себя. Я не обязан прятать от неё спиртное, – Артём пока явно не понимал, куда он клонит.

– Вообще-то, я сейчас не про алкоголь говорю, а про признание твоей сестры.

– Ну, это не ново, она всегда несёт бред, когда выпьет лишку. Бедняжка, тяжко ей с тобой живётся, недотрах налицо.

– Считаешь, это как-то связано?

– Ну, конечно, а ты думал, почему она употребляет? Вся в свою недоделанную мамашу пошла, такая же дрянь, так что, грош цена её словам.

– Знаешь, а я склонен ей верить, она так красочно описала, как ты согласился накормить меня пирожными с начинкой, чтобы я не отдавал отчёта своим действиям, видно понимал, что без допинга я на неё не взгляну, так ведь?

– Ах вот ты о чём? Так дело только в этом? Надо было сразу сказать, я бы тебе подогнал что-нибудь возбуждающее, чтобы порадовать сестрёнку. Я-то думаю, почему у меня до сих пор племянников нет, а оказывается у тебя проблемы, дружище? Богдана хоть в курсе, или она на всё согласна, лишь бы завлечь богатого мужика в свои сети?

– Ну ты и скотина, прикинулся другом, а сам.

– Слушай, а как ты думал? Неужто я должен был закрыть глаза на твоё желание связаться с какой-то там девицей, без роду, без племени? К тому же, меня об этом попросила не только сеструха, но и твоя матушка, увидели, что ты ничего не пьёшь, и бегом ко мне за помощью, ну я и подсобил, – самодовольно изрёк Караулов, сдавая всех причастных, – пожалел тебя, дурака, а то ведь ты бы жизнь себе сломал, связавшись с профурсеткой.

– То есть, я должен ещё и спасибо тебе за это сказать?

– Да ладно, брось, не благодари, всё для тебя. Кстати, твоя нынешняя пассия недалеко ушла, тоже овечкой прикидывается, бедной и несчастной, только у неё ещё и ребёнок имеется до кучи. Вот скажи, оно тебе надо? Ты бы лучше своих делал, вместо того, чтобы виться вокруг бабы с чужим приплодом, а то, неровен час, повесит на тебя своего байстрюка, с неё станется. Ну попользовал разок-другой, уступи другу.

Вот после этого Глеб на него и накинулся, не выдержав пошлых высказываний прожжённого циника. Это потом он уже поймёт, что лучше не говорить, что Дана и есть та самая девушка, и ребёнка родила как раз-таки от него.

Рано пока, а то ведь такая информация и навредить им может, мало ли на что ещё способен этот гад? В драке и лицо этому клоуну разбил, и айфон свой, до кучи, потому и не отвечал на звонки от любимой. Сам конечно тоже получил, но не сильно, удар пришёлся по касательной, после чего скрутил его в бараний рог.

– Ты мне руку сейчас сломаешь, кретин, – запричитал Караулов, скуля от боли, – совсем уже головой поехал?

– Я и вторую сломаю, если не подпишешь заявление Богданы на увольнение.

– Да без проблем, пусть катится, но учти, я это дело так не оставлю.

– Отлично, пожалуйся папочке.

– Всенепременно, думаю, он найдёт способ, как тебя приструнить. Или забыл, что твой батя от него зависит?

– Так это проблемы бати, не мои.

– Посмотрим, как ты запоёшь, когда он пустит твоих родителей по миру.

– Заботься лучше о своих капиталах, а то ведь аудит ещё не прошёл.

– Хорошо, что ты помнишь о своих обязанностях. Давай, приступай, жду результатов.

Глебу хотелось бросить это гиблое дело, но нужно было проследить, чтобы на Дану ничего не повесили. Остаток дня провёл за работой, а вечером вызвал такси и поехал домой к ней и сыну, наплевав, что хотел заехать в салон связи и купить новый телефон.

После ужина Дана поделилась с ним своими соображениями по поводу активного участия матери Глеба в той самой подставе. Каково же было её удивление, когда он подтвердил сей факт, подробно рассказав о разговоре с Артёмом.

– То есть, он не в курсе, что мы с тобой давно знакомы?

– Да, пусть думает, что я просто решил ему отомстить.

– Но ведь он может позвонить и предупредить твою жену.

– Пусть делают, что хотят, им теперь ничего не поможет.

– А ты расскажешь об этом отцу?

– Конечно, он должен знать, на что способна его любимая супруга.

– Она прежде всего твоя мать.

– И что с того? Думаешь, я забуду, что она сделала с моей жизнью? Из-за её козней ты уехала и родила сына, который рос вдали от меня, никогда ей этого не прощу.

– Надеюсь, ты не станешь мне запрещать общаться с моей мамой? Она ведь тоже внесла свою лепту в наше расставание.

– Нет, я права не имею тебе что-то запрещать.

– Кстати, мы сегодня с ней созванивались и я рассказала о своих подозрениях, для неё стало шоком, что Ольга Петровна могла участвовать в той подставе. Ведь одно дело желать твоей свадьбы с другой и совсем другое вредить намерено.

Дана ещё не знала, что после их разговора, Аделина Игнатьевна направилась прямиком к вздорной бабёнке, чтобы вывести её на чистую воду. Она узнала адрес, через своего приятеля, с которым познакомилась, когда отдыхала в санатории. Павлуша подключил для этого все связи.

Он не только раздобыл нужные сведения, но и предложил свои услуги в качестве бесплатного таксиста. Им с лёгкостью удалось проникнуть на территорию коттеджного посёлка, из-за халатности охранников. А всё потому, что произошла путаница. Ольга собиралась устроить мужу сюрприз на юбилей и ждала в гости организатора праздников, но вместо неё явились другие визитёры.