Продолжение

В её голосе звучала неприкрытая угроза. Что-то с ней стало за то время, как я съехала. Ну не была мать такой злобной! Да, недолюбливала меня всегда, но вот такого не было никогда! А как она на меня смотрит? С ненавистью!

Внутри что-то дрогнуло. Может, маленькая девочка внутри меня заплакала от боли и обиды, но я уже взрослая. Мне неприятно слышать такое из уст родной матери, но слёзы лить из-за неё я не буду!

«Витя что-то ей наговорил? Может, гадостей про меня насочинял, лишь бы мать быстрее вопрос с квартирой решала? Полгода всё же прошло с нашего разговора. Даже чуточку больше».

- И где же я буду жить? Гриша мне не муж. Захочет, выставит. И куда я пойду, по-твоему?

- А ты взрослая уже. Можешь снять, можешь купить. Да и не будь дурой-то такой! Давно пора мужика окольцевать! Бабы во все времена умели мужиков до загса доводить, а ты у меня одна такая, что ли? Могла бы уже хитрее стать! А была бы хитрее, квартира бы на тебя записана была. Это вы что, окна поменяли, что ли?

Я не ответила. Степень наглости меня просто поражала!

- А зачем тебе моя доля?

- Хотим в деревню переехать.

- Продай свою долю. Уверена, ты выбрала такую развалюху, что тебе хватит на её покупку денег и от продажи доли!

- А Витя как ипотеку закроет? Ты как была эгоисткой, так и осталась! Он работу потерял, между прочим. Ему платить нечем. Ты хоть осознаёшь, что твой брат на улице может оказаться?

Всё как всегда! Годы идут, а песенка всё та же: Витя, Витя, Витя... То есть, я взрослая и могу решить свои проблемы сама, а он, мой старший брат, их решить не может?

- Ты уже продала для него бабушкину квартиру. Теперь и вовсе хочешь без недвижимости остаться? Между прочим, ты обещала, что эта квартира достанется мне. А теперь отбираешь у меня последнее.

- Я не обещала! – отрезала мать. – Предполагала, что такое возможно. Да только ты неблагодарная эгоистка! Ты почему так родного брата ненавидишь? Столько лет всё лаешь в его сторону, как злая собака! Ты не на улице живёшь, вон, мужиков табун завела! Пусть они тебя обеспечивают, или ты задарма с ними?

Эти слова меня добили окончательно. Почему я должна это всё выслушивать?

- Убирайся от сюда, – прошипела я. – Вон пошла! – мой голос резко громче. – Пошла! И не смей переступать порог этого дома!

- А это дом Гриши, – ехидно протянула она. – Он мне сюда приходить не запрещал! Ладно, дам тебе время подумать до завтра. Подумай! Ты же знаешь, я слов на ветер не бросаю. И всё равно своего добьюсь. Своим отказом ты делаешь хуже не мне и Витюше, а себе.

И она двинулась на выход. А я не могла заставить себя пойти за ней. Меня трясло, как в лихорадке, в голове стучало. Казалось, даже мои глаза сейчас налились кровью. Я судорожно втягивала в себя воздух. Хлопнула входная дверь, а у меня всё не получалось пошевелиться.

Она скинет фото Грише? Да плевать! Есть вероятность, что он даже не поймёт, кто на той фотографии. Даже я почему-то не сразу себя на ней узнала. Ракурс, видимо, такой.

Вот на что не плевать, так это на её угрозы отобрать мою долю любым способом. Если мать что-то задумала, её уже сложно остановить. Всегда так было.

И что она сказала про Витю? Остался без работы? И что? Другой нет, что ли? Он же в крупном городе живёт! Так он у матери пенсию забирать начнёт, а та у меня будет денег просить.

И не откажу же.

Мать всё-таки.

Только лишаться своего угла из-за Вити, я не намерена. Нужно срочно посоветоваться с Яшей! Может, подкинет ценный совет.

Ох, как мне не хочется грузить его своими проблемами! Но больше искать помощи негде. Гриша, как всегда, проявит равнодушие к проблемам «чужой» семьи.

***

Яша молча смотрел на меня, что-то обдумывая. А я также молча смотрела на него, думая совсем не о том, о чём нужно размышлять в такой ситуации. Я думала, что у Яши красивые глаза. Они всегда казались мне просто серыми, а теперь я видела в них голубой отлив. И такой внимательный и добрый взгляд…

- Нужно посоветоваться с юристом, – наконец произнёс он. – У меня есть знакомый. Правда, в Москве. Но думаю, он легко проконсультирует нас по телефону.

И не медля ни минуты, даже не дожидаясь моего согласия, он тут же вынул из кармана телефон и набрал чей-то номер.

Пока он говорил, я сидела в напряжении, и почти ничего не могла разобрать. Почему-то мне стало страшно, будто меня впереди ждут непростые дни. Разговор длился долго, и я успела взмокнуть от напряжения.

- Спасибо, Юра! – сказал Яша. – Да, думаю, мы так и поступим. Ещё раз спасибо!

Я уставилась на него с беззвучным вопросом: ну что?

- Продавай долю. И чем быстрее, тем лучше.

- То есть… – растерялась я. – Как продать? Я же хотела… сохранить свою комнату…

- Юра говорит, что в таких вопросах в некоторых семьях находят рычаги давления. Ты не одна такая. Думала, что на всём белом свете только у тебя проблемы с матерью? Нет. Ещё бывают ситуации наоборот: когда родители хотят спокойно дожить свой век в привычном им месте, а дети, являющиеся владельцами долей квартиры, давят, чтобы те продавали жильё.

Яша помолчал и добавил:

- Это отличный пример того, насколько неидеальна жизнь и люди в ней. Я был дураком. У меня в голове почему-то так всё складывалось, что есть люди, которые надо мной насмехаются и их большинство, а есть люди, которым я дорог. И вот последние-то ничего плохого мне сделают. Я ошибся. Не хочу, чтобы ошиблась и ты.

- Не могу представить, что я это сделаю, – тихо сказала я. – И что мне делать потом? Вырученных денег не хватит на квартиру.

- Вот здесь ты права, – кивнул Яша. – Доли стоят дешевле. Но район у вас хороший, квартиры недешёвые. Так что… Думаю, мы что-нибудь придумает. Купишь себе что-нибудь… Или обменяете с мужем вашу квартиру на что-нибудь поближе к центру.

Я не говорила Яше, что Гриша мне не муж. Не знаю почему. Наверное, потому, что при первой встрече я назвала Гришу мужем. Но сейчас я брякнула:

- Он мне не муж. Квартира, в которой мы живём, полностью его. Мы с Веней даже прописаны у матери.

- Даже так? – удивился Яша. Он внимательно на меня посмотрел, пробормотал что-то, но я не разобрала ни слова, и вернулся к прежней теме. – Тем лучше! Подберём тебе что-нибудь. Твоё личное! Как ты смотришь на покупку комнаты?

Когда-то я об этом думала. Но недолго. А сейчас протянула:

- Ну… можно. Наверное, других вариантов у меня всё равно нет? Но получится ли из доли хотя бы комната?

- Вот тут нам поможет риелтор.

- Их все не любят, – поморщилась я. – Чем он может помочь? Да ещё и платить нужно!

- Хороший риелтор очень даже может помочь. Даст оценку, поищет покупателя. А ещё он знает всё о недвижимости нашего города.

- А где его взять, риелтора хорошего?

- По знакомству и по рекомендации, – ответил Яша, вновь доставая телефон. – Помнишь моего соседа Женьку? У которого в квартире одни женщины.

Я кивнула.

- Его сестра занимается недвижимостью. Вот мы у неё и проконсультируемся!

Мне захотелось закричать. Просто закричать от боли и радости одновременно! Что я сделала в этой жизни такого, что на моём пути попался Яша?! И где он был столько лет? Мне кажется, познакомься мы раньше…

Стоп. Размечталась! Яша видит меня. И видит, какая я некрасивая. Ни разу он ни на что не намекнул. Почему? Потому что как женщина я ему неинтересна.

А он мне?

Тьфу, нашла время!

А Яша время не терял и уже снова разговаривал по телефону. Мне трудно было представить его толстым и закомплексованным. Сейчас он говорил твёрдым голосом, уверенным, но сам мне рассказывал, как трудно ему раньше давалось общение с людьми.

Почему Гриша не такой? Он вроде бы философ, преподаватель. А со мной и поговорить толком не может!

И тут я почувствовала нечто, сравнимое с ударом хлыста. Может! Он же разговаривал со мной, когда мы обсуждали книги. Часами разговаривал! А теперь всё, вместе живём и больше, видимо, поговорить нам не о чем.

- Уф, – выдохнул Яша, убирая телефон. – Что-то сегодня жарковато! Будешь мороженое? Я угощаю!

Ну как он это делает? Одним взглядом на меня он снял напряжение, и я невольно улыбнулась. И кивнула. Буду всё, что ты предложишь!

Мы прошлись до ближайшего магазина и выбрали себе по эскимо. Вышли на улицу, и Яша сказал:

- Сестру Женьки зовут Ирина. Она сказала, что на долю в твоём районе она найдёт покупателя. И ещё сказала, что можно подобрать комнату, но чтобы ты на многое за такие деньги не рассчитывала.

- А я и не рассчитываю, – произнесла я, с надеждой в голосе. Неужели… Неужели у меня появился шанс приобрести собственное жильё? Столько лет отсутствие у меня хоть чего своего было для меня отягчающим обстоятельством!

- И ещё есть проблема, – сказал Яша. – Так как твои родители тоже владельцы квартиры, они имеют приоритетное право в покупке твоей доли. По закону у них есть месяц, чтобы выкупить твою часть, но ты должна их уведомить о намерении продать долю.

- Это как? Просто прийти и сказать? – спросила я. И мне вдруг захотелось немедленно отправиться к матери и посмотреть, как у неё округляться глаза, когда она узнает о моих планах!

- Точно не знаю. Нужно разобраться. Ну что, ты согласна выйти на тропу войны со своими родственниками?

- Конечно! – воскликнула я. – Не станет моей доли в квартире, исчезнет этот камень преткновения!

Я подумала, что, может, со временем у нас тогда с матерью наладятся отношения? Никому и никогда я не признавалась, и даже самой себе не позволяла об этом много думать, но мне бы хотелось, чтобы мы с ней жили дружно.

Как мать и дочь. Как семья.