Продолжение

Слова в ней были собраны из газетных букв. Андрей даже усмехнулся, увидев это. Но вникнув в текст, ему стало не смешно.

Лёша уже не спал, и сам открыл дверь.

- Андрюха? Привет! Заходи. Ты чего так рано и даже не позвонил?

«И это он меня спрашивает! – возмутился внутри Андрей. – Сам-то не торопится извещать о своих визитах!».

Но вслух сказал совсем другое:

- Смотри.

Программист протянул другу листок с короткой фразой:

«Ты следующий!»

- Где и когда ты это нашёл?

- Утром увидел. Кто-то просунул записку под калитку.

Участковый задумался. В сени вышла Нина Николаевна и всплеснула руками:

- Лёша! Ну что за манеры! Как можно держать гостя на пороге? Андрей, здравствуйте, проходите. Я кофе сварила, сейчас завтракать будем.

Молодые люди безропотно прошли за женщиной в дом и устроились в столовой. Пока она хлопотала, накрывая стол, Алексей заметил:

- Я от тебя ушёл в начале двенадцатого. А ты во сколько вышел утром?

- Без двадцати минут шесть. А вчера спать лёг почти сразу, как тебя проводил.

- Значит, записку подсунули примерно с полдвенадцатого до пяти.

- Да что здесь думать? Это кто-то из участников соседских войн. С Антоном у меня пока вроде нормальные отношения. И вчера он был в стельку пьян!

- Ну и что? Проснулся, оклемался и записку подбросил!

- Так буквы вырезать ещё нужно… Кстати, странно. Смотри, они словно из очень старых советских журналов вырезаны. Вот эти газетные, а эти… Видишь?

- Ага, – кивнул участковый, но не стал заострять на этом внимание, а продолжил: – Тогда Николай. И повод есть – именно ты помогал арестовать его сына. Ты камеры установил, ты придумал на живца ловить.

- Почему тогда он не начал мстить мне раньше?

- А когда? Они с Усельцевым почти сразу сцепились, потом по пятнадцать суток отсидели. Вот немного утихли страсти и новый виток пошёл – магазин сгорел, тебе записку подсунули.

- Я не хочу, чтобы мой дом сгорел следующим! – возмутился Андрей. – Нужно срочно остановить эту стычку! Сейчас позавтракаем и пойдём к Николаю, поговорим.

- Так уж он тебе сразу и признается, ага, жди! – усмехнулся Лёша. – Здесь нужно что-то хитрое придумать!

- Так, всё, давайте завтракать, – скомандовала Нина Николаевна, появляясь из кухни с большим подносом в руках. – Нечего на пустой желудок головы ломать!

Но пообщаться не удалось и после завтрака. Отдуваясь и кряхтя, в дом без стука ввалилась Дарья Гавриловна.

- О, милки, оба тута! – обрадовалась она. – Опять у меня яйца пропали! Ну вот сил моих уже нет! Я уверена, это Васильич ворует. У него своей животины нет, пенсию он пропивает.

- Дарья Гавриловна! Сколько повторять вам можно, – воскликнул Лёша, – лисы часто яйца у деревенских воруют, а жаловаться только вы приходите.

- Так от леса до меня четыре дома! И в трёх курей держат, а пропадают яйки только у меня!

- Давай ей камеру поставим, ну не отстанет же, – прошептал Лёша на ухо программисту. – Потом посмотрим, в чём там дело.

- Ладно, – буркнул Андрей.

Ему было немного обидно, что такую простую идею не он предложил. Давно бы от назойливого внимания старушки избавился.

- Дарья Гавриловна, ступайте домой и ждите нас – важно произнёс Лёша. – Мы скоро придём к вам и осмотрим место преступления.

- Ой, вот спасибо вам, милки. Побегу и вы не задерживайтесь.

И она действительно как могла, побежала. А молодые люди пошли в дом Андрея, взяли всё необходимое для установки видеонаблюдения. Смонтировав и настроив камеры, Андрей сказал соседке:

- Никому не говорите, что мы приходили. Иначе ничего не получится.

- А долго молчать-то? – опечалилась Дарья Гавриловна. – Даже Надьке нельзя сказать?

- Даже бабе Наде нельзя. Совсем никому. Если скажете, то мы вам уже ничем не поможем.

Старушка выглядела расстроенной, но молча кивнула и проводила молодых людей. Она не сказала им ни слова на прощание, и Андрею показалось, что Дарья Гавриловна твёрдо настроилась не проболтаться. А для этого решила и вовсе не разговаривать.

- Теперь к Николаю? – спросил Лёша.

Андрей кивнул и предложил:

- А может вызовем их обоих? Назначим встречу тет-а-тет, и все вместе обсудим сложившуюся ситуацию?

- Можно попробовать, – кивнул участковый, – но что-то подсказывает мне, что ничего хорошего из этого не выйдет.