Продолжение

А нам то двоим много ли надо? Этого достаточно. Дунька молочко дает, я даже сыр козий делать научилась, курочки яйца несут, а кролики так, для души.

- Ну все равно, за этим же за всем ухаживать надо! А у меня даже кот не прижился…

- Какие твои годы! – снова засмеялась Татьяна.

- Нет уж! Я еще столько стран не повидала, в столько мест интересных не съездила, а это все – не мое. Да и студенты мои чего стоят? Как зачет или экзамен, и днем, и ночью покоя не дают. Лучше всяких питомцев!

- А зачем же ты это позволяешь?

- Понимаешь, у меня подход такой. Нужно быть с ними на одной волне, тогда они тебя уважают, слушают. Вот спроси, я все о молодежи современной знаю, что слушают, как одеваться нынче модно, куда ходить. Вот они у меня где! – демонстративно показала Вера сжатый кулак.

- А я совсем стандартная училка. У меня даже прозвище есть.

- Да ты что! Какое?

- Смешно сказать – Линейка Петровна!

- Почему Линейка?

- Потому что заставляю всех ими пользоваться. Не нравится мне, когда ученики от руки подчеркивания делают. Я люблю, чтобы все по линеечке было. Вот и прозвали так. А я делаю вид, что не догадываюсь об этом. Потешные они. Но я не обижаюсь, бывает и похуже. А вообще, я строгая учительница, побаиваются даже.

- Ну да, ты, прям, строгая. Вон, целый день улыбка с лица не сходит.

- Это я просто тебе радуюсь. Ой, Верка, как я по тебе соскучилась, по молодым нашим денечкам. А помнишь, как мы с тобой картошку в общаге жарили?

- Ага, а мальчишки у нас ее украли. Ходили потом довольный котяры!

- Да, сколько всего было! И интересного, и смешного, да и печалей нам хватило. Все ведь вместе. Так мне тебя не хватало.

- Не говори, Танька! Такой подруги, как ты, у меня больше не появилось.

Женщины весь вечер сидели вместе на садовой качели под яблоней, вспоминали былое, смеялись, рассказывали у кого что произошло за годы разлуки. По телефону всего не расскажешь, куда приятнее смотреть человеку в глаза.

Таня была так счастлива, что наконец-то Вера нашла время для того, чтобы навестить ее. Андрей, Танин муж, тоже был рад старой знакомой, но, чтобы не мешать подругам косточки перемывать, оставил их одних и занялся своими мужскими делами, до которых руки не доходили.

Он принялся разбирать свои рыболовные снасти. Очень он любил это дело, но Таня терпеть не могла вида и запаха свежей рыбы, поэтому, если и отпускала его на рыбалку, то с уговором, что она даже не прикоснется к улову.

Спать улеглись уже поздней ночью, что для деревенских жителей не свойственно. Но как тут лечь, если столько всего происходило, о чем нужно рассказать.

- Хорошо у Вас здесь. Тихо так, красиво. Вон, речка какая у Вас замечательная. Сходим как-нибудь?

- Сходим конечно. Завтра после обеда и сходим.

- Ой, а звезды то какие! А воздух! – не могла насмотреться Вера на всю эту красоту деревенской, летней ночи.

- Звезды, как звезды. Это Вы там в городе на них не смотрите.

- Да. Вот я у Вас побуду еще несколько дней и поеду в одно место. Не помню, как правильно называется, но там, говорят, тоже очень красиво. Поехали со мной?

- Да куда мне. А за всем этим, кто будет присматривать? Лучше ты подольше оставайся.

- Посмотрим.

Утром Вера проснулась от какого-то шума. Таня в спешке носилась по дому, что-то складывала в сумку, суетилась. Андрей ее торопил.

- Что случилось? – потягиваясь, спросила Вера.

- Верка, все. Ленку ночью увезли в роддом. Мы поедем.

- Зачем? Вас же все-равно туда не пустят.

- Ну и что. Мы хоть в окошечко поглядим. Очень я переживаю, на сердце не спокойно. Это же первый внук!

- Да все хорошо будет. Поезжайте, а я еще посплю.

- Вера, я все успела, только куриц не накормила. Ты, как проснешься, насыпь им зерна. А потом мы вернемся, я разберусь. Я на пороге оставила, в ведерке. Сможешь?

- Смогу, конечно. Поезжайте спокойно!