Продолжение

- Злата, не бойся. Я сейчас выйду. Не бойся, со мной у тебя всё будет, поняла? Всё! Скоро будешь моей женой!

- Я обещала поделиться с Юлькой, потому, что она вместо себя... отправила меня... на встречу с тобой... - залепетала я опять, как виноватая.

- А как получилось, что у вас одинаковые фамилии? С Юлькой твоей?

- Не знаю, случайно. Ивановых много. У моей тети другая фамилия, она замуж выходила раньше. Арсений, я была бы так признательна, если бы мне…вернули мой телефон и карточки с кошелёчком.

Он остановился и виновато уставился на меня.

- Злат, я как раз хотел тебе сказать. Не нашли. Камеры просмотрели – ну не видно там ничего.

- Хорошо, что документов в сумке не было… И проездной пропал... И фото моей мамы в кошельке…. Хорошо, что я его у Наташки отсканировала. Еще напечатаю. Правда, это будет уже не то. Мне казалось, что мамины руки касались той фотографии и она особенная.

Арсений смущенно потупил глаза и вышел. Я осторожно открыла свой чемодан. Еще одна настоящая фотография мамы, которую сняла со стены и взяла с собой, лежала в кармашке, но в другом. А паспорт…

Рамочка с фото лежала вместе с паспортом, но его не было! Где он? ... Фух. Здесь. Значит, Арсений Викторович лазил в моём чемодане, пока я спала или принимала душ. Ну … как-то совсем странно.

Жалко, что мама такая грустная… Почему у тёти совсем нет хороших фотографий? Да, мама меня родила в сорок лет, поздно, но влюбиться можно в любом возрасте. Только вот что теперь делать? Меня распирает от чувств, а этот Арсений Викторович прекрасно держит себя в руках и со мной и с этой Аленой ...

Интересно… А что чувствует Арсений? Вообще, как выглядят влюблённые дяденьки? Я же не знаю…

"Бабушкину" ночнуху стянула быстро и без сожалений скомкав, сунула в чемодан.

Я в ней, как сбежавшая из псих больницы. Еще и волосы растрёпаны, свалялись… Не надо было мыть и сушить их вчера полотенцем…

Ладно, я девушка совершеннолетняя, что хочу, то и делаю, даже если мы с ним всего два дня вместе. Ведь заводят курортные романы и забывают о них. Наташка так уже два раза заводила, пока мы с Юлькой пели песни на фестивале. Аккомпанировать одной девочке поехала, а Юлька со мной. И Наташка примчалась на каком-то автобусе всего на три дня. И всё это время Наташа «отрывалась» с местным парнишкой, набрала у него целую сумку с бутылками домашнего гранатового сока и каких-то разноцветных чурчхел, а потом мы ехали домой и распевали песни довольные, все втроём.

Я решила предложить Арсению стать моим парнем. Так будет лучше, чем никак. Вышла, причесавшись, как приличная учительница, села за стол и увидела, что Алёна гуляла, томилась на улице, в саду. Прогуливалась в своём шикарном комбинезоне. Одни ноги! Ну что это такое!

- Злата. Ты учишься? - услышала я голос моего прекрасного жениха.

- Да, в колледже искусств. … А что?

- У меня друг в университете, могу тебя осенью туда устроить, без вступительных. Я вернулся с колонии поселения и... учился. Тебе надо, ты хочешь. Я вижу, как загорелись твои глаза! - Изрек Арсений, рассматривая меня, бесстыжую и не зная, какие мысли овладевают несчастной Златой при виде его фигуры.

Еще и подушился… Во оно какое истерическое чувство, когда хочется смеяться и рыдать одновременно.

- Арсений, а давай я просто попробую познакомиться с твоим отцом, - спокойно сказала я и опустила глаза, чтобы не отвлекаться на его передвижения по столовой, - Как его отчество? Виктор…

- Алексеевич. Даже от одного имени меня передёргивает. Я его ненавижу, буду рад, если он окажется не моим отцом на самом деле.

- С появлением в его доме другой женщины и девочки, ты совсем перестал его любить?

- Я злюсь на него всю сознательную жизнь. Ненавижу за то, что он так поступил с нами!

- Любовь и ненависть… ощущаешь всем существом, - я посмотрела на мужчину и заметила, что Арсений вздрогнул, замер, остановился, прислушался, - Это правда. Внутри что-то сжимается при мысли о человеке, кого ты ненавидишь… или … любишь. Каждая встреча с ним меняет нас… А маму ты любил?

- Пей чай, ешь… Или омлет сделать? Кофе?

- Мне? …Не надо… Спасибо.

Я взяла что-то похожее на йогурт с иностранной надписью. Открыла крышечку. Это оказалась мягкая белая паста с зеленью. Увидев, как Арсений тоже такую взял и мажет её на хлеб, я сделала точно так же.

– Ты любил маму? - повторила я свой вопрос.

- Конечно. Очень. … Злат, а она у меня любила... выпить. Отец разрушил её жизнь, мою. Я считаю, что должен быть его наследником и получить картины, которые мне очень … очень нужны… Там изображена моя мать. И Стелла. И еще много, много дорогих подлинных картин.

- И мама Стеллы, да? Ты хочешь их сжечь? … Моя тётя… То есть её муж ... чина сжег альбомы, когда понял, как они мне дороги. Хоть бы твой отец так не сделал… Жаль, что никто из вас не мог быть счастливым… Вы могли бы просто... признаться, что всё еще любите...

- Поешь и выходи, я жду тебя на улице.

Арсений явно не хотел разговаривать на эту тему со мной. Постеснявшись попросить телефон, я сидела и думала, что же сказать Наташке. О том, что он рылся в моих вещах, решила промолчать. А вот на свадьбу позвать нужно. Даже если Арсений так пошутил или обманет меня, Наташка с Юлькой не будут смеяться и злорадствовать.

Я быстро вышла, аппетит пропал, когда увидела, что Алена подошла к нему и обняла. Она, молча, заперла дом, огляделась, как шпионка, выехала за ворота и помахала рукой нам в окно. Похоже, они помирились.

Мы тоже же сели в машину и двинулись следом. Ворота автоматически закрылись, а я всё смотрела назад, на этот дом, где мы были вдвоём и чувствовала, что не бывать этой свадьбе и не видать мне такого мужа, как своих ушей. Разные мы совсем, принцы не бывают в реальной жизни, то есть бывают, но Золушек они только используют, чтобы наследство получить.

Бессонная ночь дала о себе знать, я тут же уснула, как только начала смотреть на мелькающие деревья и машины. Очнулась от прикосновения его руки к плечу.

- Всё, Злата, мы приехали! Идем!

Я открыла глаза и увидела вдали красивую арку здания Московского ЗАГСа. Нормальная невеста бы обрадовалась, а я почему-то похолодела.

- Мы напишем заявление, а когда нас поженят? – спросила несчастным голосом.

- Постараюсь, чтобы это случилось как можно раньше. А потом к отцу попробуешь проникнуть.

Проникнуть! Я не шпион и не воровка...

- У нас проблемы... - сказал Арсений.

Я только мысленно усмехнулась. Предчувствие не обмануло, в понедельник ЗАГС не работал.

- Арсений, а что тебе говорит твоя интуиция? Мы правильно решили пожениться?

- Причем тут моя интуиция? Да, мы правильно решили пожениться! – злился он.

- А мне кажется, что ничего хорошего эта свадьба нам не принесет! - Я его не менее взволнованно поправила, - Ну, кроме брачной ночи. То есть, я хотела сказать, что-то хорошее будет, конечно. И вообще-то... Арсений, я пошутила про кольцо.

- Зато я не пошутил.

Арсений очень сильно нервничал, намного сильнее, чем вчера.

- Но почему? Зачем ты женишься на мне? Почему ты решил, что твой отец оставит мне наследство? Это же невероятно.

- Я просто хочу на тебе жениться.

- Но я недостойная!

- Ты достойна самого лучшего. Обещаю, что ты получишь больше, чем можешь представить, когда его не станет. Теперь я это знаю точно, Злата.

- Можно мне сначала с подругой посоветоваться? – озадачила я его вопросом, - Только боюсь, что телефон моей подруги я не помню…

Если сказать честно, я хотела увидеть Наташку, пока моя любовь окончательно не затмила разум. Ночь прошла, волшебство темноты уже почти исчезло, и сейчас со мной рядом был дерзкий мужчина, которого я знала меньше двадцати четырёх часов. Подруга быстро поставит мне мозги на место.

- Ну, маленькая, что с тобой такое? – его голос снова прозвучал мягко и просящее.

- Ты стоял на коленях. … - я помолчала и решила ему сказать всё, что думаю. - Я тебя сегодня боюсь. Такой, как ты не может стоять на коленях и просить руки у такой, как я. Это не было похоже на договор, соглашение, контракт… Мы поцеловались! И ты… сам это остановил!

Арсений усмехнулся.

- Почему я стоял на коленях? Злат, я напомню. Ты сидела, а я хотел посмотреть прямо в твои глаза. Чтобы видеть лучше, встал на колени. Так удобнее смотреть. Ты же легла рядом со мной, чтобы интереснее было слушать?

- А зачем тебе смотреть в мои глаза вот так? – я понимала, что он хотел воздействовать на меня, но все же хотел, чтобы мужчина сознался.

- Хотел понять – рада ты или нет.

- А я подумала, что ты сумасшедший.

Он рассмеялся.

- Ты бы себя видела! Еще и в реверансе присела. Когда ты, золотце, вылезла из под стола... Сюрприз удался, хозяйку дома напугала. Выходи за меня, Злата! Заявление подаём завтра.

- Завтра я уже буду с твоим папой. Сегодня я с ним познакомлюсь.

- Нет, сначала ты за меня выйдешь.

- Нет. – Я вся внутренне напряглась.– Сначала к старику, только поскорее, пожалуйста. … А потом женимся. У меня будет другая фамилия? Твоя и твоего отца? А если я хочу оставить мою?… Мамину, родную?… Ты знаешь, какая у меня фамилия!

- Злата, ты что, передумала? – сглотнув, спросил Арсений.

- Ты знаешь, какая. Одинаковая с Юлькой, - проворчала я. – И еще я вот подумала, что ты сделал предложение на коленях, чтобы я точно согласилась.

- Мне жаль, что ты так подумала.

Он не смотрел на меня.

Заметно нервничал, еще сильнее сжимал губы.

- Ты в мои вещи залез.

Он вздохнул и признался:

- Должен был понять, что из одежды тебе нужно купить. Когда я взглянул на твою восхитительную ночную вещицу, понял, что надо проверить. Вдруг все вещи такие. Увидел паспорт. Не удержался, извини, Злата … Я же ничего не украл.

- Там нечего красть, хотя… Я бы тоже на ваш паспорт посмотрела. Но если бы он лежал просто так, на виду! Это нехорошо лазить по чужим вещам. Мы же не в детдоме, но даже там не любят такого. Вы могли спросить…

- А почему опять на "вы"?

- Не знаю… Ты иногда похож на мальчишку, а сейчас снова взрослый дядя, Арсений Викторович.

Наши взгляды вцепились друг в друга, и я чувствовала, как внутри у меня что-то снова происходит.

Все наливается теплом. Ну люблю я его, что с собой сделать-то?

– Это меня травмирует. То, что ты сказала. Я что, старый для тебя?

– Нет, если я думаю о тебе, как о человеке… То есть о муже. А ты? Ты представляешь меня своей женой?– с трудом выдавила я из себя этот вопрос.

Он моргнул несколько раз, и в лице появилось что-то новое.

Враньё. Не хочет, не представляет… Растерян.

– Уверен, ты будешь хорошей женой. Мы подпишем контракт… И когда же я похож на мальчишку? – бросил Арсений, усаживаясь в машину.

Я тоже села рядом и вздохнула:

- Так… иногда… ну там... в темноте. Арсений, мне стыдно, но не очень.

- Хорошо.… - он улыбнулся и тихо засмеялся, - Стыдно, но не очень. ... Лучше так больше не делать.

- Что не делать?

Ответа на свой вопрос я не дождалась.

Что не делать, если он собирается жениться?

Мы оказались на другом конце города в салоне красоты, причем, явно в мужском. Волосы мне начал красить какой-то мужик с бородой и татуировками. Вертел в кресле, клацал ножницами, даже бритву достал, и я подумала, что он откромсал мне челку по самый лоб.

А когда он буркнул: «Закрой глазки, звезда моя, сейчас я тебе лицо нарисую», мне захотелось сбежать в туалет и закрыться там. Но я послушно закрыла глазки.

Он прикасался к моему лицу чем-то прохладным, довольно интересно было. Потом чем-то пушистым. Потом началось: «Закрой-открой» и, наконец, повернул меня к зеркалу.

В зеркале отразилась какая-то жуткая женщина. Или дьявол, который носит Прада. Я действительно подумала именно так, когда увидела отражение.

У меня была новая прическа, гладкие тёмно-каштановые волосы. Он действительно нарисовал мне лицо, да такое, что родная тётка бы даже с лупой не поняла, что перед ней Злата. А Наташка с Юлькой точно бы прошли мимо.

Нос стал совсем маленьким и тонким, щеки лоснились, как у Алёны, глаза сверкали и были обведены черным,а сверху серебряные блестки. Брови стали четкими, как будто их мне с другого лица перенесли, а губы… Ох ты класс!!! Я и не знала, что бывают такие крутые помады!

- А ну улыбнись, звезда!

Я оскалилась.

- Ничего, привыкнешь. Помаду вот, держи, она стойкая.

- Я такая… страшная!

Поискав глазами Арсения, увидела, что его приобнимает какая-то девушка.

Меня от этого зрелища чуть не подкосило.

Шумно вздохнув я прыгнула на шею этому контрабандисту, ощутив не только колючую бороду, но и уже знакомый запах богатства, роскоши и роскошного мира богатых. Что же дальше будет? Я же должна быть бедной и несчастной перед стариком… Я должна быть его женой… И видеть вот эти обнимательства?? Пусть он тоже смотрит! Ну, посмотри же! Я тоже обнимаю другого!

Но Арсений не смотрел в нашу сторону.

- Всё, а то меня уволят, - пробурчал чудо художник и предложил: - Иди, Арсений заждался. Повезло тебе с мужиком!

- Вы так думаете?

- Я знаю. Повезло. Деньги для него – средство, а не цель. Он их не считает и от этого только богаче.

- А откуда у него … Извините, а вот откуда у людей столько денег?

- Кому-то просто везет. Арсений – везунчик по жизни.

Да уж, везунчик!

Я усмехнулась и прищурила страшные глазищи.

Особенно ему повезло со мной. Я сейчас ему в волосы вцеплюсь! Что это за девица? Он же со мной пришел! Ну посмотрим, как ему понравится! Я лично от себя в полном восторге. Вот такой была бы всегда моя кожа, глаза, губы и волосы.

Уставилась в зеркало, чтобы не видеть его.

- Неплохо, Андрюш... Очень даже неплохо, почему ты меня не подождал? – услышала я голос той самой девицы за спиной. Она надела фартук парикмахера и расцеловалась с бородатым в щеки. - Я бы поправила макияж. Девушка, садитесь, я помогу вам, стать красивой.

- Спасибо не надо, меня всё устраивает! – сказала я, и увидела, что Арсений нервно разговаривает по телефону. Когда он замолчал, осторожно подошла, виляя вымышленным хвостом.

- Привет!

Арсений поднял глаза, прищурился, а потом, подскочил и быстрым шагом пошел в зал, наверное, благодарить.

Секунду спустя услышала его звериный рык:

- Ты что наделал, Андрюха!! Да я тебя прикопаю сейчас!!! Ты что с ней сотворил! Это что за … я же просил, только волосы! Смой всё сейчас же, быстро!!! Я заплачу тебе, когда ты смоешь этот ужас!

Арсений вернулся, за ним бежала та девушка с чашкой, пыталась снова обнять и уговаривала успокоиться, простить Андрюшу.

- Пошли! – он взял меня за руку и повел за собой обратно.

- Не надо смывать! Я хочу быть такой, ты что? Что не так?

- Злата! Ты должна быть собой! Забыла?

- Это я! Я такая!… У меня такие губы! ... Я сейчас заплачу! Это нечестно! Нечестно…

Он обнял меня и прижал к себе, приговаривая.

- Всё, всё.. понял. Тихо. Спокойно, золотце… О, господи, оставь одну на пять минут и её уже превратили...

- У меня всё получится! Я чувствую себя привлекательной… Необычной... Ну пожалуйста…

Я действительно казалась себе интересной девушкой. Вытянутые до зеркального блеска волосы были как шелк, они колыхались, когда мы с Арсением выходили из салона.

А потом я увидела его глаза, полные тоски.

- Ты не похожа на себя. Неужели тебе нравится?

- А вам… а тебе нет?

- Нет.

Я вскинула брови с немым вопросом.

- Ладно, мне нравится, но было намного лучше. Сорри, я взбесился. Ты голодная? – он повел меня к выходу, по пути приложил карточку к услужливо подсунутому терминалу.

- Мне дали кофе с конфеткой. Не очень.

- Злата, я должен признаться. А, впрочем, как уже разница. Сейчас мы пообедаем и поедем ко мне домой. Машину водить умеешь? Выпить хочется.

- Нет, конечно, нет!

- Значит, у тебя нет машины. А … у твоей тётки есть машина?

- Неа… Мы бедные.

- Сладкая моя, ты не бедная и больше никогда ей не будешь.

Тут Арсений снова улыбнулся, я растаяла, еще больше осмелела и снова начала представлять. Как ослабила бы ему галстук....

– У тебя странное выражение на лице, Злата. – услышала я вдалеке его голос.

– Я думаю о том, как встречаюсь с тобой. – Мне едва удалось выговорить эти слова. - И еще я думала, что готова стать твоей полностью! Я же сейчас красивая?

Брови Арсения взлетели вверх, а глаза его стали совершенно безумными.

- Ты готова … что? Злата, проси, что хочешь, но только не это!

Ну вот, я только воспарила, как мне подрезали крылья.

Это снова отказ? Или я что-то не так поняла? Мне срочно нужна была старшая подруга. Я сглотнула слюну и произнесла, как можно более спокойно, хотя внутри всё пылало от обиды:

- Арсений, а можно попросить, вместо обеда, отпустить меня к подругам? Я плохо запоминаю номера, да и зачем – есть же контакты…Мне надо… увидеть или услышать…совет. Насчёт курортного романа.

- Чего?

- Ну… с вами. С тобой. Я никогда и ни с кем даже ни ни.... Я все время только играла...

- Не понял…

- Сначала мне разрешили на пианино, а потом кто-то привез нам гитару и мне так понравилось. Я сидела, играла… Там такой звук… Это просто, как по душе проходится! В общем... со стариками мне как-то не очень понятно, как надо себя вести.

- Я для тебя старый! – Арсений отвернулся и засмеялся, как малыш.

- Нет, вы прекрасный. Можно мне к подругам? Я быстро. До вечера приеду. Это на электричке всего два часа - туда и обратно. Встретимся потом, где хотите! Мне нужно только на билеты, это немного, совсем немного, а потом я у Наташки займу.

- Злат. Какая электричка? Ну ты что!

- Мне ужасно хочется, чтобы они меня увидели!

- Хорошо, поехали. – согласился он, - Отвезу. Только я есть хочу.

- Ура! Можно купить… какой-нибудь еды! Яблок и орешков! Снэки или чипсы!

- Поехали, белка. – он вздохнул, - О, боже. Я чувствую себя старым.

- Ну какой же вы старый! – я осторожно и обаятельно улыбнулась, - Вы …очень …зрелый!

Казалось, я подобрала очень подходящее слово. Но кокетничать - это сложное искусство. Даже в кино, когда смотрела, его постичь не могла.

- Ты права. Что-то я передумал насчет еды. Купим по дороге

Арсений окончательно потух и замолчал.

Отомстила, называется. Ну и что? Он сам напрашивался.

Я загоралась звездой.

Я крутила головой, чтобы шелковые волосы меня щекотали, обрадовалась, что заехали в какой-то маленький магазинчик, где Арсений начал разговаривать с расфуфыренным седым мужчиной. Мне вынесли черные брючки дурацкой длины, туфли без каблука и черный бархатный приталенный пиджак с блестящими бронзовыми пуговицами, до самой шеи.

Под него полагалась атласная маечка тоже бронзового цвета. Еще мужчина притащил коричневый ремень, серьги и браслеты под золото.

Сначала недоуменно уставилась на такой мрачный суп-набор, но когда в примерочной только начала одеваться… мне захотелось всё в своей одежде до мелочей поменять, на шелк и бархат!

Плохо понимая, что будет дальше, вышла из-за бархатной шторки и увидела Арсения с большим пакетом.

- Кошмар, - сказал он.

- Спасибо! – сказала я и улыбнулась во весь свой теперь уже очень большой рот.

И мы поехали к Наташке.

Домчались на спортивной машине – это был просто восторг. Я осторожно быстро позвонила, и сделала серьёзное лицо.

Наташка открыла в бигудях и сразу меня узнала:

- Приехала, хапуга!!! Захапала нашего жениха!!! О, матерь Божия! Ты на кого похожа, Златка!!! Юлька, выходи скорее!! Она в туалете, - доверительно сообщила Наташка и крепко обхватила меня своими теплыми руками. - Ну что, свершилось чудо? Ты как? Фу, какая красивая. Но похожа на какого-то барона Мюнхгаузена в трауре…

–Ничего я не барон! Я впервые в такой одежде, – буркнула я и зашла в квартиру.

Вылетела Юлька с мокрыми руками и начала оседать по стеночке.

– Слава богу ты поехала вместо меня…Что же он с тобой сделал...