Продолжение

Но судя по внешним данным можно сказать лишь одно - то, что вы с Сашей сестры, лично для меня очевидно.

Трасса была практически пустой, машина ехала на какой-то нереальной скорости. Катя очень не хотела засыпать, внутри был комок из страха и непонимания того, что происходит, но все равно заснула.

Конечно, сказалась бессонная ночь на дежурстве и сегодняшний вечер, проведенный на ногах в беспорядочном хождении по залу с подносом.

Проснулась она от того, что кто-то активно тряс её за плечо. Открыв глаза, девушка увидела перед собой Николая и тут же услышала голос Александра Евгеньевича.

- Вставай, спящая красавица, - сказал он. - Мы, наконец, приехали.

В машине уже не было отца, и Катя с беспокойством поинтересовалась:

- А где папа?

- Твой папаша уже осматривается на месте, - произнес Николай пренебрежительно, кивнув в сторону дома. Он взял её за руку и буквально вытянул из автомобиля на улицу.

На улице светило солнце и было необычайно для осени тепло. Утро уже давно наступило.

«Бабье лето началось» - подумала Екатерина. Александр Евгеньевич шел чуть впереди, Николай вышагивал за ним держа дистанцию и буквально таща за собой Катю. Амбал будто боялся, что она может сбежать.

Девушка непроизвольно огляделась. Лес кругом. Стволы деревьев со всех сторон стоят стеной. Бежать некуда.

Дом, в который они вошли, и внутри и снаружи выглядел аккуратным и каким-то необычайно уютным. Было ощущение, что здесь живут. Хозяева просто куда-то уехали, но вот-вот вернутся.

Внутри их всех ждал сюрприз. Не успела Катя оглядеться в гостиной как следует, как в проходе, ведущем на кухню, увидела отца. Он выглядел как-то странно. Она сразу поняла, что он успел приложится к бутылке. За столько лет совместного проживания, девушка читала это его состояние за первые пару секунд.

- Так пить захотел, а в холодильнике только бутылка водки была, - произнес он, еле ворочая языком.

- Кран не пробовал открывать? - поинтересовался Николай.

- Так воды нет, - ответил отец, икнув.

Коля подошел к раковине и, открыв ящик, расположенный прямо под ней с минуту там что-то делал. Потом амбал закрыл ящик и включил воду.

- Спасибо, я уже попил, - протянул мужчина и завалился на диван.

- Знаешь, у твоего отца явная потеря личности и жизненных ориентиров, - произнес Александр Евгеньевич. - Ему пофиг, где он находится. Главное, чтобы выпить было.

- И закусить, - добавил, опять икнув, Катин отец с дивана. Через пару минут по комнате раздался жуткий храп.

Коля встал к плите и стал что-то готовить. Александр Евгеньевич сел в кресло с телефоном и увлечённо о чем-то с кем-то переписывался. Кате разрешили сходить в душ.

Взяв сумку, она отправилась в ванную комнату и занялась водными процедурами.

Потом все вместе завтракали на небольшой кухне. Коля вполне себе сносно готовил. Катя, съев одну тарелку макарон, попросила добавки.

- Не налегай на еду, - произнес Александр Евгеньевич. - Не забывай, что ты находилась в плену и тебя плохо кормили.

Коля в это время планирующий положить в тарелку еще макарон, посмотрел на мужчину, а потом определил эту самую тарелку в раковину.

Катю оставили мыть посуду. Коля занялся перемещением отца в кабинет, расположенный на первом этаже, а Александр Евгеньевич все маячил у окна. Из чего девушка сделала вывод, что он кого-то ждет.

Катя все правильно поняла. Через полчаса на пороге дома появилась жгучая брюнетка с увесистым чемоданчиком.

Посмотрев на фотографию, а потом на Катю она произнесла:

- Пару часов работы и одну от другой не отличишь. Все будет в лучшем виде. Только первые два дня возможно будет небольшой отек.

- Сделай так, чтобы его не было, - произнес Александр Евгеньевич, не отрываясь от телефона.

- Я не волшебница, - возразила девушка.

- Придется ей стать. У нас нет столько времени.

- Где можно начать работать? - произнесла она, поняв, что спорить бесполезно.

- В кабинете на втором этаже. Николай вас проводит.

- Кушетка и еще один чемодан в автомобиле.

Коля с девушкой отправился на улицу, а потом, со сложенной кушеткой в одной руке и с чемоданом в другой, стал подниматься наверх и предложил последовать за ним.

Брюнетку звали Дашей. Она начала преображать Катю с волос, потом взялась за лицо. Все это время без остановки болтала, абсолютно не обращая внимания на рядом скучающего амбала. Катя или отвечала ей односложно или вообще не отвечала. Терпя жуткую боль, девушка думала о том, что не готова повторять подобные процедуры даже если станет от них какой-то немыслимой красоткой.

Закончила Даша лишь ближе к вечеру.

- Вставай давай, - произнесла она, рассматривая Катю не без удовольствия. - Есть небольшой отек, но не такой заметный как мог бы быть. Горячее не ешь и не пей, в баню, сауну не ходи, в засос не целуйся, стоматолога не посещай.

- Кремик тебе оставлю, если что мажь им, - закончила она довольно. - Скулы тоже. А так, так ты красотка.

- Бровки не стала делать. Там корочка сходит долго, а вам срочно нужно. Накрасила карандашом. Вышло очень даже достойно. Его тебе тоже оставлю.

Даша все болтала и болтала. А Катя, встав со своего места, подошла к зеркалу и внимательно посмотрела в него. Волосы, лицо, губы. Она теперь мало походила на прежнюю себя.