Продолжение

Под утро, совершенно выбившись из сил, тщательно искупавшись под душем, он лёг в кровать и заснул мертвецким сном. Во сне к нему пришла Галина. Она была в том самом парике, совершенно голая, с зияющими ранами на всём теле и спрашивала его голосом Лидии:

- За что ты меня убил, а? Ты же обещал, что со мной ты изменишься. Говорил, что только одна я смогу тебе помочь.

Потом на её месте тут же оказалась мама, в своём самом роскошном наряде, накрашенная и с красивой причёской. Она ласково трепала наманикюренной рукой его непослушные волосы и приговаривала:

- Лерок-Валерок, горе ты моё горемычное. Потерпи чуток, совсем немного осталось и мы снова будем вместе.

Он во сне горько плакал, упрашивая мать забрать его сейчас, а проснувшись обнаружил себя в луже собственной мочи. С убийством Галки вернулись все его детские страхи и болезни. Он тут же вскочил и брезгливо отбросил в сторону одеяло и матрац, процедив сквозь зубы:

- Только этого мне ещё не доставало, снова как в детстве мочиться под себя. И ведь врача знающего и понимающего хрен тут найдёшь.

Во сне он раскаивался в своих прегрешениях, а проснувшись снова оправдывал себя, что убил Галину только потому, что она сама была во всём виновата:

- Может мир станет только чище без этой жадной шлюшки и воровки, нечего было обворовывать меня. Была бы умная, то ублажала бы меня получше, глядишь и живая была бы до сих пор.

Приняв душ и кое-как затолкав в себя сделанную на скорую руку яичницу и чашку кофе, Валера с опаской вышел на улицу. Он купил Файнэншнл Таймс и сел на лавочку в небольшом скверике возле дома. Заголовки кричали о таинственном убийстве и, что убийцу непременно поймают - мол это дело лишь времени.

Ниже была приведена статья- интервью с шефом Скотланд Ярда о том, что жители Лондона могут спать спокойно, зверь затаился у себя в логове, а полиция идёт по его следу. В общем, ничего из ряда вон выходящего - всё как всегда и везде. Местные жители негодуют, а полиция роет носом землю.

Он усмехнулся и, закрыв газету, сунул её в ближайшую урну. Потом запахнул полы и воротник своего плаща и побрёл по вечернему городу - было промозгло и сыро. Он шёл и думал о местном правосудии:

- Если бы у вас хоть что-то было на меня, то вы бы меня взяли тёпленьким, в моей собственной мокрой постели, - Валера поёжился от стыда за свой конфуз при пробуждении.

Во время прогулки его не покидали мысли о Лидии и о том, что неплохо было бы вернуться домой в Брянск - наверняка там уже всё поутихло и его считают погибшим или без вести пропавшим.

- Вот бы хоть одним глазком взглянуть на Лиду, да и про деда я, с тех самых пор как бежал в Лондон, ничего не слышал. Неужто его уже нет в живых? Ведь в противном случае он нашёл бы возможность прислать весточку на ту самую квартиру в Сохо, адрес ему известен, - изводил себя тоскующий по родному городу и по родным людям Валера, гуляя по пасмурному Лондону, в небе которого то и дело появлялись дождливые тучи.

- До чего же мерзопакостный город, - думал он и вдруг вспомнил песню Земфиры, которая очень нравилась ему в своё время и слушая которую он мечтал навсегда уехать в столицу Великобритании, которая на деле оказалась обычной европейской помойкой для мигрантов:

- Мне приснилось небо Лондона,

В нём приснился долгий поцелуй.

Мы летели вовсе не держась,

Кто же из нас первый упадет...

В Лондоне его действительно по прежнему одолевали сны и тоска по ней, по Лидии. Так что вторая строчка песни про поцелуй в самую точку.

Тем временем у лондонских сыщиков действительно не было никаких ниточек, чтобы распутать это дело. В картотеке убитая не значилась, а родственники её пока не искали.

Но самый лучший эксперт-криминалист Скотланд Ярда без труда определил, что девушка является выходцем из Восточной Европы, возможно полька или русская. Это он определил по строению черепа, характерным скулам и по состоянию зубов.

Старший инспектор Джонатан Кент уже больше месяца с момента убийства не спал спокойно, пытаясь распутать это дело, но прозрение так и не наступало. Тело убитой всё ещё не было опознано. Он побывал во всех злачных местах и районах Лондона, где обычно бывает большое скопление русских или выходцев из стран бывшего социалистического лагеря, но всё было безрезультатно.

В Брянске стояла теплынь, лето было в разгаре. Лидия гуляла в парке с коляской. Ей нравилась её нынешняя безмятежная жизнь, без расследований и убийств. Малыш хоть и был беспокойным, и то и дело оглашал мир своим раскатистым басом, но Лида кормила его грудью и быстро научилась его успокаивать.

Прошло уже две недели с того момента, как их с Русланом сын появился на этот свет. Они назвали сынишку Арсением, вначале не приходя к согласию в выборе имени и споря из-за этого до хрипоты.

Родители Руслана жили отдельно и почти не помогали в воспитании внука, сосредоточившись на детях своей младшей дочери, которая в отличии от сына, уже давно подарила им старших внука и внучку.

Лидия была в курсе, что Валеру Панкратова так до сих пор и не нашли. Руслан был очень обеспокоен этим фактом, но она почему-то была спокойна, видимо уверенная в своём влиянии на Валеру.

Проезжая с мужем и сыном по улице Чкалова, мимо того места, где раньше стоял тот самый дом, Лида всё время вспоминала самонадеянное лицо директора строительной компании "БрянскДарСтройРазвитие" - вот уж кто выиграл после серии громких смертей и убийств, что потрясли город почти год назад.

На месте этого самого пресловутого дома вырос огромный торговый комплекс о 5 этажах, с магазинами, ресторанами, детскими площадками и кинотеатром. Ныне это место в Брянске стало бешено популярным, но супруги Одинцовы предпочитали там не появляться.

В жизни Руслана и Лидии с момента женитьбы мало что изменилось, если не считать рождение сына. Они и раньше были счастливы, и сейчас были счастливы тоже. Максим Крылов получил вожделенное место Лидии и звание подполковника. Он исполнял обязанности старшего следователя, надеясь в скором времени избавиться от приставки ИО.

Катюшу Ремизову с треском уволили из рядов доблестной полиции Брянска за служебное несоответствие и за грубое нарушение должностных обязанностей. Ей не помогли ни молодость, ни её смазливая мордашка. Она до конца дней своих не забудет того, как Валера Панкратов использовал её доверчивость и наивность в своих целях.

Божий одуванчик Алевтина Юрьевна Роговцева умерла в пансионате для умалишённых стариков, не выдержав разлуки со своим родным гнездом, антикварной мебелью и со своими редкими фолиантами, лучшие образцы которых достались государству, а остальное было просто выброшено на свалку. Дом этот сразу же снесли.

Всё бы ничего, но в последнее время Лидию стали одолевать странные сны с Валерой Панкратовым в главной роли. В этих снах она снова оказывалась беспомощно прикованной к кровати, а рядом стоял он и пожирал её глазами, ощупывая её своими липкими руками и захватив её губы своим жадным ртом.

Проснувшись в панике, Лидия переводила дух, стараясь не побеспокоить безмятежно спавшего рядом мужа и сынишку в кроватке. Она тогда вставала, шла на кухню и варила себе кофе, чтобы окончательно дать себе проснуться, боясь снова погрузиться в этот правдоподобно тягучий сон.