Пробуждение Лиз

Лиз резко распахнула глаза. Вампиры, покупка суперспособностей, тайные сообщества, да еще и валюта какая-то странная - удовольствие...

«Ндя! Ну и сны у меня! Интересно, кому-то еще снится такой кинематограф? А ещё интересно, что это всё значит?» – Лиз давно ходила на сеансы к психоаналитику, и уже выработала привычку рефлексировать все свои сновидения. Сегодня они погрузили ее в воспоминания.

С Питером она разошлась почти два года назад, но еще по-прежнему она ловила "флешбэки", словно ей было необходимо переработать ту боль, от которой тогда усердно отгораживалась.

– Лиз, чувства надо проживать, а ты их задавливаешь. – Сказала как-то подруга Марина за чашкой чая с вкусняшками. – Где твоя злость? Если бы мне такое говорил муж, я бы его выгнала в зашей. И как ты это терпишь?!

 Это было ещё во времена замужества Лиз, когда она наивно полагала: надо изменить своё поведение, и муженек перестанет тюкать, критиковать и обесценивать её везде и всюду. Тогда она верила, что однажды они по-настоящему сблизятся, начнут душевно разговаривать и легко разрешать все недомолвки диалогом.

– Ты не понимаешь, просто... – словно оправдываясь перед Мариной, Лиз как обычно придумывала логичные объяснения действиям Питера и тому, почему она это терпит. Марина лишь вздыхала.

– Да и что такое проживать чувства? Легко сказать, но как это сделать?! – Лиз пристально смотрела на Марину. – Ведь я пробовала дышать, бить подушку, сливать раздражение в спорт, но ведь это же не помогает! Разве тебе это помогает?!

– Нет, конечно, Лиз! Это же просто временная разрядка. Ты же не думаешь, что «прожить» – это всё равно, что выкинуть чувства в мусорку или унитаз?! Ты словно хочешь прожить чувства так, чтобы вовсе не сталкиваться с ними. Так не бывает.

– Брр! Сколько слов «прожить» в одном предложении! Ты просто начиталась этих умных книг и теперь мне затираешь. Я всё равно ничего не понимаю, давай о чем-нибудь попроще. – Лиз напрягало, когда Марина начинала её учить жизни, даже если та была права или особенно, если та была права.

Лиз встряхнула голову в попытке отвлечься от этих воспоминаний, ведь они навевали на неё массу противоположных чувств. С одной стороны она посмеивалась над своей наивностью тогда, раздражалась на то, как она с собой обращалась и не слушала подругу, с другой стороны – понимала, что в то время она не была способна воспринять никакие внешние увещевания ни от кого, и тут Лиз проникалась безмерным состраданием к себе той.

– Так, пора вставать! – приказала себе Лиз.

Поднявшись с кровати, она раздвинула шторы и выглянула в окно. Отличная солнечная погода. Лиз захотелось открыть окно, чтобы вдохнуть свежесть утра. Что она и сделала:

– Как хорошо, что сегодня я приобрела чуть больше осознанности! Мой сон. Ведь если подумать, в нем есть позитивная динамика. Он действительно отражает то, чему я научилась и продолжаю учиться. Например, принимать реальность, а не искать счастливого счастья где-то в будущем и других мирах.

Пока Лиз занималась утренней рутиной, ее мысли перестроились на более оптимистичный лад. Лиз налила себе ароматный кофе и устроилась в своём любимом кресле, продолжая теперь уже смаковать свои раздумья. Это её новая умелка, потому что раньше от мыслей хотелось убежать, остановить их, прекратить думать вообще.

– А почему бы мне не записать это в дневник? Чего это я пишу его только, когда меня накрывает негативом?! Может как раз и записать там, то как я прихожу в свое стабильное состояние, чтобы когда мне будет плохо, я могла перечитать это и найти для себя опоры.

Лиз сочла эту идею гениальной. Открыв свой блокнот и взглянув на страницы, ей захотелось оформить запись красиво разноцветными ручками, как она любила это делать в школе. Как раз недавно она купила набор красивых гелевых ручек и мандалы для раскрашивания.

Лиз записала свой сон, затем взяла бордовую ручку и крупно вывела вопрос: «Что подсвечивает мне моё сновидение?» Дальше Лиз пустилась писать весь поток мыслей, что приходил в голову:

«Видимо, мне хочется связывать свое «плохо» с тем, что меня окружает, а не задаваться вопросами «Как я сама сюда пришла?» Так я делала раньше. Мне кажется, что я изменилась, но судя по моему сну, я всё ещё хочу делать так же. Хочу, чтобы кто-то отвел меня в тот прекрасный мир, где я буду счастлива. И теперь я поняла, что «Земли обетованной» нет, но ведь желание осталось! И почему я когда-то сочла, что это категорично плохо? И если в этом  желании тоже есть какая-то моя потребность, то какая?»

Лиз задумалась, отхлебнула остатки кофе. Вкус остывшей жидкости, вытащил её из размышлений. Она отправилась на кухню.

– Так-так-так, где моя термокружка? Похоже это надолго и мне нужен горячий напиток.

Лиз налила себе чай, захватила пару печенюшек и вернулась к записям. Взяла зеленую ручку и написала:

«Я могу хотеть даже то, что мне кажется стрёмным. Это не значит, что это желание надо бросаться исполнять, но и не значит, что я должна себя загнобить за наличие этого желания.»

Лиз поменяла цвет ручки на синий и продолжила писать всё, что всплывало в сознании:

«А ведь раньше я ругала себя за… кажется за почти все желания, но в то же время пыталась их воплотить тайком от себя: мужа пыталась изменить, найти идеальное место работы, искала идеальный город для жизни, что-то что раскрасит мою жизнь… Да кого я обманываю? И сейчас ищу. Чего мне не хватает? Что я не могу принять? Во сне, я как будто обретаю новую жизнь не такую как в мечтах, а совсем мне незнакомую прежде. Но для этого я прохожу вначале через огонь, воду и медные трубы: утопаю в стыде, завишу от какого-то мрачного типа, и только в контакте с другими людьми я словно научаюсь чувствовать, быть открытой... в первую очередь для себя. Ну это же совсем как в моей психотерапии и группе ВДА. Точно, то тайное сообщество во сне и есть группа ВДА! Помню, как я пришла туда впервые. Ты вроде бы и чувствуешь с ними единение и родство, но в то же время и опасаешься их...»

Лиз поменяла ручку на красную и начала писать тезисы, каждый с новой строки:

«Я могу пропускать через себя чувства, эмоции и мысли.

На самом деле я не рассыпаюсь от них, они меня не поглощают, даже если мне кажется, что именно это я и ощущаю.

Я могу наблюдать своё состояние и быть в нём, не предпринимая ничего специального, чтобы оно прошло.

Если мне хочется свой объект зависимости здесь и сейчас, я могу побыть в этой жажде, а затем позаботиться о себе, не прибегая к зависимости.»

Вновь синяя ручка и поток:

«О, пожалуй, это самое сложное для меня. Порой это состояние совершенно невыносимо, так и тянет хотя бы съесть вкусняшку. Хорошо хоть, что я больше не звоню бывшему в надежде на его утешения. Как может утешить тот, из-за кого ты и страдаешь? Это какой-то абсурд! Как сложно быть зависимой личностью и выстраивать свою жизнь по кирпичикам с самого основания!»

Зеленая ручка:

«Девочка моя! С тобой всё в порядке. Тебе сложно. Да, дефициты прошлого так и останутся дефицитами, и это грустно. Но сегодня…»

Лиз отвела взгляд в окно и обратила внимание на молодую березу. На днях был такой сильный ветер, что Лиз даже переживала за молодое дерево, так оно гнулось. А сегодня эта прекрасная береза стояла и грелась в солнечных лучах. Лиз вернулась к блокноту и завершила:

«Сегодня я уже прошла большой путь и научилась многому. И даже когда всё идёт не так, я могу не сбегать от своих чувств, позволить себе быть не идеальной и позаботиться о себе.

А еще даже если мне не всё ясно в себе, если я уязвима, я всегда могу найти людей, которые мне помогут. Даже если места обитания этих людей не всегда очевидны для меня.»

Лиз нарисовала цветочек, выдохнула и закрыла блокнот.