Про ситуацию с Strategy

Это перевод, оригинал тут: https://x.com/theotherparker_/status/2070287668555194869?s=46&t=2qn5YmAgEJzgQfFhr6n0HQ

Какой же сегодня день для $STRC. Когда льёт, то льёт по полной.

Когда начинается паника, полезно вернуться к фундаментальным причинам, по которым ты вообще сделал эту инвестицию.

Главное, на чём стоит сосредоточиться: STRC создан как инструмент, который должен гнуться, а не ломаться. Или, точнее, как инструмент, который должен растягиваться, а не рваться — да, звучит немного кринжово.

Сначала несколько фактов:

1. Общие годовые денежные выплаты Strategy составляют примерно $1,7 млрд в виде дивидендов и купонов. Большая часть этой суммы приходится на дивиденды по STRC.
2. Сейчас у Strategy около $1,4 млрд наличных, а на прошлой неделе они привлекли ещё $300 млн через ATM-программу по $MSTR. За две предыдущие недели они привлекали по $100 млн. По состоянию на сегодня акция всё ещё торгуется с небольшим премиумом к mNAV. Вероятно, за эту неделю они привлекли ещё несколько сотен миллионов, возможно, до $300 млн.
3. Даты, когда держатели конвертируемых облигаций могут предъявить их к выкупу, в основном приходятся на середину 2028 года. Однако примерно треть конвертов всё ещё торгуется выше номинала, поэтому маловероятно, что их предъявят к погашению.
4. У Strategy есть несколько механизмов, с помощью которых она может вернуть цену STRC к номиналу.

Теперь несколько дополнительных мыслей.

1. Денежные выплаты не создают проблему сами по себе

$1,7 млрд в год, которые Strategy «должна» платить, — это примерно $33 млн в неделю.

За прошлую неделю обыкновенные акции MSTR наторговали на $11 млрд.

$IBIT — примерно на $6 млрд.

BTC только на Coinbase наторговал около $3 млрд, а глобально объёмы были в разы выше.

Если компании нужно привлекать $33 млн в неделю, она теоретически может делать это практически бесконечно долго.

Даже если полностью выключить ATM по MSTR и финансировать выплаты только продажами BTC, по текущим ценам нужно было бы продавать примерно 545 BTC в неделю.

Для сравнения: с начала 2026 года Strategy приобрела 174 863 BTC.

То есть, если бы она просто продавала купленные в 2026 году биткоины равномерно каждую неделю, этого хватило бы для финансирования дивидендов и купонов ещё на 74 месяца сверх уже имеющихся 10 месяцев ликвидности. Итого — 84 месяца, или семь лет.

«А что, если BTC упадёт до $30 000?» Тогда средств хватит примерно на 47 месяцев, включая уже имеющийся кэш. То есть почти на четыре года.

И важно подчеркнуть: речь идёт исключительно о продаже BTC, купленных в 2026 году. Это вообще не затрагивает остальные 672 500 BTC, накопленные до 2026 года.

Если включить и их в расчёт, то компания сможет покрывать денежные потребности примерно:

• 31 год, если BTC стоит $60 000;
• 16 лет, если BTC стоит $30 000.

Если через 16 лет BTC всё ещё будет стоить $30 000, то он, вероятно, просто умер как актив.

Вывод: денежные выплаты не являются проблемой. Продажа нескольких сотен BTC в неделю не запускает никакой «спирали смерти».

2. Конвертируемый долг выглядит страшнее, чем он есть

Конверты могут нервировать, поскольку примерно через два года наступают даты put — моменты, когда инвесторы могут потребовать выкуп бумаг.

Но есть несколько важных нюансов.

Во-первых, для такой волатильной акции, как MSTR, Strategy с высокой вероятностью сможет рефинансировать старые конверты новыми: с более поздней датой put, более поздним погашением и более низкой ценой конверсии.

Причина — высокая стоимость встроенного опциона в конвертируемой облигации.

Да, это создаст некоторую дополнительную потенциальную дилюцию для держателей MSTR, но не катастрофическую, потому что она частично компенсируется погашением старых конвертов.

С учётом сегодняшних цен и премии к конверсии в 30%, это могло бы привести примерно к 10% чистого прироста потенциально выпускаемых акций при конверсии нового займа.

Если к моменту такой конверсии число акций в свободном обращении удвоится — что вполне вероятно, — фактическая дилюция составит лишь около 5%.

Это неприятно, но далеко не смертельно для держателей MSTR.

Такая 5–10%-ная дилюция способна отодвинуть проблему с погашением на много лет.

Кроме того, другие компании уже успешно обменивали конвертируемые облигации на привилегированные акции — например, Strive. Нет причин, по которым Strategy не могла бы договориться о подобной реструктуризации хотя бы с частью держателей своих конвертов.

Вывод: конвертируемые облигации не являются огромной проблемой и не требуют, чтобы компания внезапно нашла $6,7 млрд наличными.

3. У Strategy нет маржинального долга

BTC может хоть завтра упасть до $1 — Strategy не будет «ликвидирована».

У неё нет краткосрочной ликвидационной цены. Точка.

4. Как вообще выглядит сценарий гибели Strategy?

На самом деле, здесь нет одного выстрела, который мгновенно убивает компанию. Есть только сценарий медленного истощения.

Да, если BTC упадёт до $20 000 и останется там на шесть-семь лет, тогда у Strategy появится серьёзная проблема.

Но проблема возникнет именно тогда, а не завтра и не через месяц.

Если ты считаешь такой сценарий реалистичным, тебе стоит немедленно выйти из биткоина и шортить каждую криптокомпанию. Очень немногие криптобизнесы переживут BTC по $20 000 в течение нескольких лет.

Если собрать всё вместе, Strategy специально спроектирована как антихрупкая крепость для накопления биткоина.

Да, леверидж создаёт риск. Но именно он — единственная причина, по которой компания может накапливать BTC в таких масштабах.

Если бы у неё не было долга и привилегированного капитала, то IBIT был бы более рациональной инвестицией.

Любой крупный хедж-фонд, который хочет «ликвидировать» Strategy, должен будет удерживать цену BTC на экстремально низком уровне больше половины десятилетия.

Главное преимущество Strategy — время.

Она может ждать и действовать расчётливо.

Переворачивая известную фразу: Strategy может оставаться платёжеспособной гораздо дольше, чем рынок способен оставаться иррациональным.

Что это означает конкретно для STRC

STRC — флагманский продукт Strategy.

Если компания перестанет платить по нему дивиденды, она потеряет право использовать форму S-3 на целый год. Это был бы крайне плохой исход.

Поэтому дивиденды по STRC будут остановлены только в действительно катастрофическом сценарии.

В целом очень немногие выпуски привилегированных акций прекращают дивиденды. А большинство тех, которые прекращают, делают это уже на фоне банкротства.

Strategy крайне заинтересована в том, чтобы STRC вернулся к номиналу, потому что это её главный механизм привлечения нового капитала для покупки BTC.

Но это не означает, что компания начнёт паниковать, поднимать дивидендную доходность до 15%, продавать огромный объём BTC и выкупать весь STRC с рынка.

У неё достаточно времени. И пока ты не продаёшь, у тебя тоже есть время.

Ты продолжаешь получать дивиденд, ради которого покупал инструмент, и, вероятно, в будущем — повышенный дивиденд, поскольку компания будет постепенно увеличивать ставку.

Ты всё равно получаешь $11,5 в год на каждую акцию STRC, независимо от её текущей рыночной цены.

STRC вполне может уйти ещё ниже. Но если под него не взята маржа, это не должно иметь критического значения.

Достаточно ясно, что у Strategy есть и финансовая возможность, и стимул продолжать платить дивиденды и в итоге поддерживать возвращение цены к номиналу.

Это может занять несколько недель. Может занять несколько месяцев.

STRC — инструмент для инвестора с низким временным предпочтением, выпущенный компанией с низким временным предпочтением.

Главное: в ближайшее время здесь нет «точки поломки».

BTC должен практически полностью провалиться как актив, чтобы такая точка вообще появилась.

Но есть «точка паники» для инвесторов. И учитывая, что STRC упал почти на 15% за эту неделю — почти втрое сильнее BTC, — очевидно, что рынок сейчас именно в этой точке.

В конечном счёте STRC создавался для устранения риска внезапной поломки.

Цель — гнуться, а не ломаться.

Растягиваться, а не рваться.