Про пачку сигарет и чай.

Как-то раз, когда я ещё учился в университете, в моём кармане оказалась пачка сигарет, в которых вместо табака был... хм... так, погодите... это же ВК... пусть тогда это будет чай. Да! Сигареты, в которые вместо табака был заправлен очень дорогой, но запрещённый в России чай. То были лихие 2000-ые, тогда некоторые чаи были под запретом. А вы думали, почему Гуф с Бастой песни про чай записывали? Допустим, в моих сигаретах была принцесса Нури с каким-то очень редким бергамотом.

Я сам никогда не курил — ни сигареты, ни запрещённые чаи, но в универе были разные друзья. В общем, не вдаваясь в подробности того, кто и зачем мне дал пачку, просто скажу, что после этого я пошёл в университет, чтобы эту пачку передать.

Шёл пешком по центру города, думал о своём. Тогда как раз рассказ писал для конкурса и пытался финал какой-то интересный для этого рассказа придумать.

Приближался к памятнику крокодилу. Есть у нас такой в городе. Стоит на перекрестке улиц, названия которых достались нам в наследство от совкового периода, — улицы Советской и улицы Коммунаров. Суждено мне было узнать историю ещё одной реликвии из двадцатого века — тайну железной двери, стоявшей на том же перекрёстке.

Прилепленная на розовую стену отреставрированной сталинской четырёхэтажки, дверь эта всегда привлекала моё внимание серостью, обшарпанностью и отсутствием каких-либо надписей. Всегда хотелось узнать, что там находится. Часто мимо неё проходил и всегда задавался вопросом — что там? А в тот день узнал.

Вот иду я по улице, в сторону этой двери, думаю о своём. Взгляд рассеянный, направлен скорее внутрь себя. Представляю, как мой рассказ на конкурсе выстрелит. Пачка в кармане куртки. Не задумываясь перекатываю её в руке.

Тут краем сознания (даже не краем глаза) замечаю мужчину, который стоит около этой двери и как будто кого-то ищет. Ничего не подозревая, продолжаю идти ему навстречу. А он тем временем встаёт у меня на пути.

Когда я к нему подхожу, он преграждает мне дорогу, бурчит своё имя, быстро показывает какое-то удостоверение с красной корочкой.

– Пройдёмте, — говорит.

Я в уме пытаюсь переварить, что он сказал. Мысли ещё не перестроились с мечты о славе писателя...

Завёл он меня в эту саму железную дверь. А там, знаете ли, совсем не Нарния. Стены обшарпанные, света совсем нет. Если вы бывали в полицейских отделениях, то знаете, как выглядело там.

Судорожно выстраиваю слова человека в ряд у себя в голове: Управление по обороту... эм... дорогих чаёв...

Па-па-па-пааам!

Буквально весь обмяк сразу. Сразу же образ в голове: пачка выпадает из кармана, все на неё смотрят, сразу всё понимают, надевают на меня наручники. Финал: судят и садят в тюрьму.

Держу руки в карманах, не могу понять, что теперь делать. Зачем меня позвали?

Заводят меня в кабинет. Столы кондовые, советские, разбухшие. Сидит там уже дядька широкий. И ещё один мужчина без формы и погон напротив него. А где-то вдалеке, дальше по коридору слышу я лай собаки.

Представляет, что это значит? Что где-то тут есть грёбанная собака, натасканная на поиск запрещённых чаёв.

Итак ,захожу. Мужик, который меня привёл, говорит:

— Вон там куртку снять можешь.

Я говорю:

— Да нет, я так... а что происходит?

— Давай снимай-снимай, — говорит. — Запаришься в куртке.

Подхожу к вешалке. Думаю: надо закрыть карман. Дёргаю за язычок молнии... и он заедает — зажевало край. Стою такой — дёргаю карман...

— Чего там копошишься? Дай, документы, — обращается ко мне широкий из-за стола.

Я выпрямился. Решил, что ладно — пусть будет незакрытый карман.

Вешаю куртку. Иду сажусь...

Даю студенческий билет.

— У меня только студенческий...

— А паспорта или прав нет?

— Нету, — говорю... А сам поглядываю на куртку, прислушиваюсь, не идёт ли собака.

И тут открывается дверь. Заходит ещё один человек:

— Ну, что готово? Пора уже идти.

Новый человек вешает свою куртку на вешалку — из-за этого моя куртка выворачивается и карман, в котором лежит пачка, становится виден.

Я прям весь чешусь от нервов. Говорю:

— А что происходит? Зачем меня сюда привели.

— Итак, — забубнил тот, который меня сюда привёл, — оперативные сотрудники нашего отдела идут в притон с целью осуществления контрольной закупки элитного чая. Вы приглашены в качестве понятных. Вы должны зафиксировать, что у наших сотрудников нет при себе запрещённых чаёв.

И оказывается, он — один из этих сотрудников, которые должны идти. Второй — который только что зашёл. Начинают всё доставать из карманов.

Снова лает собака, но уже гораздо ближе! Как будто в соседней комнате. Начинаю паниковать: я когда нервничаю, начинаю много говорить. Я поэтому в Мафию с друзьями когда играю постоянно проигрываю.

— А в нагрудном кармане? — говорю.

Все четверо, которые есть в комнате, поднимают на меня глаза.

— Вы не показали, что в нагрудном кармане, — говорю.

Эти двое хоть и недовольные, но выворачивают нагрудные карманы своих чёрных рубашек с длинными рукавами.

— А в задних? Вы достали из задних карманов какие-то вещи, но откуда мы знаем, что всё достали? ? — смотрю на второго "понятого", ищу в его глазах поддержки.

Двое поворачиваются, показывают, что там ничего нет.

— Всё, хорошо, — говорю. — Подтверждаю, что у вас ничего нет. Где подписать?

Дают бумагу, начинаю подписывать... и тогда заходит девушка с собакой.

— Ребята, привет! Мы уходим, — говорит девушка.

Я поворачиваюсь, вижу, что собака на меня смотрит. Я вспоминаю, что крутил пачку в руках. Представляю, как она пахнет запрещённым чаем...

Собак я не боюсь, но чего ждать от этой — не понимаю.

Тут заговаривает второй "понятой", мужик, который сидел тут уже до меня. Говорит таким плаксивым голосом, как у девочки:

— Уберите собаку! Я не люблю собак!

— Уходим-уходим, — говорит опешившая девушка. И они вышли.

Я выдохнул... Подписал бумагу.

— Можно идти? — говорю.

— Да. Спасибо, за вашу помощь! — говорит широкий.

— Спасибо, — говорю, — надеюсь, вам моя помощь больше не понадобится...

Параллельно я одевал куртку и не заметил, как пачка вывалилась из кармана. Только услышал, когда она упала. В мыслях делаю фейспалм.

А в реальности наклоняюсь, чувствуя, как все на меня смотрят.

Поднимаю пачку. Выпрямляюсь. Не знаю, что меня заставило это сказать. Паника? болтливость? привычки хорошего поведения в обществе? Но я спросил:

— Ой... Кому сигаретку?

...И представляете, все говорят: я возьму одну, мне...

Открываю пачку, подхожу к каждому. Все по штучке берут. Кто-то в руках держит, кто-то за ухо кладёт. Закрываю пачку, кладу в карман.

— Как отсюда выйти? — спрашиваю.

— Из двери налево, до конца коридора, потом направо. Дверь открытая.

Выхожу, быстро иду по коридору. Поворачиваю... и тут слышу...

— Алексей Иванович, — это меня так по паспорту зовут, — подождите!

А дверь железная — вот она. Выходи и беги.

Открываю её... И тут меня догоняет "сотрудник", который меня привёл...

— Студенческий ваш, — говорит.

— Ага, — говорю.

Выхожу в железную дверь на улицу и быстро иду в универ. Потом всё время эту дверь по другой стороне дороги обходил. Даже не представляю, как сложилась история этих сигареток дальше.

А той железной двери теперь нет больше — как и всё, что имело историю, превращается со временем в магазин, так и эта дверь превратилась в магазин китайской женской одежды. Десять лет уж прошло.

До сих пор только живот сводит судорогой от мысли: а мог бы уже отсидеть. Не было бы второго места в конкурсе рассказов. Не было бы семьи. Не было бы работы. А внутренний демон веселится: Ничего-ничего. Ещё пару таких рассказов напишешь...

Все там будем, так ведь?