Призрак Оперы.

Волков после выступления не медлит - сразу же спешит скрыться в своей гримерке, чтобы спрятаться от назойливых фанатов с цветами и прочими не особо хорошими людьми, что, конечно же, хотели либо интервью, либо автограф. Такое огромное внимание к его персоне, на удивление, не вызывало ничего, кроме неприязни и желания исчезнуть. 

Олег искренне не понимал, чем смог так сильно зацепить публику, ведь работал в этом оперном театре всего ничего. Отработал выступления два, три..И тут уже заполучил такое внимание.

Вздохнув, парень запирает дверь в гримерную на ключ, а затем проходит внутрь и принимается стягивать с себя пиджак. Устал. Слишком устал за сегодняшний день, эта работа выматывает, забирает очень много энергии, вытягивает все соки.

Темноволосый плюхается за свой стол, запуская руки в волосы, как вдруг слышит непонятно откуда появившийся голос, раздающийся по комнате эхом и заставляющий его вздрогнуть от неожиданности.

– Ваше выступление сегодня было превосходным. – мурлычет он, и Волков оборачивается в попытке найти рядом с собой человека, однако все тщетно. – Должен признать, вы действительно выдающийся человек, знающий свое дело. Я восхищаюсь вами.

Певец закусывает губу, поднимаясь со своего места. Он исследует всю комнату вдоль и поперек, но, к своему великому сожалению, не находит ничего, что могло бы свидетельствовать о нахождении постороннего человека. Это заставляет парня нахмуриться. В гримерке ведь явно кто то был, кроме него. Вопрос только, где..

Олег вновь проходится взглядом по комнате, останавливая его на зеркале, а после замечает, как в нем мелькает еле заметный силуэт человеческой фигуры. Парень тут же кидается к трюмо и старается открыть его, запустить механизм. Это получается сделать довольно легко. 

«Зеркало» отодвигается в сторону с противным скрипом, открывая взору лишь длинный темный тоннель. Человек вновь бесследно исчез.

Хмурясь, темноволосый хватает свечу и, совершенно не раздумывая, ступает в темноту.

Вокруг старые, в некоторых местах потрескавшиеся стены, сложенные из камней, а по полу бегают крысы, наверняка в поисках пропитания. Волков не успевает моргнуть и глазом, как дверь за ним закрывается. Это заставляет его неуверенно закусить губу, опуская взгляд в пол. И как он теперь вернется обратно?

Не успевает парень уйти в глубь своих размышлений, позволяя страху взять вверх, как перед его глазами предстает чья то протянутая рука в перчатке. Олег поднимает взгляд на незнакомца и застывает. 

Он видит перед собой молодого парня в маске, скрывающей одну половину лица. У него длинные рыжие волосы, осторожно спадающие на плечи, и до ужаса выразительные глаза.

– Прошу. – тихо произносит незнакомец, вновь напоминая о предложенной руке, и Олег, сам не зная почему, протягивает ладонь в ответ. Их пальцы переплетаются, и рыжеволосый ведет его в глубь тоннеля. 

Вокруг, как по волшебству, загораются свечи, освещая старые камни, становится видно лестницу, ведущую вниз. Олегу искренне хочется верить в то, что парень является всего лишь фокусником, никак не колдуном или еще хуже..Иначе объяснить цвет его рыжих волос и то, что происходит сейчас, не получалось.

– Кто вы и куда мы идем? – все же выдавливает из себя темноволосый, закусывая губу.

– Призрак. Призрак Оперы. – улыбается в ответ незнакомец, а после загадочно пожимает плечами. – Сейчас все увидите.

И тут Волкова хватает удар. Неужели все байки и легенды о призраке в этом месте являются правдой? И про пятую ложу? И про странные вещи, творящиеся в театре? И даже про жуткие убийства? 

Певец пребывает в шоке, и теперь ему становится по настоящему страшно.

Оставшуюся дорогу до пункта назначения они проводят в напряженном молчании, пока, наконец, рыжеволосый не решается заговорить первым:

– Прошу Вас..Не нужно меня бояться. Я не собираюсь причинять Вам вред, лишь хочу кое что показать и..возможно, рассказать. Пойдемте. – он сильнее сжимает руку певца и проходит чуть дальше. 

Олег шагает за ним молча, оглядываясь по сторонам.

Они оказываются на довольно просторном берегу подземной реки, обставленном кроватью, парой шкафов, зеркал и даже пианино. Свечи горели слабо, а потому разглядеть все детальнее оказалось сложнее, чем могло показаться, однако Волкову хватает и этого для того, чтобы понять – он прямо сейчас находится буквально дома у призрака.

– Осторожнее. Вот сюда. – ведет Призрак, перешагивая через особо большие камни и напоминая о них же Олегу. 

Парни проходят мимо всего вышеперечисленного, заходя в маленькую комнату, вход к которой лежал через одно из «зеркал». Рыжеволосый заходит первым, берет Волкова за вторую руку и встает перед ним, тем самым перекрывая обзор на внутренности помещения.

– Для начала..Я хотел бы признаться Вам в том, что.. – парень мнется, явно стесняясь договорить до конца. – С тех пор, как я впервые увидел Вас в своем театре, я потерял покой. Меня не покидает Ваш очаровательный образ, который витает надо мной с нежной улыбкой, и я.. – Призрак уходит с прохода, смущенно опуская взгляд вниз, а взору Волкова открывается вид на манекен с лицом, до безумия похожим на него самого, одетый в свадебный костюм.

Олег не может выдавить из себя ни звука. Он чувствует, как по его спине проходится холодок, ноги начинают дрожать и становятся ватными, а в глазах темнеет. Стук собственного сердца становится все громче. Темноволосый не выдерживает. Будучи в шоке от услышанного, а вдобавок и увиденного, он теряет сознание.

П.О. тут же бросается к нему и ловит тело, удерживая от падения. Он стыдливо закусывает губу, явно понимая свою вину в произошедшем, а затем, осторожно подхватив его под подмышки, старается дотащить до своей кровати. Все же тушка была не из легких.

Уложив Волкова, рыжеволосый вздыхает и спешит оставить гостя в покое, уходя к своему пианино. Он садится на стул перед ним, тяжело вздыхая, а после вновь возвращает взгляд к Олегу. Бедный, испугался, должно быть, до жути..

– Дурак, Дурак.. – шепчет себе под нос Призрак. – Сережа, зачем ты вообще повел его туда?.. – дыхание парня учащается, он сжимает кулаки в попытке успокоить себя, однако делает еще хуже и в порыве злости на свою же глупость резко закрывает крышку пианино. Вслед за этим по гравию разлетаются клочки, уже порванных нот, «Торжествующего Дон Жуана», что ранее стояли на пюпитре.