Признавая беспомощность

Вопрос об эффективности принимаемых государством актов часто поднимается в науке, практике, да и в обыденной жизни. Несмотря на всю актуальность и значимость данной проблемы, подход к ее оценке далек от идеала. Все хотят чего-то эффективного, но не знают чего. И государство, работающее день и ночь на «благо» людей, всячески способствует такой эффективности.

Не секрет, что любой человек, ступивший на территорию суверенной страны, подпадает под ее юрисдикцию. Именно здесь власть получает возможность разорвать ваши внутренние органы одним из наиболее удобных легальных способов. Тем не менее, для создания анонсируемых условий развития бизнеса и поднятия падшей на колени экономики придумываются т.н. «специальные правовые режимы», предполагающие изъятия из общего механизма правового регулирования.

В Российской Федерации в их число входит целый ряд различных изобретений, например: правовые эксперименты, регуляторные (регулятивные) песочницы, особые экономические зоны, территории опережающего социально-экономического развития и др. Все они в той или иной степени разрешают не соблюдать некоторые установленные правила на какой-либо территории и/или в какой-либо сфере. Еще более «радикальным» изъятием из общего правового регулирования считается создание чартерных городов – территорий, находящихся в составе суверенного государства, но при этом обладающих особым правовым статусом. Классическим примером реализации подобной идеи, когда-то предложенной Полом Ромером, является Гонконг.

Осознавая ценность подобных явлений в текущих условиях, хотелось бы все же обратить внимание на логику их существования. Почему вообще появляется идея покинуть зону стандартного правового регулирования? Фактически введение на территории конкретного государства подобных изъятий подразумевает констатацию следующих фактов.

Во-первых, общее правовое регулирование не справляется со своими задачами. Даже сидящие в креслах под портретами вождей это изредка понимают. Зачем было бы создавать изъятия из правового режима, если бы с этим режимом все было в порядке?

Во-вторых, этими же действиями государство хоть и немного, но отходит от принципа централизации. Однако происходит это в микроскопических пропорциях и только в экономической сфере. Считайте, что вы бросаете пить, но исключаете из рациона только японскую водку.

В-третьих, хотя общая ориентация власти на выжимание средств из граждан и бизнес-структур никуда не исчезает, даже от этими задачами иногда поступаются. Тут, конечно, не стоит обольщаться. Отрежут где-то, чтобы потом прибавить вдвойне в другом месте. Резиденции сами себя не построят.

Наконец, в очередной раз подтверждается паразитический характер власти «от и до». Не умея ничего создавать, они умоляют об этом других, предоставляя так называемые «преференции», которые должны быть не преимуществами, а правилом по умолчанию.

Иными словами, за созданием специальных правовых режимов стоит нечто большее, чем просто очередные попытки спасти экономику. Не выражая это словесно и используя любимые формальные бюрократические приемы, государство само намекает, что оно ничего не умеет, не может и не хочет.

Специальный правовой режим должен стать нормальной повсеместной практикой. Специальность должна выражаться в общем согласии людей по вопросам, имеющим для них ценность. Республика – это и есть наилучшее и постоянное изъятие из угасающего правового режима.