Приструнить добермана ⛓️ часть 1

«Наверное, не судьба» — думает Чимин и пожимает плечами каждый раз, когда не происходит то, что он себе представлял. Он прекрасно знает, что живёт в ожиданиях и надеждах, и если раньше это приносило боль, обиду и расстройство, когда не происходило ровно ничего из того, о чём он грезил по ночам перед сном, то теперь это просто стало его рутиной. Чем-то привычным, что отвлекало от обычных будней. Ведь если в реальной жизни ничего не случается, то хотя мы в своих мечтаниях он выигрывает вдруг лотерею, его замечает на улице агент из крупного агентства и говорит, что сделает из него знаменитость, он случайно сталкивается с любовью всей своей жизни, с идеальным для него альфой...

Чимин часто представляет себе, что в него до беспамятства влюбится благородный мужчина, сильный и добрый, старше его самого лет так на восемь (с каждым годом цифра грустно уменьшалась), что тот увидит его, сидящего в кафе и читающего книгу и решит познакомиться, или что они потянуться в магазине за одним продуктом, что тот будет красиво ухаживать за ним, терпеть его дурашливый характер и бережно лелеять. Представляет вплоть до подробностей и деталей секса, до взглядов и вкусов, до запаха, желая, чтобы у альфы был мужественный сандал, мускат или бергамот. Ведь Чимин чётко знает, чего хочет, но у судьбы свои планы на этот счёт.

Подростковая любовь, о которой он столько читал книг и смотрел сериалов? Мимо: ему никто не нравился в этот сложный период.

Студенческие «золотые» годы с первыми серьёзными отношениями и расставаниями? Хах, ничего подобного: учёба, работа, друзья, всё без намёков на романтику и даже ни одного человека в окружении для кандидата на его сердце.

Служебный роман, интрижки на работе? Куда уж там: в офисе одни омеги или совсем уж семьянины-альфы в не столь привлекательном возрасте.

Фиаско по всем фронтам.

И вот в очередной вечер, сидя напротив окна в своей квартире с бокалом сухого красного, омега предается своим мечтаниям, пропадая в сюжетах в своей голове. 

И вот в очередной раз он понимает: пора что-то менять. Пора хоть как-то двигаться в направлении своих надежд и ожиданий.

Чимин переходит на удалённый вид работы и поступает в престижный университет в столице на магистратуру. Ведь: а) в некоторых его сюжетах об идеальном альфе присутствует преподаватель-студент фетиш, и не слишком старческие преподаватели очень даже в его вкусе; б) на уровне магистра учатся много взрослых и состоятельных людей, среди которых может быть тот самый его единственный.

На крайний случай сам Сеул уже даёт больше возможностей для встреч с богатым, красивым, накаченным, взрослым альфой… 

Вновь уйдя в свои мысли перед открытой лекцией довольно известного профессора, Чимин мечтательно вздыхает и тянется к стаканчику с кофе, делая глоток. И кривится из-за слишком приторной сладости и взбитых сливок, не понимая, как мог такое заказать, а после понимает: он вообще не покупал себе кофе.

Омега краснеет от стыда, увидев на себе пристальный и весёлый взгляд чуть прищуренных глаз своего соседа слева, который с очевидным интересом и ухмылкой разглядывает его.

— Оу, прости меня, пожалуйста, я что-то задумался и по привычке потянулся за кофе. 

— Всё в порядке, можешь выпить его, — непринужденно отвечает тот удивительно бархатным и мелодичным голосом. 

— А, нет, спасибо, это слишком сладко, — честно признаётся Чимин и немного съёживается от уж больно внимательного взгляда этих больших оленьих глаз.

И как же вовремя профессор начинает свою лекцию, потому что иначе омега бы не смог исподтишка рассмотреть профиль студента, сидящего рядом. Невероятный красавчик — факт. С отличным спортивным телосложением — второй факт. И… явно младше, может быть, первый-второй курс — последний факт, с сожалением убивший вызванный внешностью интерес. 

Чимин же хочет взрослого альфу. В статусе, благородного, эдакого спокойного катализатора его вспышек энергии и капризов. 

А Вселенной, видимо, плевать, что он хочет. 

Следующим утром омега обнаруживает на своём месте в аудитории стаканчик из той же кофейни с подписью: «а что насчёт капучино с сиропом? :) ». Чимин вскидывает брови и осматривается, не зная, как на это реагировать. А чего отказываться от бесплатного кофе, хоть и тоже довольно сладкого? 

Омега не мог знать, что, по случайности схватив чужой кофе, схватил поводок щенка-добермана.

После этого Чимин ещё несколько раз в университете сталкивался с молодым альфой, который здоровался с ним так, как будто они общаются на постоянной основе, пока однажды тот и вовсе вдруг не притащил очаровательный букет подсолнухов. 

— Пусть радуют твои прелестные глаза, — с весёлым блеском в глазах подмигивает он, так же внезапно исчезая, оставляя Чимина в полном недоумении.

И только после этого он понимает, что влип. 

Влип настолько, что альфа по имени Чон Чонгук стал настоящей занозой в заднице. Возможно, лет так десять назад, омега был и рад ухаживаниям и такому назойливому вниманию со стороны девятнадцатилетнего студента, но не тогда, когда он сам старше на семь лет! 

И, как на зло, на всех смешанных лекциях бакалавриата и магистратуры, Чонгук всегда присутствовал и садился рядом с Чимином, то и дело начиная завязывать с ним разговор. На университетских фестивалях таким же хвостиком повсюду тягался за ним, не говоря уже о походах в бар — каким-то образом этот альфа умудрился вклиниться в компанию ребят, с которыми общается омега, и потому присутствовал на подобного рода мероприятиях с ещё несколькими «зелёными» студентами. 

Со временем Чимин свыкся со своей участью быть предметом обожания этого назойливого парня, от которого, на самом то деле, было куда больше пользы, чем проблем. Всё же тот и кофе с едой всегда принесёт по его просьбе или по собственной инициативе, и, будучи удивительно смышлёным для своих лет, поможет с учёбой, а обладая сильными мышцами — с ношением тяжёлых покупок, и даже не отказал ему в помощи с переездом на другую квартиру, добросовестно таская огромные коробки и перевозя всё на своей машине, за что попросил оплатой за помощь только поужинать с ним. 

Не то, чтобы омега был наглым эгоистом или бесчувственной «сучкой», что вертит явно влюбленной в него собачкой и держит на поводке, скорее совсем нет. Просто Чимин так сильно привык к постоянному присутствию Чонгука рядом, к этому приторно сладкому запаху клубники (ну какой альфа пахнет клубникой?!), к его шуткам и разговорам с ним, что уже не мог никак прогнать от себя, послав на четыре стороны. Но и принять его чувства не мог из-за своего идиотского несбыточного желания найти мужчину старше себя — это было таким глупым, но главным критериям, из-за которого Чимин столько времени насильно подавляет собственные чувства, что порой нешуточно вспыхивают бушующими волнами. 

— Мы ведь уже целовались: разве так сложно чмокнуть меня ещё разочек? — весь надувшись, Чонгук, выражая вселенскую обиду, всё равно принимает очередную вешалку с одеждой для омеги, бродя с ним по магазинам.

— Я-я был пьян! — вспыхнув и запнувшись, возмущается Чимин, а себя мысленно ещё раз убивая за то, что на той вечеринке напился и, послав свои несбыточные мечты об альфе, старше его лет так на десять, знатно засосал младшего студента. 

— Ну вот скажи, хён, каким должен быть твой идеал альфы? — недовольно фырчит тот, выразительно изогнув бровь. 

— Агх, ты моя головная боль! — наигранно охает омега, а после, закатив глаза, всё же начинает: — Ну… красивым…

— Я настоящий красавчик, — тут же «скромно» выпаливает Чонгук.

— Состоятельным…

— Ты знаешь, что моя семья богата, а я — единственный наследник, — хмыкает, пожимая плечами.

— Весёлым…

— Вряд ли ты притворяешься, когда смеешься до слёз с меня и моих шуток. Если только это не слёзы стыда от общения со мной и отчаяния от того, насколько я плох в шутках.

Чимин даже с этого чуть не испускает смешок, но старательно делает серьёзное выражение лица, деловито сложив руки на груди.

— Окей. Он должен быть качком с большими мускулами.

И вдруг, на удивление омеги, как и нескольких заметивших это посетителей магазина, у которых упали челюсти, Чонгук откладывает одежду для примерки омеги и спокойно снимает с себя майку, демонстративно указав на своё, чёрт возьми, идеальное, накаченное тело. А Чимин краснеет и, растерявшись от подобного, быстро затягивает парня за занавеску примерочной. Там он поскальзывается на коврике и, зажмурившись, падает на пуфик, по инерции потянув альфу за собой. А когда открывает глаза, то понимает, в какой пикантной позе они находятся. В тесной примерочной Чонгук придерживает его за талию одной рукой, другой упираясь в стенку рядом с его головой, а коленом вжимаясь в пуфик меж ног омеги, почти что в его пах, не говоря уже о том, что их лица находятся на расстоянии в какие-то жалкие сантиметры.

Они пристально смотрят друг другу в глаза: у одного вопрос и усмешка во взгляде, у другого неловкость и смущение. Но при этом никто не отстраняется, разделяя краткие вздохи на двоих. Что-то такое томное и тягучее было в этом моменте, что заставило Чимина испытать целый ураган эмоций и ощущений, противоречащих всем его принципам, смешиваются уплывающие грёзы и потайные желания реальности. Внутри что-то предательски ёкает, внизу живота оседает жар.

Может быть, Чонгук первый сокращает расстояние между ними и впивается в его приоткрытые пухлые губы своими влажными и горячими. Но и омега ведь не оттолкнул его, не запротивился, а через несколько секунд и вовсе сам принялся отвечать на этот глубокий поцелуй, желанно сминая его губы и сталкиваясь с ним языком. Сильные руки смыкаются кольцом на поясе омеги, широкая ладонь невольно скользит ниже к ягодицам, а Чимин обволакивает шею альфы…

«О нет, нет нет, какого чёрта?!» — в одно мгновение щёокает в голове омеги, когда страсть накаляется, а из самой грудной клетки норовит вырваться краткий стон с придыханием от нехватки воздуха. Он вздрагивает, точно от сильного испуга, и за плечи судорожно отодвигает от себя альфу, поджимая пульсирующие губы в тонкую полоску. Становится так стыдно, жарко, запутанно, что Чимин не может даже посмотреть в глаза парню — просто вылетает из примерочной и из этого магазина, пытаясь остыть и выровнять дыхание с сердцебиением. 

Глупое сердце — предатель. Организм, так быстро возбудившийся — предатель. Отключившийся разум — предатель. Чимин окружён одними предателями и даже сам себе доверять не может!
Он мучительно стонет и хватается за голову, всё ещё чувствуя след губ альфы на своих покрасневших, а в груди всё такая же волнительная трель заходится. 

— Хён! — его слишком быстро догоняют, уже, слава Богу, одевшись, и хватают за руку, требовательно останавливая. — Хён, пожалуйста…

— Чонгук, мне жаль, я не… я запутался, я не знаю, что со мной, — не желая лгать, искренне признаётся омега, но свою руку не вырывает. — Знаешь, какой самый главный пункт в моём списке «идеала альфы»? 

— Неужели: «тот, кто подходит по всем критериям, но только НЕ Чон Чонгук»? — альфа, как всегда, скрывает собственное беспокойство и боль за шуткой и привычной дерзкой ухмылкой. 

— Болван, — пыхтит Чимин, взяв себя в руки и успокоившись, понимая, что не время поддаваться эмоциям. — Это возраст. Возраст, Чонгук: я предпочитаю альф постарше.

— Но я ведь ещё вырасту. И постарею. 

Чимин смотрит в упор на него, моргает несколько раз, словно не понимая, не кажется ли ему, что Чон говорит это вполне серьёзно, так наивно и с такой надеждой, будто маленький ребёнок обещает быть хорошим ради подарков от Санты на Рождество. Против воли срывается нервный смешок, затем ещё один и ещё, пока омега не начинает смеяться в приступе ни то истерики, ни то находя это действительно забавным. 

— И вообще, — раздраженно фыркнув, почти рыкнув, не понимая, что происходит, Чонгук прищуривает острый взгляд с тенью ухмылки на лице, — разве породистых не берут щенками? 

— Знаешь, а ты прав, — совсем уж то ли чересчур расслабившись, то ли впав в настоящее отчаяние, Чимин вдруг властно берёт его подбородок в свои пальцы и заставляет его чуть согнуться, чтобы их лица были на одном уровне: — Заберу тебя, воспитаю тебя так, как мне захочется, выращу для себя, как мне нравится, и будешь моим послушным щеночком. 

— Хорошо, — неожиданно хрипит альфа с всё той же довольной ухмылкой, казавшейся такой сексуальной, что внутренности Чимина перекручиваются и уверенность улетучивается, а в глазах Чонгука пылает яркое пламя. — Забери меня и делай, что хочешь. Но помни, что щенки верны и преданны своему хозяину, без которого не могут обойтись, а также метят свою территорию. А ещё…

Он делает резкое движение, притягивая его за талию к своему твёрдому телу, губами прислонившись к его уху и горячо прошептав: 

— …что они вырастают в больших собак.