Пришло время вспомнить об анальной порке
![](/file/862abecd1178237023d1f.gif)
Пришло время вспомнить об анальной порке
Давид Бален
dbalen@mail.ru
http://dbalen.narod.ru
***
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ АВТОРА!!
Эта литературное произведение предназначено только для взрослых, поэтому лицам, не достигшим 18 лет, читать его запрещается.
Все события, о которых рассказывается в произведении, являются плодом фантазии, ни в коей степени не отражают действительность и написаны для удовольствия взрослых.
***
УНИКАЛЬНЫЙ СЕКРЕТ СЧАСТЛИВОГО БРАКА
- Ой, ой! Больно! Ну, не бей так сильно! Ай!
- Если я не буду бить тебя сильно, до тебя не дойдет. И прекрати дергаться!
- Ой, ой! Я ж уже не могу. Пожалуйста, перестань!
- Нет, ты можешь! И держи свою задницу повыше.. Вот так. Под ягодицами у тебя самое чувствительное место. Держи задницу так, чтобы я доставала.. Вот так.
- Ой! Б-о-льно же! Не надо, пожалуйста, не надо туда бить. Там очень больно. Я обещаю, что буду вести себя хорошо. Ой!
И он зарыдал.
- Дорогой, я это уже слышала, - девушка ритмично поднимала раскрытую ладонь и резко опускала, издавая громкий шлепок каждый раз, когда рука соприкасалась с булочкоподобными ягодицами мужа, извивавшегося на ее коленях. - Ты запомнишь на некоторое время, что надо быть хорошим, но только если я хорошенько взгрею эту непослушную задницу.
Ее муж Юрий реагировал на каждый жалящий удар завываниями и воплями и все больше извивался на коленях жены, которая устроила очередную порку и без того саднящей задницы.
Для них это уже было обычным явлением в их семейной жизни, но от этого шлепки по его незаживающим ягодицам не становились менее болезненными. Он умолял жену поверить, что действительно усвоил преподанный ему урок, так как уже не было мочи терпеть.
Несмотря на свою молодость - ей шел всего двадцать первый год, - жена была очень опытна в делах порки и безошибочно определяла, когда муж врет, чтобы его больше не наказывали, а когда говорит правду и ему действительно больно. По тому, как он дергался, она чувствовала, что он не притворяется. Он, конечно, не заслужил такой порки, но ему надо было еще помучиться, прежде чем она решит, что этого достаточно.
Наконец, ударив еще два раза по мягким ляжкам мужа, Тамара решила, что он получил от нее достаточно. Она его толкнула и заставила встать.
Низкорослый, на целую голову ниже жены Юрий был похож на выпоротого ребенка, потиравшего саднившую задницу и тихо всхлипывавшего. Но одного взгляда на его стоявший член было достаточно, чтобы понять, что это взрослый мужчина.
Она повернула его и, осмотрев задницу, осталась довольной своей работой: обе ягодицы были темновишневого цвета.
- Бедняга, - улыбнулась она, - если бы ты не пренебрегал своими обязанностями, я не была бы вынуждена быть такой строгой к твоей маленькой попке.
- Я знаю, Томочка, - всхлипнул Юра. - Я так виноват, что заснул и не успел приготовить обед и натереть пол. Я, правда, заслужил эту порку. Я буду стараться больше не быть таким, честное слово.
- Я верю, - сказала она и, прижав к груди, поцеловала в заплаканное лицо. - Но тебе еще надо постоять на коленях в углу.
Он кивнул головой и, став на колени, пополз в угол.
- Ненадолго, дорогой, - крикнула она ему вслед, задирая юбку и рассматривая мокрое пятно на трусиках. - А потом мы пойдем в кафе и поужинаем.
***
Тамара и Юрий были женаты уже два года. Она была в него действительно влюблена, но в первый же месяц совместной жизни стала сильно раздражаться на его привычки неорганизованного и неопрятного холостяка. Не было дня, чтобы она не сердилась и не чувствовала себя несчастной.
Юрий работал свободным художником и большую часть времени проводил дома, а Тамара была заведующей отделом в министерстве и, кроме огромной нагрузки, еще и была в нервном напряжении, так как приходилось вариться в разного рода интригах.
Проводя большую часть времени дома, Юрий добровольно взял на себя обязанности по домашнему хозяйству, но все проваливал. Он был творческой натурой, совершенно не приученным к жесткой дисциплине. Он всегда обещал выполнить все, но, практически, ничего не доводил до конца, поэтому Тамаре всегда приходилось доделывать либо переделывать.
Когда прошло полгода семейной жизни, Тамара отметила этот день с подругой. Они пошли в кафе, взяли бутылку вина, и она одна проговорила весь вечер.
- Слушай, Тома, - сказала Галя, покачивая головой. - Неужели все так плохо? А где же ваша любовь?
Тамара задумчиво курила. Она заметила, что несколько мужчин все время бросают в ее сторону взгляды, и чуть-чуть улыбнулась.
- Я теперь думаю порой, что не знаю, сколько еще продлится наш брак, - вздохнула девушка.
- А как у тебя насчет оргазма?
- Ну, это, наверное, - Тамара покачала головой, - у меня какое-то физиологическое расстройство.
- Ты знаешь, - сказала Галина и, стряхнув с ноги туфельку, прикоснулась ногой под столом ее коленки. - У нас с Сережей было очень много проблем в первые дни нашего брака. Но вот уже 11 лет как мы живем и живем счастливо. Хочешь, я тебя научу? Как добиться его примерного поведения и шикарного оргазма?
- - Конечно хочу, Галь, - воскликнула Тамара и подалась вперед навстречу нежной ножке подруги. - Я готова отдать все ради сохранения брака. Я его люблю - он лучший мужчина, которого я знаю.
- Да, но мой метод, - Галина хихикнула, - немного необычный.
- Ну и что?! Главное, что он действует.
- О да! - улыбнулась Галина и сделала паузу, закуривая сигарету.
- Ну? - нетерпеливо дернулась Тамара.
- Дело в том, что я его регулярно порю.
- Что!? – Галина прыснула на удивленное лицо подруги.
- Ну, наказываю его по заднице, - и Галина показала рукой, как она это делает.
Как только я недовольна им, вместо того, чтобы сердиться и расстраиваться, я спускаю с него брюки и отхаживаю задницу так, что он неделю не может садиться.
- Подожди, - Тамара была явно шокирована. - И Сережа тебе это позволяет?
- Он мне даже признается, что после порки чувствует себя как будто заново родившимся. Кстати, мы оба после этого чувствуем себя очень хорошо.
- Никогда бы не подумала!
- Сереженька говорит, что даже психологически это идеальный метод. Не надо, мол, проходить весь цикл ощущения себя виноватым, когда он что-то сделал не так. Сейчас мы просто ощущаем всю атмосферу хорошей порки, после которой, уверяю тебя, непередаваемый секс.
Тамара смущенно хихикнула.
- Я представляю себе, что, как ты говоришь, бью Юрку, и - это, действительно, меня заводит.
- Уже 11 лет сказочный секс только после того, как я нашлепаю мужа по попке.
И они обе весело расхохотались, привлекая всеобщее внимание.
Посерьезнев, Тамара сказала:
- Знаешь, Юра, конечно, очень часто ведет себя как типичный испорченный ребенок. Но п-порка? Я, думаю, не смогла бы. У меня духа не хватит.
- Ну, раз я могу, значит, и ты сможешь.
Галина чуть съехала на стуле и уж во всю трогала пах подруги носком ноги в капроновом чулке. Женщина тяжело дышала и пожирала подругу глазами.
- Вот сейчас поедем ко мне, и я его выпорю при тебе.
- Да ладно, Галь, - смущенно воскликнула Тамара. - Неужели он согласится при мне?
- Он даже ляжет к тебе на коленки, и ты его тоже выпорешь.
- Голым?!
- Потом мы с тобой разопьем еще бутылку винца, а он будет стоять в углу.
- Ты, наверное, меня разыгрываешь, да?
***
Они взяли такси и поехали на Рублевку, где у Симиных был свой особняк.
- Ты даже не представляешь, - они сидели в машине сзади, и Галина во всю трогала свою аппетитную подругу, - сколько семей в Москве применяют этот метод, который официально называется “ домашним воспитанием”.
- Ты помнишь Тому, дорогой? - спросила Галина, когда они вошли домой. Сергей восхищенно крутился вокруг них, стараясь услужить.
- Принести вам что-нибудь выпить? - спросил он, немного обеспокоенный приходом жены в сопровождении подруги.
- Мы с Томой уже посидели в кафе, - сказала Галина, - так что пока не будем. Но бутылку вина принеси.
Женщины расселись на креслах, в то время как Сергей суетливо накрывал журнальный столик. Галина подмигнула подруге и дала ей понять, чтобы та тоже села как она - закинув ножку на ножку и максимально оголив бедра.
- Сергунчик, - ангельским голосочком сказала Галина, - принеси, пожалуйста, мою массажную щетку и лопатку.
Мужчина посмотрел на жену, весь побледнев.
- О, черт! - в сердцах воскликнул Сергей.
- Пожалуйста, следи за своим лексиконом, - медовым голосочком сказала Галина. - Тебе ведь очень не нравится вкус мыла.
- Когда он позволяет себе выражения или, не дай бог, мат, - объяснила она подруге, - я его заставляю есть мыло и, уверяю тебя, охота на сквернословие у него надолго исчезает.
- Но ты же сама сыпешь матом, - шепнула ей Тамара.
- Мне можно, - прыснула Галина и, нахмурив брови, посмотрела исподлобья на мужа. - Ну!?
Больше ни слова не говоря, мужчина помчался выполнять ее приказание.
- Неужели он отважится? - голос у Тамары чуть дрожал от растущего в ней возбуждения.
- Когда я решаю его выпороть, он не имеет права даже обсуждать это. Мы договорились, что любая попытка спорить с моим решением наказывается лишними пятнадцатью ударами.
- И, учти, самый главный воспитательный эффект не столько сама порка, сколько то, что ты ему при этом говоришь. Особенно перед поркой. Высшим пилотажем считается довести мужчину до слез еще до порки.
- Эти инструменты, за которыми я его отправила, как бы, дополнение к моей ладони. Причем он должен обязательно их сам принести. Иногда ползком и в зубах. Это дает ему дополнительную возможность войти в нужный для меня тонус. Очень важно затронуть в мужчине внутреннего ребенка. Именно поэтому я ему перед поркой читаю долгую нотацию и только потом кладу на колени. Это самая постыдная для мужчины позиция, так как она для маленького ребенка. Но от нее он заводится очень сильно, и я ляжками чувствую, как твердеет его петушок, если до того он не встал. А иногда у него происходит авария: он кончает. Конечно, он в этом, по большому счету не виноват, но я за это очень сильно наказываю.
Кроме того, я его в таком положении могу без труда удерживать, заведя за спину руку и применяя болевой прием, так что он практически беспомощен, и я могу его шлепать столько, сколько захочу. И есть еще одна тонкость.
- Я, кажется, догадываюсь, - у Тамары внизу живота было сильное волнение, щеки горели, а в ушах звенело.
- И знай еще одно: порка - это боль. Я его буду бить сильно, чтобы он мучился. Но, уверяю, после порки он будет себя чувствовать намного лучше.
Кстати, и я тоже; у меня как бы весь дневной стресс словно улетучивается. Душа и мозг словно очищаются, и у меня внутри воцаряется мир, словно в сказке.
- Так, - заявила Галина, когда Сергей принес орудия наказания и с почтением подал жене, - я сейчас тебя буду пороть, и сегодня мне будет помогать Томочка.
- Но, Галь, - робко начал Сергей и тут же осекся. - Как скажете, госпожа, - он поник и стоял перед женщинами, опустив руки по бокам и склонив голову.
- Раздевайся, --- велела жена и стала объяснять подруге. - Можно пороть рукой, плеткой, стеком, розгами, но я предпочитаю вот эту щетку. У нее хорошая массивная деревянная поверхность и вот такую кухонную лопаточку. Это, когда отобьем себе ладошки, а эффекта еще не будет.
“Не удивительно, что он этого боится”, - подумала Тамара, рассматривая инструменты для порки.
Галина удивленно взметнула левую бровь и посмотрела на мужа, нерешительно переминавшегося с ноги на ногу. Красный как рак, Юрий жалобно посмотрел на Галину и вдруг начал всхлипывать.
Тамара тоже покраснела от того, что глубоко внутри живота у нее прошла острая дрожь, и она испугалась, что близка к оргазму.
- Нечего плакать! - жестко сказала Галина и повернулась к Тамаре. - Его обе сестры видели, как я его наказываю. Покойная матушка тоже. По сути, именно она мне предложила так его воспитывать и научила всем премудростям порки супруга. А перед тобой, видите ли, он стесняется. Мы долго будем ждать? - крикнула она и добавила с ухмылкой. - Может, ты хочешь, чтобы мы тебе помогли?
Бедняга начал медленно раздеваться.
- Ну что ты так медленно! - возмутилась Галина.
Сергей вздрогнул и убыстрил свои движения.
- Может, ты не хочешь, чтобы секрет твоей матушки мы передали Томе? - с плохо скрываемой улыбкой спросила Галина и подмигнула подруге. - Ее муж, Юра, ну, ты его помнишь, он такой же, как и ты. Был. Я думаю, ты понимаешь, что это для него значит?
Сквозь скупые мужские слезы Сергей прыснул и напряжение, царствовавшее в комнате, спало: женщины звонко рассмеялись, хихикал и мужчина.
- Может, в этот раз их оставлю? - жалобно глядя на жену, попросил Сергей, не решаясь снять трусы в присутствии Тамары.
- Ты сам знаешь, дорогой, - Галина прекрасно понимала, что творится в душе мужа. Но это было нужно.
Она знала, что Сергею нужна не просто порка, а нечто, прочищающее душу, а это приходит только через эффект унижения.
Она знала, что ему будет очень стыдно перед Тамарой, но потом он сам будет ее благодарить за то, что она заставила его пройти через это. А еще позже, когда они окажутся одни в спальне, Сергей будет словно молодой жеребец, впервые имеющий секс с самкой.
“Боже мой, - каждый раз в таких случаях поражалась Галина, - как все-таки мужчины просто устроены, и как легко их стимулировать!”
- Видишь? - шепнула она подруге.
- Ага, - Тамаре было стыдно смотреть на бугор в трусах мужа подруги.
- Потом у него упадет, когда я доведу его задницу до нужного состояния.
- Давай я оставлю это, - еще раз он обратился к жене. - Мне так же больно, когда ты порешь поверх трусов. Честное слово!
- Нет, Сереженька, - уверенно сказала Галина. - Ты их снимешь и снимешь очень быстро. Мне уже надоело, хватит валять дурака.
Сняв трусы, Сергей юркнул к жене на колени.
- Нет, нет! - вскричала Галина, отталкивая мужа. - Так не пойдет. Стой вот здесь, - и она пояснила подруге. - Он прекрасно знает, что перед поркой должна быть небольшая лекция о его поведении, а лечь ко мне на колени он имеет право только после моего разрешения.
Сергей повиновался и теперь стоял перед женщинами абсолютно голым.
Тамара с силой выдохнула воздух, так как у нее перехватило дыхание, когда она так близко увидела задницу Сергея. У него были выпуклые, хорошо развитые ягодицы мужчины, следящего за своим физическим состоянием, и вид их ее возбудил. Тем более, что скоро они повергнутся порке, в том числе и от нее.
- Это он сделал, чтобы ты не видела его петушка. Будто для тебя это новость, что у мужчин болтается между ног.
Тамара сильно втянула в себя губки и, прикрыв ладошкой рот, смотрела расширенными глазами на мужа подруги, у которого началась непроизвольная эрекция.
- Это говорит о том, что ему нравится, - с видом знатока прокомментировала Галина. - По сути, все очень просто: не важно, сколько им лет, все мужчины большие дети, играющие в жизнь. Повернись. У него хороший зад, правда, Том?
- Да, да, - встрепенулась молодая женщина.
- Ты всегда должна пороть мужа, независимо от того, как убедительно он просит тебя разрешить не снимать трусы. Голая задница их больше всего заставляет чувствовать маленьким мальчиком и заставляет их стесняться. Я права, дорогой?
- Да, - ответил мужчина, отворачивая лицо в сторону.
- Как ты видишь, они достаточно мясистые, - Галина несколько раз обжала ладонями ягодицы мужа. - И выдержат долгую порку, - сказав это, она любовно погладила их ладонью.
- А это хорошо, так как Сергунчик сегодня нуждается в долгой порке, да? - и она повернула мужа так, чтобы он видел ее улыбающуюся мордашку.
- Да, - промямлил он.
Женщина продолжила эту игру, задав несколько вопросов красному как рак мужу о его поведении в течение четырех дней, прошедших после предыдущей порки.
Потом она попросила Сергея высказаться и, к великому удивлению Тамары, тот заявил, что у него есть потребность и желание быть по прихоти жены выпоротым, как маленький мальчик.
- Хорошо, - сказала, наконец, Галина - Теперь за дело, - и, сменив тон, приказала. - Лечь ко мне на колени! Пришло время наказать твою непослушную маленькую попку!
- Пожалуйста, не надо бить меня очень сильно, - жалобным голосом пробормотал мужчина, ложась навзничь на колени жены.
- Ты знаешь прекрасно, что бесполезно меня просить.
- Очень важно, - пояснила Галина подруге, - чувствовать ляжками состояние его дружка. Правда, сейчас у него эрекция, но это у него от стыда перед тобой. Когда я его начну шлепать, у него пройдет.
- И запомни, - добавила она, надевая тонкие резиновые перчатки, - он должен отвечать на вопросы почтительно, добавляя слово “госпожа”. Я его госпожа, но только в процессе наказания. А в остальное время это самый чудесный муж на свете, о котором женщина может только мечтать. И я тебя научу, как того же добиться с твоим Юрием.
Хотя Тамара видела, как Галина поднимает руку и резко ее опускает на задницу мужа, однако она сильно вздрогнула, потому что в комнате раздался очень звонкий шлепок и сразу вслед за этим - истошный вопль 40-летнего мужчины.
Тамара до конца не могла поверить, что сейчас, в двух шагах от нее, успешный, симпатичный и почти 40-летний мужчина улегся голым на колени жены, чтобы она отшлепала его задницу, словно маленькому мальчику. Но руки подруги без устали опускались сверху вниз и скоро кожа мужчины покраснела.
- Ну? - переводя дух, Галина поправила волосы. - Скажи, что ты думаешь обо всем этом?
- У тебя здорово получается, - Тамара закрыла рот ладонью и беззвучно захихикала. - У него там покраснело и, мне кажется, он чувствует.
- Он все, конечно, чувствует, - сказала Галина. - Но это пока так, разминка, - она потянулась и, касаясь спины мужа грудями, взяла со столика массажную щетку.
- Ну, пожалуйста, - взмолился тот. - У меня уже горит, словно на пожаре.
Сильно ударив деревянной поверхностью щетки, Галина процедила сквозь зубы:
- Никто не спрашивает твоего мнения. И, будь добр, помолчи, пока я кое-что объясняю нашей гостье.
- Но это же моя... - он осекся, чувствуя неподдельную жалость к самому себе.
- Это было как бы разогреванием. Непослушные мальчики быстро соображают, что если они начнут шуметь, кричать и плакать, это трогает женское сердце и мы их начинаем жалеть. И попадаемся на их удочку. А потом раскаиваемся, потому что видим, что он совсем не усвоил тот урок, который ты ему давала. Я тебе гарантирую, что твой Юрий в первый же день, как ты начнешь его пороть, поднимет такой вой, что хоть святых выноси. Но, если потом, через час после того, как позволишь ему слезть с твоих колен, посмотришь его задницу, она у него не будет даже ныть.
- Правда? - Тамара скосила глаза и с полуулыбкой покачала головку.
- Это точно. Поэтому я собираюсь пустить в ход свои инструменты. Я хочу быть уверена, что у моего непослушного супруга несколько дней будет гореть вот это место, да так, что ему больно будет сидеть. Только так он запомнит эту порку и тот свой проступок, которым он ее заработал, и как нужно себя вести, чтобы избежать новой порки. Это простая логика: чем дольше будет болеть его задняя точка, тем дольше он будет вести себя хорошо.
Твердая поверхность щетки с силой опускалась на чувствительное седалище мужчины и Тамара не удивилась тому, что Сергей стал по-настоящему кричать от боли. Но ее удивила собственная реакция.
- Так, наподдай ему, подружка, - мысленно подзуживала она Галю, увлекаясь процессом наказания мужчины. - Он, как и все мужчины, ох, как заслуживает этого.
Опытная Галина молча секла мужа; она знала, что кончилось время разговоров и слово за ее рукой. Она методично била по ягодицам мужа: правой-левой, правой-левой.
Скоро Сергей забыл о присутствии Тамары; его теперь заботила только обжигающая боль в заднице.
- Нет! Прошу тебя! Остановись, пожалуйста! - хоть он и знал, что жена выработала в себе безразличие к его мольбам и слезам, и знал, что она кончит пороть его только тогда, когда сочтет это нужным. Но инстинкт самосохранения преобладал у него над логикой.
Тамара явственно различала, как нотка страдания в голосе Сергея росла с каждым падением щетки и, тем не менее, была немного шокирована, когда взрослый мужчина стал по-детски плакать.
“Мужчины не плачут”, - подумала она, но звуки заполн
Неоновая ночь в стонах
Полнейший секс сервис от азиаток
Огромные дойки лучший аргумент