«Принцип симметрии»

В лаборатории было достаточно прохладно, отчего бежали мурашки по телу. Лампа светила приглушённо, отчего комната погрузилась в неполный мрак. На полу разбросаны чертежи, будто кто-то в спешке пытался что-то найти. Раньше всё лежало по полкам, а сейчас лаборатория превратилась в полный хаос. Лололошка медленно прошёлся вперёд, оглядываясь на обстановку внутри.

Джон стоял посередине комнаты, возле своего стола, где было также много чертежей и что-то ещё. Маленький светящийся камень, который был похож на звезду с четырьмя углами, издающий яркий свет. Он слегка перебирал бумаги на столе, не сильно обращая внимания на гостя в лаборатории. Лололошка подошёл ближе, наклоняясь, чтобы посмотреть на лежащий на столе камень. Так и тянуло взять в руки, осмотреть предмет, но как только рука потянулась, его резко перебили. — Красотка, этот артефакт был создан не для удовлетворения твоего любопытства сейчас.Джон теперь повернулся к Лололошке полностью со своей самодовольной ухмылкой. Лололошка недовольно вздохнул на его выражение, а после начал говорить: — Раз сказал прийти, то будь добр начни рассказывать всё, а не просто стоять тут.Джон лишь засмеялся на недовольство и поправил очки.

Он протянул карту и положил на стол ближе к собеседнику напротив, которая была в точности как и прошлая, которую показывал в закусочной. Лололошка приподнял бровь, пока что ничего не комментируя, а просто разглядывая, будто на листе хранились все ответы. После паузы Джон пододвинул ещё пару эскизов. Единственное, что отличалось на всех картах, — это комнаты в них. Пока Лололошка внимательно разглядывал лабиринт, Джон начал с серьёзным видом говорить, будто читал нотацию ребёнку: — Сканеры пространственных колебаний каждый раз фиксировали одну и ту же брешь, в которой изменялись лишь комнаты, но сам лабиринт всегда оставался неизменным.Джон слегка остановился, наблюдая, как Лололошка воспринимает информацию, а после продолжил: — Отсюда берётся вывод, что для каждого существа, которое попадает туда, лабиринт остаётся одинаковым, но комнаты, через которые нужно пройти, всегда разные.Лололошка слегка промолчал после всего сказанного, немного подумав, он слегка скептически спросил: — Это вся опасность, о которой ты хотел сказать?

Джон снова засмеялся, будто услышал самый глупый вопрос в мире. — Конечно, нет! Сначала я пытаюсь тебе рассказать саму суть лабиринта, а лишь потом опасность. Раз ты уже тут, значит, тебе интересно это, не так ли? А раз интересно, значит, какая-то часть тебя готова туда идти. Лололошка лишь скривил лицо, но не стал отрицать свой интерес ко всему этому и просто дал продолжить.

— Несмотря на то, что комнаты меняются, они остаются почти одинаковыми для двух частей лабиринта. Лололошка слегка влез в рассказ Джона, перебивая его: — Что ты имеешь в виду под "почти одинаковыми"?Джон ткнул пальцем в эскизы лабиринта. — Это зеркальный лабиринт, Лололошка. А значит, комнаты всегда дополняют друг друга. Это как иметь всё для готовки, кроме рецепта, который как раз-таки находится в другой комнате. Также сканеры зафиксировали, что когда два существа действовали синхронно и имели какие-то схожести, тогда брешь начинала немного ослабевать.Лололошка впитывал информацию, после рассказа Джона он снова слегка замолчал. — И как ты собираешься действовать синхронно? По эскизам лабиринта мы друг друга видеть никак не сможем, а даже если бы и видели, в одну секунду действовать просто нереально.

Джон зааплодировал на его слова и снова поправил очки. — Браво! Конечно же, это невозможно сделать. Задержка нейронного отклика и времени реакции — обычно около 150–250 миллисекунд, а значит, с точки зрения науки это невозможно сделать. Но в нашем случае у нас есть искра, которая умеет адаптироваться почти ко всему. Это значит, что есть доля вероятности, которая даёт возможность адаптироваться и к этому. Тепловые сканеры зафиксировали ещё пульсацию в искре у мироходцев, которые были в этом лабиринте.

Джон слегка остановился и быстро выставил указательный палец вверх. — Но! Из-за того, что мы уже давно не контактировали и восстановились от слияния, искры просто могут не синхронизироваться. На этот случай у меня есть небольшое устройство, которое это компенсирует. Всё, что тебе нужно знать об этом устройстве, — это то, что ты сможешь спокойно двигаться и не переживать, если искры не синхронизируются. Конечно, из-за памяти искры она начнёт синхронизироваться через время или же сразу, так что это просто запасной вариант.Лололошка слегка недовольно покачал головой, будто смирился со своей участью. — Просто отлично, но я всё ещё пришёл услышать риски, а не только суть лабиринта.

Джон ожидал такого ответа, поэтому быстро начал копаться в документах на столе. Бумага шуршала под пальцами, а после он достал листок бумаги с записями и некоторыми набросками.— Рисков не так уж и много, но они достаточно серьёзные и могут привести к непоправимым последствиям. Джон сунул листок в сторону Лололошки, чтобы тот посмотрел.— Я объясню всё достаточно подробно, твоя задача — лишь не перебивать, красотка. Лололошка слегка сжал челюсть, чтобы не выпалить что-то на прозвище, но всё равно промолчал, давая тому начать рассказ.

— Начну с самого основного, что касается самой механики лабиринта. Симметрия в этом лабиринте играет главную роль, поэтому надо двигаться предельно осторожно и самое главное — синхронно, небольшое отклонение от этого приведёт к последствиям. Джон наклонился над столом и показал пальцем на один из набросков на бумаге, чтобы была лучше понятна суть. На бумаге было изображено что-то похожее на искру мироходца.— При небольшом отклонении от унисона может произойти заражение искры. Также полное заражение искры и поглощение брешью возможны в случае, если допустить ошибку в комнате лабиринта и не пройти дальше.

Джон провёл пальцем вниз, чтобы показать следующий пункт. На эскизе было изображено зеркало и похожая на него лежащая рядом четырёхугольная звезда.— Добавим к этому то, что мы не сможем видеть друг друга и максимум, по моим предположениям, мы сможем чувствовать друг друга из-за искры. Также разговоры не будут доступны всегда. — Джон пододвинул ближе лежащий рядом артефакт. — Этот артефакт был создан специально для этого, конечно, через него можно будет связаться, но он не вечный, и связываться придётся лишь в крайних случаях.Джон вытягивает из кармана вторую звезду, похожую на первую, но отличающуюся лишь цветом, и кладёт на стол. Он слегка нажимает на первую звезду, которая начала светиться оранжевым светом. Джон слегка постучал по столу рядом с артефактом, а после убрал палец со звезды. Второй артефакт почти сразу засветился и передал стук.— Это можно назвать рацией, но с каждым нажатием она разрушается из-за материала и энергии, через которую передаётся связь. Лололошка внимательно наблюдал за действиями Джона, за тем, как светились эти маленькие звёзды.— Это всё, что ты хотел показать и рассказать? Если да, то мне нужно будет подумать над твоим предложением ещё.Джон скрестил руки на груди, будто был оскорблён словами. — Красотка, не обесценивай мой труд! И да, это всё, что я хотел рассказать. Если ты всё-таки решишься быть альтруистичным Лололошкой, то буду ждать тебя снова в лаборатории, чтобы уже выдвигаться! Лололошка нахмурился, а после молча развёл руками, пропадая с золотым свечением искры.

Джон улыбался на протяжении ещё пары минут, а после тихо вздохнул, проводя руками по своим идеально уложенным волосам. Он не договорил про побочные эффекты такого похождения, но тогда бы Лололошка точно не согласился. Оба боялись слияния как огня, а теперь один из них умолчал, что эффекты могут вернуться после такого похождения. Где-то в глубине души что-то сжалось, но Джон нацепил свою улыбку обратно.

— Не договорить — не значит соврать, верно?..