Принц Альберт. 1/1.

Вы

Привет. Сегодняшняя запись на 18:00 в силе?

9:43

Jungkook~

Пути назад нет... Да, в силе

9:45

Тэхён усмехается и улыбается уголками губ. Он в моменте удивляется и ещё раз перечитывает сообщение, видя не отказ, а согласие. Именно с клиентом под ником «Jungkook~» у пирсера длинная переписка.

Несмотря на их дружбу со средней школы, количество сообщений ничтожно мало. Их содержание — это встречи, приглашения выпить, вопросы о домашней работе... Но в последние полгода главной темой обсуждения стали проколы. Тэхён с первого курса университета делал пирсинг друзьям, близким, потом и вовсе начал подрабатывать в студии, а после выпуска открыл свою. Многие, кто делал первый прокол у него, советовали другим людям и хвастались идеальным заживлением. Однокурсники массово расспрашивали о местах прокола и удивлялись, когда узнавали о щеках, переносице и том же самом пупке. Чонгук не был исключением. Альфа стал первым и частым клиентом у Кима. Сначала змеиный укус, септум и бровь, потом куча проколов в ушах. Но его интересовал «Принц Альберт», который омега упомянул пару раз.

Сколько раз альфа пытался побороть себя и записаться, но мысль, что Тэхён увидит его член и будет с ним работать не давала покоя. Плевать, насколько долго будет заживать прокол и приносить дискомфорта. Чонгук не думал насчёт того, что его половой орган унизительно малого размера, наоборот. Ему было бы куда проще раздеться перед незнакомцем, чем перед Тэхёном, которого он хорошо знает. Иногда альфа задумывался о своих чувствах к «другу», но останавливал себя фразой: «Мы просто дружим».

Или же нет?

До записи оставался час, когда Чонгук вышел из душа, в котором был почти полчаса. Колени тряслись, ноги становились ватными и неконтролируемыми с каждым движением. Руки покрывались синими пятнами, бледнели и мелко дрожали, словно Чонгук собирается на собственную казнь, а не на пирсинг, который ему хочется уже продолжительное время. Альфа собрался за час и по пути зашёл в магазин за газированным напитком, ведь в горле снова пересохло. Он мялся у двери, переступал с ноги на ногу и нервно кусал нижнюю губу, играясь с колечком от змеиного укуса. Банка была с силой сжата в ладони и нервно выкинута в мусорное ведро рядом.

Внезапное открытие двери стало последним ударом под дых. Пути назад не будет, когда он сядет в кресло и освободит член. Но этот позор не продлится долго. От силы минут пятнадцать, если включить анестезию, расчёт за услугу и короткий диалог, пока альфа будет залезать на кресло и устраиваться поудобнее.

Тэхён встречает его в чёрной маске на лице. На его теле надета облегающая белая майка, которая на поясе заправлена в широкие джинсы. Он при друге снимает чёрные латексные перчатки, пока выпроваживает прошлого клиента, и с улыбкой в глазах приглашает внутрь.

— Думал, ты не придёшь. Я сначала не поверил, что ты наконец нашёл в себе волю сделать этот прокол, — Чонгук нервно усмехается на чужие слова, пока закрывает дверь.

Тэхён подходит к маленькому столику, стоящему возле белого кресла, хватает одноразовые полотенца и дезинфицирующую жидкость, сразу же разбрызгивая её по поверхности, на которую позже сядет Чонгук. Омега работает шустро: быстро протирает кресло, выбрасывает полотенце в урну под столом и подзывает клиента к себе.

— Ты чего такой зажатый? Уже не так доверяешь мне, как раньше? — мастер хихикает, стелит поверх одноразовую пеленку и намекает взглядом, чтобы альфа не стоял в ступоре, а залезал на кресло. — Расслабься, это не так уж и больно. Анестезия заберёт боль на себя, ты ничего не почувствуешь ближайший... Час. Нужно будет тебе зайти в аптеку и купить обезболивающее, понял? Приспусти штаны до колен.

Пока омега даёт советы и, кажется, разговаривает сам с собой, он зашторивает синими плотными шторами зону работы, разделяя комнату на две части. Чонгуку в моменте становится легче, но ступор не покидает его тело. Реакция становится слишком заторможенной, а речь отсутствует и вовсе. Складывается ощущение, что язык от накопившегося стресса завязывается в узел, а все слова вылетают из головы напрочь. Внизу живота начинает странно пульсировать, а головка члена будто наливаться кровью. Пальцы мелко дрожат. Щёки вспыхивают жаром. В голову лезут самые грязные мысли, которые сейчас совсем не уместны.

— Гук? — Тэхён стоит прямо перед ним. С поднятой головой, непонятным взглядом, в котором блестят беспокойство и вопросы. — Тебе воды подать?

— Да, — хрипит Чонгук, прочищая горло, — всё нормально, не бери в голову.

Мастер молча кивает и уходит, скрываясь за синими шторами. В другом конце комнаты слышен стук стаканов, хлопки дверками полок и шум воды из-под крана. Альфа тяжело выдыхает. Пальцы нехотя тянутся к ширинке, опуская бегунок вниз. Штаны моментально спадают на пол и Чон разочарованно выдыхает. Член болезненно пульсирует, натягивает бельё, а с головки каплями течёт смазка, пачкая серую ткань тёмными пятнаии. Чонгук задушенно стонет под нос.

— Тэхён, у меня тут проблема, — осторожно подводит к сути, но слова даются с крайне тяжёлым усилием, — ничего страшного, если у меня стоит?

— Так даже лучше, — сразу же отвечает омега, вновь появляясь в поле зрения, но с кружкой холодной воды. При виде смущённого Чонгука, прижимавшегося ягодицами к креслу, всё ещё в белье, Тэхён цыкает и закатывает глаза. — Я думал, уже сидишь и ждёшь, а ты никак не разденешься. У нас не так много времени, следующий клиент придёт буквально через пятнадцать минут.

Омега солгал бы, если б сказал, что не засмотрелся на чужой член, натягивающий бельё. Руки так и тянутся разорвать ткань, облизнуть ствол и взять по самые гланды. Внушающий размер позволил бы.

Тэхён давно понял, что неровно дышит к альфе. Он не такой уж и доминантый, страстный и дерзкий, как все те, кто пытался катить свои яйца к нему. Но это и не нужно. Чонгук умеет хорошо смешить до слёз в уголках глаз и боли в животе. Его тело чуть крупнее на фоне других из-за окончания школы самообороны и хобби в виде бокса. Если Ким не ошибается, Чон всё ещё посещает зал три раза в неделю, наращивая мышцы.

Тэхён давно понял, что его интересует инициатива действий в собственных руках. Что он будет доминировать, брать всё в свои руки в постели и прижимать альфу к креслу, сидя сверху. Первым утягивать в поцелуй, первым подходить и обнимать за шею, пока его хватают под бёдрами на руки, и первым толкать на кровать. Возможно, именно поэтому у него были только интрижки на короткое время, а не полноценные серьёзные отношения. Он подумывал над тем, чтобы рассмотреть Чонгука как потенциального партнёра, хотя... В его мыслях, ночных фантазиях и влажных снах они уже встречаются. Тэхён не уверен в том, что у альфы есть чувства к другим омегам, и есть ли ещё омеги в его жизни, кроме самого Кима. Но кое в чём он уверен точно...

Если бы ложь была наказуема, омега был бы отправлен в тюрьму на пожизненное.

Из мыслей его выдёргивает скрип кресла и стук пустого стакана о поверхность стола. Тэхён отмирает и переводит взгляд со стены, которую прожигал взглядом, на тело клиента. Чонгук задрал футболку, оголяя два слегка выроженных кубика пресса, и спустил бельё до середины бёдер. Он закрывает лицо ладонями, но даже так видны горящие красные щёки. Омега задерживает взгляд на влажном члене, прижимающегося к животу, по которому головка мажет смазку. Размер и правда не маленький. На твёрдом стволе видны голубые венки, ведущие к налитой головке. Тэхёну кажется, что его зрачки расширяются, словно он принял дозу наркоты. Под языком образуется большое количество вязкой слюны, которая с трудом сглатывается.

Теперь омеге нужно пару глотков холодной воды.

Он медленно подходит ближе, уложив ладонь на напряжённое бедро. Чонгук вздрагивает, словно его ударили током, и убирает руки от лица. Его томный взгляд направляется в хищные глаза Тэхёна, который облизывает пересохшие губы.

В эту секунду в паху тяжелеет. Альфа готов кончить от пары ласок, если не от одного движения вверх-вниз. В голову стреляет осознание собственных чувств. Будь Тэхён просто другом, что навязывал себе Чонгук, у него не было бы столько мыслей о предстоящем сеансе. Он бы не думал, насколько хорошо омега оценит его член. Возбуждение накатывает сильнее, ударяя по разуму.

В моменте они ловят коннект. Альфа съезжает вниз, едва касаясь пола носком кроссовок, а омега обходит и встаёт на колени. Перчатки моментально оказываются где-то на полу, а ладонь крепко обхватывает толстый ствол. Чонгук взвывает, из груди вырывается первый низкий стон удовольствия. Тэхён восхищённо осматривает орган, пока вторая ладонь стягивает чужое бельё ниже, дабы приблизиться лицом. Юркий язык широко облизывает между яйцами и плавно поднимется вверх к головке. Альфа параллельно рвано вдыхает, прогибаясь в пояснице, но когда кончик языка касается чувствительной уретры, он вновь стонет. Пальцы вжимаются в кресло, стараясь удержать тело на одном месте.

Тэхён вылизывает головку, крепко обхватывает ствол, едва сдвигаясь то вверх, то вниз, и лезет пальцами к тяжёлым яйцам, перекатывая. Омега видел, пока смотрел порно, как это делается. Пусть он и не знает, как правильно, главное, что делает уверенно и настойчиво. Головку покрывают лёгкими поцелуями. С каждым разом она всё больше и больше выпускала капли солёной смазки с отчётливым привкусом топлёного молока, которое тут же оказывалось слизано. Постепенно ладонь смещается к основанию, мягко удерживая, пока головка оказывается зажатой губами.

Чонгук тяжело дышит. Его мысли не успевают за действиями омеги, из-за чего альфа перестаёт гнаться за пониманием происходящего. Он молча наслаждается ловкостью чужих пальцев, губ и чужого языка, позволяя довести себя до пика. Его ноги начинают крупно дрожать, пальцы вжимаются в кресло, пока всё тело находится в ожидании оргазма и напряжении от осознания, что в любой момент может прийти следующий клиент и застать в самый неподходящий момент. Например, в пик оргазма. Он опускает голову вниз, видя прекрасную картину. Тэхён с покрасневшими втянутыми щеками усердно обсасывает головку, пока его ладони, крепко обхватившие ствол, сдвигаются то вверх, то вниз.

Внезапно, его ладони расходятся, хватаясь за таз, а голова резко опускается вниз. Головка идеально входит в узкое, горячее и влажное горло. Чонгук заливается стонами, пытаясь сдержать дрожь, мурашки и судороги от предоргазма, но последним ударом становятся приглушённые стоны омеги. Они пульсацией ласкают головку, которая вот-вот готова взорваться, а горло сжимается.

Альфа откидывает голову назад, до хруста прогибается в пояснице и с громкими стонами обильно кончает. Член дёргается от спермы, что судорожно стреляет в горячее горло, но Тэхён продолжает смирно сидеть на коленях и не двигать головой. Несмотря на помутнение в глазах, свист в ушах и отчётливый стук собственного сердца в голове от нехватки кислорода, омега смирно принимает семя. Он наслаждается силой чужого оргазма и успехом проделанной работы, наслаждается реакцией Чонгука, от которой сводит внизу живота. Он наслаждается остановкой.

Как только альфа становится тише, а член перестаёт дёргаться, Тэхён плавно выпускает его из оков горячего плена. Член слегка обмяк, но он всё равно продолжает стоять, пусть и не так твёрдо. Омега переводит взгляд на покрасневшее лицо, но видит быстро вздымающуюся грудь и тяжёлое дыхание. На лице появляется хитрая ухмылка, а ладонь правой руки осторожно обхватывает член снова. От прикосновения тело крупно содрагается, а головка выпускает пару капель густой смазки.

— Я не выдержу второй мине... — Чонгук шипит, а его речь обрывается, когда чужая ладонь начинает набирать темп и двигаться вверх-вниз, надрачивая. — Блять, Тэхён...

Омега чувствует, как по телу бегут мурашки от собственного имени с чужих губ. Пальцы крепче обхватывают ствол, а рука двигается энергичнее. Чонгук за считанные секунды с тишины срывается на звонкие стоны. Его тело крупно дрожит в какой раз, пресс напрягается, поясница вновь прогинается вверх, а таз прижимается к креслу. Тэхён едва успевает накрыть головку губами, прежде чем она вновь выстрелит семенем. Альфа елозит на месте, извивается, а его ноги дёргаются в воздухе. Этот оргазм оказывается короче предыдущего, но не менее насыщенным. Едва он заканчивается, как член обмякает окончательно, как и тело его хозяина. Омеге остаётся лишь мягко поцеловать головку и встать на дрожащих ногах, чтобы завалиться сверху, на мощное туловище.

— И что это было? — с передышкой начинает разговор Чонгук, всё ещё не в силах двинуться. — Мне кажется, что нам теперь есть о чём поговорить.

— Есть, — усмехается Тэхён, опускаясь на грудь альфы, — но потом. Через пять минут должен следующий прийти. Когда в следующий раз сможешь прийти на сеанс? Или мне ждать повторого согласия ещё полгода?

Они вместе ленив о смеются.

— Хоть сегодня, после последнего клиента. Я не боли боялся, Тэхён.